Осознание (1/1)
Pov АкумаЯ люблю утро. Тихо, спокойно.Все сонные, но уже всюду кипитработа. Каждый занят делом и,редко попадаясь мне на глаза,создают полное впечатлениеабсолютной занятости.Наблюдаю за служащими изогромного окна в холле,внимательно рассматриваякрасивый двор и оранжереюпри дворце. Замечаю Элен вобществе белокурой подруги.Приятная девушка, сразу видно,что полукровка. Странно, но дознакомства с Эриком, я неособо вникал в такие дела, апотому, без интересавглядывался в обычные лицавсех тех, кто когда-то былилюдьми.Элен что-то эмоциональнорассказывает своей спутнице,медленно огибая цветочныйсад. Правильно. В твоёмположении нужно почащегулять и любоватьсяпрекрасным. Хочу сына -мужественного и сильного илидочку - красивуюпринцессу...лишь бы на мамубыла не так похожа. Чуть поотдаль,на скамье уже с утра по-раньше, но какие-то уставшие,сидят Ка и Эрик. Оба в форме иоба о чем-то мило беседуют.Дряни. Тратят бесценноесвободное время на "милые"посиделки, когда все трудятся впоте лица. Обязательно накажу,хотя...Может стоит отнестись к этойсладкой парочке чутьснисходительнее? Я видел, какони целовались.. Хреновыголубки.Непроизвольно расплываюсь встранной улыбки, празднуябезоговорочную победу над Кав борьбе за Тенши, как вдругслышу громкий шорох слева.Только хочу зарычать отвозмущение на неуклюжегонарушителя тишины, каквнезапно замечаю Тенши,сидящего на полу в горе папоки с озабоченным видомразговаривающим сам с собой.-Маленький мой, - тихо смеюсь,подходя к своему сокровищу иопускаясь на колено, чтобыподнять его на руки. Он тоже вуниформе. Сидит по фигуре, новсе равно выглядет по-детски.-О, Акума! - радостновскрикивает, увидев меня иотчаянно сопротивляется, когдая усаживаю его на широкийподоконник и сам собираюразбросанные папки. -Я нес ихтебе, но они были такимитяжёлыми!-Что ты делаешь в такую рань?Я же разрешил тебе поспать по-дольше.Отрицательно мотает светлойголовой, пытаясь сделатьдетское личико серьезнонастроенным:-Не хочу я спать! Хочу хоть чем-то помочь тебе, да и одному впостели очень плохо без тебя...-краснеет и тянет ко мнехуденькие ручки, которые я тутже целую. Обожаю их. Обожаюкаждый сантиметр его нежнойкожи. Мой славный малыш. Такотчаянно рвешься служитькоролю. Снова воспринимаешьвсё как игру. Тащишь тяжёлыепапки для меня, получаяудовольствие от того, что тожезанят делом. А знаешь ли ты,Тенши, что в этих самых папкахдела тех, кто будет казнен,повешен и посажен в тюрьму?Нет, не знаешь. Но это даже клучшему.Он продолжает тянуть ручки,тут же подхватываю его за попуи усаживаю на талию. Крепковжимается в меня и начинаеткусать мои волосы. Тихосмеемся, пока рядом нетникого.-Ты сегодня в униформе? - онмедленно царапает моё плечои трётся всем телом об мойторс. Только безмозглый идиотне сможет понять намёка.-Должен ведь я когда-нибудьнадевать ее, - шепчу еле слышнои легонько шлепаю его помаленькой попке, -Ахах..прекрати, маленькийчертёнок.-Акума, не называй меня так, -обиженно сопит, возмущеннокусая за шею.-А как же? Ты ведь и естьмаленький чертёнок.Его мягкое дыхание обжигаетмоё ухо, которое он сжадностью начинаетоблизывать. По телу бегутзаряды..-Ммм..хозяин, придумайте мнедругое прозвище.Продолжает ёрзать на мне имять тонкими пальчиками моюгрудь. Просто стыдитьсяпопросить вслух, но всемителодвижениями пытаетсяпоказать, чего он хочет. И как,мне прикажете, после такогоназывать его как-то иначе.-Эй, эй, чудо моё блондинистое,- просто нехотя отрываю его отсебя, опуская на пол, -Всёвечером, сейчас же у менямного работы.Тяжело вздыхает и кивает спонимаем.-Лааадно, - тянет обреченно,пока я собираю в стопку всепапки, -Тебя искал Хи с утра.Что? Этот идиот ещё здесь? Нопочему? Говорил же, чтопроездом и на день, а самзадержался хрен знаетнасколько.Настроение быстро падает,растворяясь где-то в воздухе.Год. Я целый год не виделся сним. И не виделся бы ещёсотню лет! Но это тварь вновьпритащила свой зад ко мне. Этостранно, но почему-то ячувствую особое напряжение итревогу, когда Хидеки находитсяв моем доме. Я не ощущаюникакой опасности от него.Просто. Он. Меня. Бесит.-Маленький мой, иди, погуляй всад, я, кажется, видел там Ка, -глажу его по голове, отправляяотдохнуть. Идет к параднойлестнице, но резкоразворачивается, подбегает комне снова и дергает за рукав,чтобы я нагнулся к нему.Наклоняюсь, с интересомприготовившись выслушать его.-А я тебя люблю, - крадет мойпоцелуй и со звонким смехомудаляется прочь.Давно бы так..Довольно улыбаясь, захожу всвой кабинет, усталозаваливаясь в кресло, как тутже слышу звук открывающейсядвери без стука. Во всемкоролевстве так делают толькодвое: Тенши и ...-Хидеки, мать твою!-Всё ещё спите, о, Великий иУжасный Акума- гроза всехангелов, детей и беременныхжен!Мразь, в которой течёт, впринципе, родная кровь,расплывается в блядскойухмылке. Нагло проходит вглубькомнаты и, подойдя кнебольшой статуэткидревнегреческой богини,начинает вертеть и лапать еесвоими граблями. Просто доужаса хочется проломить этимего чертову голову, а потомрассказывать всем с невиннымлицом, что так всё и было.-Каково хера ты ещё здесь?!-Ты так со всеми гостямиобращаешься? Грубо, ненаходишь? - снова тыкаетнесчастную статуэтку,поднимает ее кверху, вертитперед глазами в разныестороны.-Не нахожу! Поставь на местоАфродиту!-Она тебя дорога, Акума?-Нет, бля, я ради смеха хранюее в своем кабинете! - неуспеваю выплеснуть всюглубину своих эмоций, как этасука с улыбкой шкодливогокота, разжимает руки и мойлюбимый предмет встречаетсяс блестящем паркетом,разлетаясь на множествокусочков.-Блять!!! Прекрати бить моивещи! - каких усилий мне стоитне подлететь и в очередной разне надрать его зад, только вот,если начну это делать, то сноваразнесу кабинет.-Ой, смотри, Акума, у неёголова отлетела и покатилась кдвери, прям как у Микама, -противно смеется, наблюдая замоей реакцией. Я помню этотпроклятый смех. Так же онржал тогда, когда будучи ещёдетьми и играя в мяч, мы,точнее, Хидеки разбил урну спрахом предка. Вот только винувсю он спихнул на меня, и отецжёстко выпорол меня, а этотурод ещё всю неделю смеялсянад моей походкой.-А если серьезно, то я по делу, -смотрится в отражениеблестящего старинного щита,что висит на противоположнойстороне от окна, и поправляетсвою длинную чёлку. -Мненужен Каору.Да сколько ж можно?? Не ужели я не внятно объяснил всёещё в тот раз? Или быть можетмне следовала говорить с тобойне на латыни? А может тыпросто глух и глуп. Хотя нет,Хидеки, ты банальный упрямец!-Нужен Каору?! - зачем-топереспрашиваю его, постепенноповышая тон, -А это тебе ненужно?! - я стучу по огромномудубовому столу, указывая насвоё место. -Или это?! -выставляю перед ним своюкисть, тыкая на рубиновыйперстень. -Или быть может всёЭТО??!!! - я взмахиваю руками,имея ввиду всё государство.Хидеки внимательно слушает,подмечая моё резкоиспортившееся настроение небез его помощи.-Нет, Акума. Я уже кажетсяговорил, что мне не нужно нетвоя красная стекляшка, не этоткабинет, ни трон в целом. Яумнее тебя, Акума. Мне ненужно это, хотя бы потому что яне дурак и не намерен нести насвоих плечах такуюответственность, а в ответ лишьслышать сплетни да интриги, иещё эта опасность того, чтотебя в любой момент могутубить. Власть - самоенестабильное из всего сущего.-Хочешь, сказать, что я дурак,раз отчаянно борюсь зазаконное место и свой народ?! -выкрикиваю, нет, я просто рычуот возмущение, пока эта мразьмеряет шагами мой кабинет.-Я не хочу, а говорю тебе это влицо, - останавливается прямонапротив меня. Чего мне стоитпросто взять и свернуть емушею прямо сейчас? Меняникогда не останавливало этогрёбанное кровное родство.Почему Я должен терпетьоскорбления и унижения, аоправданием всего этогодолжны быть какие то херовысемейные узы?-Просто ты обычный трус, вотпоэтому не в состоянии неститакую ответственность и несмей прикрываться своейгуманностью, умом и прочейхуетой. Я люблю своёположение. Мне нравится бытьКоролем, усёк? А ты продолжайжить на своих паскудных земляхи прятаться за мою широкуюспину.-Нравится? Так почему у тебятакой уставший вид, словно, тыспал в последний раз неделюназад? Или это во всем виноваттвой любовник Тенши?-Не твоё дело, почему у менятакой вид, и Тенши - нелюбовник, а мойвозлюбленный!Да, иногда эта дрянь выдаетумные мысли. Я и в правдуустал. Очень сильно. И виной,конечно же, является не Тенши.Я просто по уши погряз вгосударственных делах: убираювесь мусор, что оставил послесебя Микам, даже делаю туработу, с которой не в силахсправиться мой любимыйсоветник, который послечудесного появления Тенши водворце и вовсе объявил мнебойкот. Всё это давит, но далеконе является поводом, чтобыненавидеть своё положение вэтом мире.-Возлюбленный? Ну так темболее отдай мне Каору!-Совсем страх потерял? Яповторяю: НЕТ!Резко возникает желаниепозвать охрану и вывести его нафиг из моего дома, только вотпроклятая неприкосновенностькоролевских господ не дает мнеподобного права.-Ты всегда любил издеватьсянад другими. Тебе ведьнравилась чужаябеспомощность, Акума? -говорит вкрадчиво и тихо, какбудто пытается мне что-товнушить, -Унижая других, тычувствовал свою силу. Разве этоне есть трусость? Ты воюешь стеми, кто во много раз слабеетебя, и изначально подмечаяитог сражения. Ты говоришь,что никого и ничего небоишься, так откуда же взятьсясиле, как не в борьбе со своимистрахами? Чёрт! Да ты даже впартнеры берешь себе тех, ктов сто тысяч раз слабее именьше тебя. Так тыдоказываешь свою власть?Какого это, трахать ребенка?Режет. Эта сука просто режетменя каждым словом, каждойфразой. Словно, совестьматериализовалась передо мнойи теперь беспощадно давит наменя. Чего добивается Хидеки?Что я надломлюсь? Заплачу?Начну исповедываться передним? Не уж то он и в самомделесчитает меня таким тупым?Не уже ли думает, что я никогдане сожалел о подобном.-Тенши - не ребенок!-Верно. Ты сделал из неговзрослого. А теперь, когдаполучил всех и всёвыкидываешь из жизни Каору,как старую куклу, только вот,Акума, он - не кукла!-Заткнись, - мотаю головой,отгоняя наваждение. Молю всехтемных Богов, пусть он закроетсвою пасть, иначе..я не знаю,что может случиться..-Разве это не так? - садитсясвоим задом на мой стол,отодвигая документы, -Я видел,как ты с ним обращался. Явидел, как ты отвешивал емузатрещины. Тебя когда-нибудьбили, Акума? - не спешаповорачивает голову в сторонусемейного портрета ивнимательно всматривается внего, а после короткой паузыпродолжает, -Били. Я помню.Давали такие же затрещины,если не сильнее. Ты мстишькому-то таким образом? Что тычувствовал в подобныемоменты? Кричал? Плакал? Илипокорно стоял и смотрел в пол,как это делал всегда Каору?Он всё не затыкается, говорит ине думает останавливаться,неосознанно погружает меня вдалекие воспоминания, чтотяжёлым одеялом падают наменя и просто начинаютдушить. Снова и сновазаставляет меня окунуться туда,где я один на один со своимистрахами икомплексами..Хидеки.. Он..слишком многознает обо мне. Знает даже то,чего бы не следовало.. -Ты такпривык к Каору, что он всегдатебе подчиняется и всегда где-то рядом. Твой Тенши не такой,верно? В любой момент можетпослать тебя и снова вернутьсяк брату.. Ты просто недопускаешь мысли о том, чтоКаору сможет уйти ко мне. Асамое интересное то, что даже,если мы позовем Каору сейчассюда, он в жизни не ответит,чего хочет. Знаешь, почему?-Почему?-Потому что он до ужаса боитсятебя, придурок!Почему? Почему до меняникогда раньше этого недоходило? А что если это былане любовь и не преданность, аобычный страх? Я ведь всюжизнь думал, что я сильный,что ему нравится эта сила ивластность, а по существу, онпросто боялся до смерти?-Что за бред? - переспрашиваюего с совершенно потеряннымвидом и тут же вспоминаюнаши первые встречи с ним.Он. Дрожал.Он. Кричал.Он. Боялся меня.Я думал, что это лишь трепетуважения или излишнееволнение.. Я ведь всегдаощущал страх нутром: тяжёлый,липкий, обволакиваетполностью. Но страх Каору небыл таким или...он простоборолся с ним..из-за меня?