IV (2/2)

— ну и чего застыл? - режет по ушам усмешкой.

— у тебя звонок не работает.— правда?

Чихо демонстративно протягивает руку, чтобы нажать на звонок, а Донук пытается просто сохранять то спокойствие, с которым сюда пришёл. И зачем-то перехватывает руку старшего ещё тогда, когда тот собирается нажать на проклятую кнопку и выставить Чона полнейшим слабаком.

— проходи. - и Зико не противится, что выглядит это до одури странно. Донук не столь глуп, чтобы умолчать эту деталь тоже.

— пару недель назад ты не особо добродушен был, когда мы виделись. - увы, получается не более чем жалоба.

— а ты хочешь чтобы я как девчонку тебя отодрал, забрал деньги и выкинул за дверь?

Не вовремя, но сердце юноши пропускает такой удар, что ещё очень долго пульсирует и болит висок. А щеки, кажется, порозовели моментально. Но Зико слишком крутой, чтобы замечать такие мелочи.

— оставь такие сюжеты своим шлюхам. От меня отвали.

Донук не ждёт ответа, просто протягивает к рукам старшего деньги, собранные если не кровью, то потом и слезами точно. Но на лестничной площадке становится невероятно тихо. В этой тишине слышно даже как выключилась микроволновка на кухне Чихо. А сам он даже не смотрит на купюры. И Пеномеко почти верит, что это сигнал светофора, оповещающий о том, что дорогу переходить нельзя.— зайди.

Его хриплый голос звучит словно на десяток лет старше. Чихо отходит в сторону, создавая Донуку коридор для того чтобы он прошёл в эту обитель из которой выйдет свободным человеком.

И может он просто преувеличивает, но Пено горд собой и держит спину ровно. Он заработал эти деньги честным трудом.

— все настолько плохо, что ты боишься брать деньги не в квартире? - он все же пытается шутить, слушая как щёлкает замок входной двери. - да у тебя паранойя уже.

Удивительно, но всегда вспыльчивый и агрессивный Зико не реагирует. Он лишь обходит стоящего посреди гостиной Донука стороной и присаживается на подоконник, закидывая одну ногу на подлокотник кресла. И смотрит.Так смотрит, будто Чон видит впервые и пытается произвести ложное впечатление.

Смотрит так

Что внутри органы перемешиваются и сердце оказывается где-то в пятках.— теперь можешь рассказать каким местом заработал такие деньги. Свидетелей не будет.

Донук пытается унять в себе чувство неполноценного желание бросить чем-то прямо в лицо этого самодовольного ублюдка.

— как для ярого натурала у тебя слишком много пидорских шуток. - язвой на язву отвечает младший. - миленькая квартирка.— ты был тут, не корчи дурочку. Я серьезно спросил.

— Дин подкинул идею подзаработать. - ?моделью? вообще никак не вырывается сказать. Пусть останется так.И лицо Зико расплывается в настолько самодовольной физиономии, что Чон становится не по себе. Слишком странная реакция на то, что вроде как, знают все.

Чихо присвистывает и чешет затылок. И говорит то, что в принципе воспринять становится чертовски сложно и страшно.— тоже представил задницу его продюсеру? Видно хорошо платят, раз отдавать такие бабки не жалко..

— что ты несёшь?

Его не оскорбляют эти слова. Его ввалит в шок это ?тоже? в начале. Тоже.

Что и Дин?Квон Хёк, с самой понимающей улыбкой..— подставил жопу Крашу? Давай честно, это единственное, что мог предложить тебе Хёк. - громко смеётся Зико, заканчивая мысли Пеномеко примерно тем же смыслом.

— у тебя совсем катушка съехала, уебок? - незаметно для себя повышает голос юноша. - хватит нести бред.

— все мы знаем..

Донук не слушает. Донук застывшим истуканом смотрит куда-то сквозь Зико, за мгновение ставшим для него безразличным. И одновременно самым большим уродом которого он знал.

Он не вникает в суть вопроса на счёт того, каков в постели Краш. И вовсе даже не появляется вопрос кто это и почему Дин с ним спит.

И спит ли вовсе?— лови.

Желание кинуть что-то в лицо Чихо снова взяло верх и теперь уже Пено не особо заморачивается, к потолку подбрасывая хрустящие купюры, разлетающейся по всей комнате бесполезными бумажками. И в глазах Зико не мелькает искра веселья. Скорее появляется усталая гримаса, часто спрятанная за маской дерзящего исполнителя грубых текстов.

— на лечение хватит.

С мыслями о том, что это его последние слова в этой ситуации, юноша не дожидается даже когда все купюры благополучно приземляются кто куда. Он салютует не двинувшемуся с места У и смотрящего на Чона с той дозой безразличия, которой нормальному Донуку хватило бы чтобы умереть моментально.

Утренний разговор с Хёком всплывает трупом у берега реки. Пено дурно и мерзко, когда он оказывается в грязном подъезде и перематывает пленку их с Чихо разговора. А искренне улыбающийся Дин уже не кажется тем малым островом нормальности и спокойствия.

И чем больше он думает, тем больше не замечает как летит время, как ноги сами приводят его к темной двери с номерным знаком в два числа, ровно как число, когда он родился, пытается думать Донук.

Но мысли обратно возвращаются в квартиру Зико и разлетаются как деньги, что фейерверком запустил Чон в лицо рэппера.

Секунда. Две.Ему нужно унять эту причину сырых крыльев его самолетика, так сильно мешающих взлететь. Даже больше, чем долг перед Зико.

Дверь открывается ровно через две минуты. А хмурый взгляд Пено сталкивается с удивленной парой глаз, будто снегопад летом.— Хёк, надо поговорить.