Дети кукурузы (1/1)
?Трудное детство никогда не кончается? Ежи УрбанДуша ушла в пятки. Крик властный и сильный, но в тоже время беспомощный и отчаянный, словно рык хищника пойманного в капкан, заставил окаменеть как соляной столб. Джо как никто другой понимал, его состояние, те чувства, которые сложно передать: унижение, безысходность, беспомощность, стыд. Когда поделиться не с кем, когда даже себе признаваться не хочется. Он собрался с духом, ощущая себя спасателем, выбравшимся на крышу к человеку, решившему свести счеты с жизнью, и произнес.- Я понял. Я сейчас уйду. Я скажу тебе пару слов и уйду. Ты можешь даже не смотреть на меня, если так легче. А я не буду смотреть на тебя. – Он сел на пол по-турецки спиной к собеседнику. – Недавно, у меня начались проблемы.… С головой… Ты знаешь, Твигги Рамиреза придумал Мэнсон. Твигги – шлюха. Он живет на сцене, и в постели Мэнсона. Когда Мэнсона не стало в моей жизни.… Твою мать… Ты, наверное, уснул уже, я не оратор ни хуя. Просто хочу все понятно рассказать. Трент покашлял, подтверждая свое присутствие и нетерпение, остаться в одиночестве. - Ладно… - Продолжил Джо. – Короче, ему стало тесно на сцене. И я начал пытаться вернуть его реальный мир. Я пробовал с другими парнями, которым нравился, но меня отчего-то не вставляло. И… Он тяжело вздохнул. Однажды вечером, Твигги пошел на панель. И он стал реальным, я испытывал ужас, а он возбуждение. Он запнулся, осознав, что опять говорит о себе в третьем лице, и собравшись, вернулся к повествованию от первого, чтобы Трент не вызвал ему психушку.- Я снял мужика на дорогом мустанге. Он показался мне хорошим парнем, но это оказалось не так. Короче… - Пришла его очередь, перейти на смущенный шепот. – Он изнасиловал меня бутылкой, засунул пять баксов в качестве платы, и бросил на обочине за городом. Джо давно пережил эту главу своей биографии, но произнеся вслух последнее предложение, впервые вдумавшись в ужас приключившегося с ним, не справился с эмоциями, и понял, что сейчас расплачется. Слезы предательски шустро заспешили по щекам, он ловил ртом воздух, шмыгнул носом, но решил закончить рассказ.- У меня шла кровь, я с трудом шел, иногда полз, пока меня не подобрал другой урод, согласившийся довезти до дома за минет. Я шел домой в ту ночь умирать. Я не мог никому открыться, все настолько гадко, что охота умереть. После этих слов, он услышал шелест и подумал, что Трент ушел, но ошибся, он сполз с кровати, и привалился плечом к его спине.- На улице я встретил проститутку. Трансвестита. И я не знаю... Почему-то ему я захотел довериться. Я ему сказал, что случилось, и он посочувствовал мне, и дал телефон одного доктора. У этого доктора незаконная практика, он не фанат полиции, и анонимно достает пули, ну или зашивает, то, что порвано.… Если порвано.… Ну, ты понял. Резнор продолжал молчать и слушать.- Он спас меня тогда. Давай, я позвоню, он приедет сюда, и осмотрит тебя?Трент сильно сжал запястье Джорди и, упираясь ему лбом куда-то в позвоночник, твердо и хрипло попросил:- Помоги мне! – Однако, почувствовав, неприятную властность в интонации, добавил. – Прошу!Седой дым наполнял комнату, Трент курил и пускал кольца, задумчиво провожая их взглядом, наблюдая за их трансформацией. Его не покидали чувства неловкости и смущения перед Твигги, не говоря уж о страхе, никогда прежде ему не приходилось верить кому-то на слово, не требуя гарантий. Хотя, надо признаться, никогда прежде ему не доводилось сидеть, балансируя на одной ягодице, нога на ногу, опираясь локтем на подлокотник кресла, чтобы не касаться кровавой голой спиной дорогой обивки. - Когда он приедет?- В течение часа. – Вздохнул Джорди, по-прежнему сидевший на полу, устроившись у противоположной стены, вытянув ноги и рассматривая то свои джинсы, то ботинки, нервно постукивающие друг о друга.- Ты это говорил в прошлый раз. – Пробубнил Резнор, потирая, сонное, измученное лицо. - Ну, дк… Ты и спрашивал пять минут назад! У него парень с огнестрельным, сейчас закончит и приедет. – Заметил Джо, тоном, словно урезонивает капризного ребенка. – Ложись спать. Приедет, разбужу. - Да не… - Соврал Трент. – Знобит, тошнит.… Не усну.- Страшно? – Кивнул Уайт, вытягивая из кармана сигарету и закуривая. – Страшно вот так сдохнуть. Сгинуть…- Да! – Резнор поморщился и добавил. – С чего тебе помогать мне?- Я охуел, после визита Мэнсона. Побоялся стать сообщником, чего-то лютого. Честно, я бы не удивился, если бы нашел тут расчлененный труп! – Он проследил взглядом за дымом. – Придурок вломился ко мне в кровище, нес околесицу, пытался трахнуть.- Слушай, раз уж мы все равно тут торчим… - Трент подбирал слова. – Зачем вы занимаетесь этим?- Чем? – Удивился Джорди и, встретив выражение лица, в котором читалась: ?Ну, ты понял ?ЭТИМ?, почувствовал присутствие третьего. Внезапно очнувшийся Твигги, вульгарно уточнил. – Трахаемся в жопу?- Ну, да… Просто это же… - Богатый лексикон сейчас барахлил на функции поиска и подбора нужного слова.- Больно? Унизительно? – Рамирез стряхивал пепел в пустую пачку, изучая собеседника глазами полными вызова.- Не только… - Протянув пепельницу и приглашая сесть ближе.- Слишком лично? Слишком интимно? – Хмыкнул Твигги, подсел рядом, оседлав пуф, и вульгарно прикусил нижнюю губу.- Вот именно. – Кивнул Трент. – Ты мазохист?- А ты садист? – Съязвил Твигги, накручивая прядь на палец.- Ослабь оборону. Не в моем состоянии нападать.- Отмахнулся Резнор. – Мне интересно, что тобой движет. Это саморазрушение?Рамирез, рожденный бухать, трахаться, уничтожать и драться, сразу утратил интерес к перепалке и заткнулся. Задушевные беседы - епархия Джо.- Не всегда. Хотя и это тоже. Я – Твигги, потому что ненавижу себя. Мне нравится мучить это тело, разрушать, умирать. – Сам офигивая, насколько легко признался.- Но секс ведь не только у Мэнсона с Твигги… Верно? – Пытаясь поймать его взгляд. - Я так понимаю, там Уорнер и Уайт, и само собой Мэнсон и Уайт?- Знаешь, после стольких лет, мне кажется, там не пахло никогда Уорнер и Уайт, было либо Мэнсон и Твигги, либо Мэнсон и Уайт. – Глядя прямо в глаза, и Трент в очередной раз восхитился прямотой парня.- Когда я только познакомился с вами, думал, что ты либо беспросветно глуп, либо влюблен! – Улыбнулся он.– Я был беспросветно влюблен, и поэтому глуп. – Рассмеялся Уайт. - Зачем вы занимаетесь этим.… Зачем… Повторил вопрос Джо, и как-то мечтательно посмотрел в потолок. – Я любил его. – Правая бровь поднялась вверх, словно потянув за собой и уголок рта. Он растерянно почесал затылок. – Я хотел этого. Мне казалось, мы очень похожи, что он мне эмоционально как брат. А физически… змей искуситель, что ли. Если отвечать, зачем я это делаю, то я бы ответил, потому что это экстрим.- Экстрим? – Трент нахмурился.- Сочетание боли, сумасшедшего оргазма, бескрайней уязвимости и влюбленности… Я думаю, ?экстрим? верное определение. – Закивал Джо.- Не знаю… - Резнор потушил очередной окурок. – Я думал, сдохну!- Я также думал первый раз. – Согласился Уайт, и оба рассмеялись.- Ты думал, что вы похожи? Да чем?- Сейчас ты скажешь, что я паршиво разбираюсь в людях, и будешь прав. Я думал, он такой же мечтатель, как и я.- Да уж, ты херово разбираешься в людях. – Хохотнул Трент.- Ладно! А ты? – Он указал пальцем на сгорбленную от боли фигуру. - Ты дофига умный и правый, однако, ты тоже втрескался в него! Ты верил ему!- Я ему не верил. – Замотал головой Резнор.- Ага, и поэтому сидишь сейчас на одной булке!- Джорди осекся, вспомнив, как болезненно собеседник относится к данной теме.Трент смерил его колючим взглядом, и мысленно послав на хуй, выдал:- Ты прав. Но в отличие от тебя, я сразу знал, что за фрукт передо мной. Я любил его непокорность, целеустремленность, желание работать хоть сутки, хоть двое, умение достигать поставленных целей, говорить, что думаешь, определенное бесстрашие, ход мыслей. Все мне импонировало. Пока я не понял, что все это побочное явление жажды денег и славы, а не несгибаемая воля или непреодолимое желание транслировать неудобную правду.- Значит, нам импонировало одно и то же. - Резюмировал Джо. - И он даже не умер, хуже всего то, что он призрак, которого мы выдумали. Парня, который нам так нравился, никогда не существовало. Дай сигарету. - Может, выпьем? – Немного грустно спросил Трент, протягивая спасительную никотиновую дозу.- Не, тогда Мигель не сможет тебе дать обезболивающее. – Вновь закуривая. – Чувствую себя, будто остался за старшего, присматривать за братьями. - Я так чувствовал себя весь тур с вами! Сколько их у тебя?- Трое.- Большая семья.… Это здорово, никогда не будешь один. Хотя, что-то у тебя не сложилось, если ты, такой как сегодня.- А ты догадливая сволочь. – По доброму констатировал Джо. – Мамы вечно не было, отца я не знал, меня воспитывала тетя и телевизор.- Бабушка и телевизор. – Резнор многозначительно протянул ему руку. – Если б не музыка, я бы умер, наверное.- Точнее не скажешь! – Отвечая на рукопожатие. – Начинаешь играть, и пошло все нахуй, уносишься прочь. Суки, я уеду отсюда, я и моя музыка, а вы подыхайте тут!На мгновение Тренту стало не по себе, столько лет минуло, а детские горести все еще тревожат. Они сидят тут два взрослых мужика, и писаются от счастья, что похожи, потому что были одинаково несчастны. - Творческим людям не суждено взрослеть, и мы вечно будем возвращаться к полю кукурузы.- Что?- Да это неважно, это мои тараканы.Комнату осветили фары, подъехавшей машины, и у будущего пациента дьявольски забилось сердце, от мысли о предстоящем осмотре.- Я открою ему, сиди. – Джо поспешил в гостиную. Через минуту на лестнице послышались шаги и неразборчивые разговоры, по мере их приближения, Трент уловил смысл:- Могли бы и сами приехать, не умирает же он у тебя! – Крайне недовольно разорялся врач.- Да брось, за тройную плату, можно и прокатиться по ночному городу, отвлечься от кабинета с запахом крови и порванных жоп. – Поддел его Твигги.- Хамло ты редкое, наглец и пидор. – Подытожил оппонент.- Ну, я смогу с этим жить, я думаю. – Продолжал хохмить Рамирез.Мигель по голосу напоминал ворчливого старика, по имени латиноса, но на вид представлял собой, высокого европейца лет пятидесяти с благородной сединой, потным лбом и здоровыми волосатыми руками.- Добрый вечер, молодой человек. – Обратился он к Резнору. – Ну, что у вас стряслось, что я в мыле прилетел сюда ночью.Трент начал собираться с мыслями с чего начать, как неожиданно шустро ему на помощь пришел Твигги.- Он посрался с одним гомиком в баре, он его избил, ну и пообщался ближе, чем Майклу хотелось бы. – Отчеканил он и обратился к пациенту. – Да, Майкл?- Да, как-то так. – Хмуро согласился Трент, удивляясь находчивости Джо.- Ладно, давай посмотрим. – Врач открыл чемоданчик, и что-то начал искать, гремя и нервничая, а затем поднял глаза на Твигги и попросил. – Давай за дверь! Вопрос деликатный.- Я буду рядом. – Шепнул, уходя Джо, как-бы подбадривая взглядом: ?Все будет путем?Спустя час пациент Майкл с наглухо забинтованной спиной спал. Доктор Мигель ехал в офис с тройной оплатой. Мэнсон бил невесту дома. Мистер Уайт оставил записку на тумбочке: ?Завтра около трех придет медсестра менять повязку. Поправляйся. Д. Уайт?. Твигги направился бродить по ночному городу.