Глава 36. Цена обмана (1/1)

- Кто это был? - потребовал объяснений Тал Тал.- Кажется... - Чонгай всё еще был в ступоре, со страхом и удивлением глядя туда, где только что видел Мей. - Господин, кажется, я брежу. Это была госпожа Юн Мей.- Ты в своем уме? - генерал не ожидал услышать это имя и вскипел, вцепившись в одежду лучника. Ему пришлось хорошенько встряхнуть его, чтобы привести в чувство. - Смеешь этим шутить?- Господин, я правда видел! - попытался защититься юноша. - Служанка была точь-в-точь похожа на покойную госпожу!Стратег отступил и прошел в конец коридора, чтобы заглянуть за угол, за которым скрылась служанка. Обернувшись, он успел заметить лишь край ее юбки, когда девушка юркнула в укрытие. А теперь ее и след простыл.Тал Тал был в смятении. Он боялся верить словам Чонгая, ведь при любом напоминании о Мей едва затянувшаяся рана снова начинала кровить. Он приложил нечеловеческие усилия, чтобы научиться жить со своей потерей, но до конца так и не смирился. Его отдушиной по-прежнему оставалась наука и служба, которой он желал полностью себя посвятить, как это было раньше. Благо, проблем в империи хватало, чтобы сутками напролет торчать возле дяди и императора.- Господин, я готов поклясться, - Чонгай уже стоял рядом, глядя в том же направлении, что и генерал, в голове которого шла напряженная работа. Парнишка не мог обознаться, да и на зрение не жаловался. - Просто один в один.Генерал молчал, но по его лицу можно было заметить напряжение, с которым он что-то обдумывал. Какое-то время лучник наблюдал за ним, но Тал Тал, кажется, и вовсе забыл, что был не один. Неожиданно он сорвался с места, и удивленный Чонгай, замешкавшись, поспешил за ним.***Лучник топтался на месте, наблюдая за тем, как генерал продолжал что-то сосредоточенно обдумывать. Кажется, он не замечал того, что вот уже битый час в его кабинете топтались Чонгай и Мак Сон, с удивлением поглядывая то на господина, то друг на друга.- Ты был возле могилы Мей, - вдруг заговорил стратег, мысленно возвращаясь в сад министра, - когда я пришел туда. Что ты держал в руке?Лучник удивился такому вопросу, но сосредоточился, вспоминая ту страшную ночь. Тогда он застал в саду единственную служанку. Она заметно волновалась, но, заметив Чонгая, бросилась к нему, сбивчиво рассказав о гибели госпожи и показав ему свежую могилу. Тогда-то он и увидел полоску ткани, которая лежала неподалеку.- Это был пояс от халата госпожи, - пожал плечами юноша. - Он был весь в земле.- Почему, - снова неожиданно заговорил Тал Тал, - пояс оказался на поверхности?Чонгай задумался. Тогда он не придал тому значения. Он был настолько подавлен, что даже не брал в голову подобные мелочи.- Дядя сказал, что ее задушили, - продолжил размышлять генерал, - но Чжоу рассказал о погребении заживо. Если он похоронил Мей прямо в халате, каким образом пояс от него оказался на поверхности?- Вы думаете..? - шокировано произнес лучник.- Я предполагаю, - осторожно поправил стратег, - что могила в саду министра пустует.Его слова возымели ошеломляющий эффект. Чонгай был потрясен, но постепенно в его сознании наступала ясность. Ему были нужны эти объяснения, ведь именно он своими глазами видел Юн Мей. Не сошел же он с ума?- Отправляемся в дом Чжоу, - приказал стратег, отойдя от окна, за которым наблюдал начало заката. - Я должен убедиться в том, что могила пуста.- Господин, но если вы ошибаетесь, - неуверенно возразил Мак Сон, - таким образом будет осквернена память покойницы.- Я знаю, - кивнул Тал Тал. - Однако мое чутье подсказывает, что могила пуста.И он не лукавил. Его интуиция твердила ему, что Юн была жива. Это чувство не отпускало до тех пор, пока он не услышал признание Тао Хи, и теперь, когда во дворце появилась копия его мертвой возлюбленной, в голове Тал Тала снова поселилось сомнение. Он не верил в призраков, но верил в логику, и теперь единственным доказательством смерти Юн могло стать только ее тело.***Поздно вечером в доме канцлера стало шумно. Байан сидел за столом, обдумывая план по избавлению от Ки, как за дверью кабинета послышалась странная возня.- Что там такое? - недовольно выкрикнул регент, прямо в тот момент, когда дверь распахнулась, пропуская внутрь взъерошенного генерала. Байан поразился при виде бледного взволнованного племянника, перепачканного землей. Его черные глаза застыли в пугающем выражении, и Байан не шелохнулся, ощущая внутри мерзкое подобие страха. Он как будто чувствовал, что молнии в глазах племянника будут направлены именно на него.- Тал Тал, что с тобой случилось?- Расскажите мне, дядя, вы знаете, что я вам доверяю, - генерал старался говорить спокойно и без спешки, однако его голос подрагивал от нетерпения. - В день осады Дайду вы прибыли в дом Чжоу раньше меня. Что вы там видели?По спине канцлера пробежался неприятный холодок, и он тут же поднялся с кресла, нервно передернув плечами. То, что он занервничал, не укрылось и от внимательного стратега.- Почему ты решил поговорить об этом? - удивился Байан, который надеялся, что тема смерти Юн Мей давно закрыта.- Потому что ее могила пуста, - резко ответил генерал. Он сгорал от нетерпения и чувствовал, что его дядя знал куда больше, чем пытался показать.- Ты осквернил могилу?! - ошарашенно выкрикнул регент, но тут же сообразил, что осквернения как такового не было. - Как тебе в голову такое пришло?- Вы же слышали, что я сказал, - с подозрением прищурился генерал. - Вас поразило то, что я копался в могиле Мей, но, кажется, вы совершенно не удивлены тем, что ее тела там не оказалось. Я должен спросить - почему?- Тал Тал, - канцлер отвернулся, ощущая, что краснеющее лицо выдает его с потрохами. - Зачем ты это делаешь? Юн Мей уже давно не с нами, почему ты снова ворошишь прошлое?- Потому что, как я ни старался, у меня так и не получилось отпустить ее, - с горечью ответил стратег. - Я лишился души, похоронив ее в тот день. Вы же знаете, через что я прошел тогда. Как заставлял себя открывать глаза каждое утро, чтобы прожить еще один никчемный день. У меня была цель - найти и уничтожить Чжоу, но теперь нет и этого. Нет ничего, и я не могу найти покоя. Я готов искать смерти на войне, лишь бы прекратить свои мучения.Байан прикрыл глаза, понимая, что его ложь в конце концов вышла ему боком. Он так боялся, что Тал Тал разоблачит его, эгоистично закрывая глаза на то, как он мучается. Этот обман не давал ему спокойно жить, и на этот раз канцлер решил, что новая ложь, которая непременно раскроется, проложит непреодолимую пропасть между ним и воспитанником.Мужчина собрался с силами и повернулся к генералу, решительно встретив его взгляд.- Я знаю, мой мальчик. Потому мое сердце разрывается, при виде твоих мучений. Я считал, что всё сделал правильно, ведь ты должен жить в покое и благоденствии, и что жертва, принесенная ради этого, не должна быть напрасной.- Какая жертва, дядя? - Тал Тал уже готов был вспылить, но подавил свой гнев, с силой сжав кулаки.- В ту ночь Юн Мей действительно должна была погибнуть. Чжоу связал ее и закопал живьем в том саду, именно в той могиле, возле которой ты ее оплакивал. Но ты прав, она действительно пуста. Я прибыл вовремя и успел вытащить Мей благодаря служанке, которая подсказала, где она. Тогда минута промедления могла стоить ей жизни.- Так Мей жива?! - выкрикнул Тал Тал, приблизившись к регенту. - Ответьте мне!Глядя в глаза, которые постепенно наполнялись влагой, регент возненавидел себя. Как он мог причинить ему такую боль? Своему преемнику, практически сыну.- Мей жива, - канцлер тяжело вздохнул, но не опустил голову. Он заслуживал эту ненависть, которая полыхала в глазах Тал Тала - это и было его наказанием. - Она во дворце Его Величества. Мне пришлось устроить ее служанкой.Тал Тал медленно переваривал полученную информацию. Юн Мей была жива. Он повторял это снова и снова, чувствуя, как от этой мысли становится легко дышать, но был настолько поражен предательством двоих самых близких людей, что едва держал себя в руках, чтобы не закричать в голос. Нервное истощение дало о себе знать, и генерал пошатнулся, неуклюже ухватившись за край стола.- Тал Тал, что с тобой?! - рядом с ним тут же оказался перепуганный Байан, чтобы помочь племяннику, но тот резко отшатнулся от него, не позволив даже прикоснуться к себе.- Не стоит, дядя, - выдохнул стратег. - Я сыт по горло вашей заботой.Генерал устало проковылял к выходу, но, задумавшись, притормозил и обернулся, чтобы задать вопрос.- Ее новое имя?- Янь Лин, - глухо отозвался регент. - Главный евнух поможет ее найти. Прости меня, Тал Тал.Генерал горько усмехнулся и покинул кабинет дяди. Его одолевали смешанные чувства, которые выкачивали из него последние силы. Настолько мощные потрясения, которые он пережил одно за другим, оставили след, и теперьТал Тал вдруг ощутил, что его эмоции постепенно догорали, оставив лишь чувство глубокой обиды, злости и непонимания того, чем он заслужил такое предательство.Генерал вскочил на коня и помчался во дворец. Его одолевало желание отыграться и увидеть ту лживую змею, которую долгое время он считал погибшей.