Разговоры или Обнаженные чувства (Глава 19) (2/2)

- Сынок, - мужчина встал и подойдя к Люциану обнял его.– Прости меня.

- Нет, пап. Это ты меня прости, я был не прав. Вел себя как эгоист. Просто я привык всегда быть центром твоего внимания, а тут оказалось, что у тебя есть Сергей и еще… сын. Кроме меня, - протараторил парень и виновато опустил глаза. Владимир умилился поведению сына и потрепал его по волосам.

- Все хорошо, Лютик. Я понимаю твое состояние, поэтому и не держу обиды. Я должен был обо всем сразу рассказать тебе, но не мог решиться.

- Знаешь, пап, иногда у меня такое чувство, что в тебе скрыто две личности: властный и бесстрашный мафиози и потрепанный жизнью, уставший от всего мужчина, - Люциан обнял отца.

- Наверное, ты прав. Что-то подобное творится в моей душе и мыслях, - Князев-старший поцеловал сына в лоб и подтолкнул его к дивану. – Скажи, сынок, твое отношение к Сергею не изменилось? То, что мы с ним… любовники, не должно отразиться на вашей совместной работе. Ты ведь понимаешь, когда я сложу с себя полномочия, тебе придется какое-то время сотрудничать с ним. До тех пор, пока у тебя не появится свой человек на должность заместителя и помощника.

- За кого ты меня принимаешь, отец? Я не собираюсь портить отношения с Сергеем Аристарховичем, - Люц укоризненно посмотрел на отца, тот улыбнулся.

- Вот и хорошо. Для меня важно, чтоб дорогие мне люди ладили друг с другом.

Владимир несколько секунд неотрывно смотрел на сына и, тряхнув головой, решился задать интересующий его вопрос:

- Лютик, а что у тебя с Романовым? Вы стали близки в последнее время.

- Пап, ну что ты такое говоришь? Я просто хочу ему отомстить за все, что он делал на протяжении нескольких лет. Знаешь, я ведь сначала хотел отметелить его, так чтоб по составным собирали, а потом услышал о его любви. Если честно, то я не верю в то, что это любовь, но он зависим от меня, и это козырь, - Люциан увлекся своими мечтами о мести, а Владимир с беспокойством смотрел на сына и боялся, как бы он сам не угодил в свою ловушку.

- Ты уверен, сынок? Может, приглядишься к парню? Мне кажется, он не так плох. Ну, оступился, наделал глупостей. А вдруг его чувства искренни? – Князев попытался образумить сына.

- Неа, он издевался надо мной, получал от этого удовольствие. Я тоже хочу почувствовать превосходство над ним, но не физическое, а моральное. То, которое он так и не смог взять надо мной.

- Понимаешь, сынок, я хоть и люблю Сергея, но и на меня порой находит дикость, я причиняю ему боль. Физическую и моральную. И только сбросив пар, понимаю, что неправ, и пытаюсь загладить вину. Сережа знает, что это все - напряжение из-за работы и проблем, связанных с ней, поэтому и прощает меня, не держит зла.

- У вас с Сергеем все по-другому, а у нас с Романовым затянувшаяся война, фаворит в которой резко изменился. Теперь, когда у меня есть козырь в рукаве, я знаю, куда надавить, чтоб растоптать его, - Люциан говорил твердо и холодно, что означало решимость.

- Как знаешь, сын, - тихо произнес Владимир Олегович и, поднявшись с дивана, подошел к столу. – Возьми эти бумаги и изучи их на досуге. Это выводы аналитиков. Нам нужно решить, рентабельно ли в дальнейшем держать бетонный завод или стоит переквалифицировать его в новое направление. Я хочу знать твое мнение. И к Сереже за помощью не бежать! – строго добавил Князев-старший. Юноша улыбнулся и, забрав документы из рук отца, покинул комнату.

***Перекусив на кухне любимыми пончиками, которые Агнесс готовила специально для него, Люциан вызвал такси и отправился в дом Романовых. Сегодня он собирался вывести Максимилиана на откровенный разговор, но говорить о том, что знает про его чувства, не хотел. В доме Максимилиана кроме прислуги никого не было. Люциан решил подождать парня в комнате, которую ему выделили. Он вытащил документы, взятые у отца, и принялся их изучать. За бумагами юноша потерял счет времени и очнулся только тогда, когда Макс нахально завалился на кровать рядом с ним, отпихивая и сминая бумаги, разложенные в определенном ?порядке?, точнее разбросанные по постели.

- Привет! – на лице брюнета сияла улыбка, но она скрывала его напряжение.

- И тебе, - буркнул Люц, сгребая документы и распихивая их по папкам. – Чего хотел?

- Тебя, - подшутил Макс.

- Когда Я захочу тебя, непременно сообщу об этом, - безэмоционально произнес Люциан, откладывая папки на тумбочку около кровати.

- Почему ты такой? – подскочив с постели, вскрикнул Макс и гневно посмотрел на Князева.

- Какой ?такой?? – растягиваясь во весь рост, спросил Люц. Он придерживал левую руку, которая чесалась и ныла под гипсом.

- Такой язвительный, безразличный и горделивый, - устало произнес Максимилиан и сел рядом с юношей.

- А тебя куда больше устроило, если бы я сломался после твоих издевательств? Еще три года назад ты поставил не на того, - Люциан прикрыл глаза и стиснул зубы. Рука ныла все больше и больше. Не мешало бы выпить обезболивающего.

- Все не так, - Максимилиан опустил голову и вздохнул. – Я вел себя как мудак и признаю это, но я искренне сожалею о том, что делал.

- Это должно меня утешить или улучшить мнение о тебе?

- Не знаю, но хотелось бы.

- Ты удивительный, - Люциан издал смешок.

- С твоих уст это стоит рассчитывать как комплимент или оскорбление?

- Ты так и не понял, какой я, - Люциан был разочарован.

Макс вскинул голову и пристально посмотрел на Князева. Он с секунду раздумывал и, приблизившись к парню, склонился к его лицу.

- Покажи мне, какой ты. Я хочу знать тебя, хочу чувствовать. Хочу чувствовать то, что чувствуешь ты,

Люциан слушал его, приоткрыв рот. Он хотел поверить, но не позволял себе. Для себя он решил, что не будет доверять никому. Так легче: меньше боли.

- Н-нет, - выдохнул Люциан. Романов покачал головой и приблизился к его губам.- Пожалуйста, Лютик…Не слушая ответа, Макс накрыл губы Люциана, сминая их в голодном, болезненном и отчаянном поцелуе. Брюнет нависал над парнем, опираясь ладонями на постель. Поцелуй все больше приобретал болезненные нотки, и Люциан недоуменно распахнул прикрытые глаза. Максимилиан оторвался от любимых губ и посмотрел в серые как грозовое небо глаза.

- Я тебя люблю, - выдохнул он.- Уйди, - решительно и холодно в ответ.

Ребят, у меня вопросик возник. В заявке (которую я нагло исковеркала под себя), был пунктик по поводу того, что "ботаник" должен иметь внутренний "стержень". Мне интересно, мой Лютик обладает тем самым стержнем/характером?