Иван Евстигнеев/Мирон Фёдоров (ангст) (1/1)

неделя вторая. мирон медитирует вновь. глаза закрыты, а веки слегка подрагивают. тень играет с его воображением. федоров циклит свои мысли на характере создаваемого человека. милый, красивый, разносторонний.неделя четвёртая. вдох. перед его глазами в своей полной красоте предстает его тульпа. его зовут ваня, от него пахнет карамелью и мятным шампунет. он не разговаривает. только слушает, иногда улыбается, а иногда растроенно качает головой. неделя шестая. мирон замыкается в себе и не выходит на улицу вообще. ваня тёплый и мягкий, подобно плюшевому мишке, его целовать приятно до легкого покалывания в кончиках пальцев и фейерверков под прикрытыми веками. федорову ваня нравится, он даже забывает, что создавал друга, а не любовника. хотя, кого это сейчас волнует? ваню, который прогибается в спине и кусает в плечо? нет, не особо. миро, который трахает по сути в о з д у х, тоже не сильно парится. неделя восьмая. ваня забыл, что такое ласка. мирон поднимает на него руку?— ? воображаемому хую с горы не может быть неприятно, уткнись и соси глубже, мразь?. засохшая кровь на коленях так и не будет смыта, федоров запрещает ему посещать ванную комнату, хотя он может представить чистого, умытого ваню, но не делает этого. больной ублюдок с фетишем на кровь и анорексичных парней. ваня хочет быть живым. н а с т о я щ и м. хочет гулять, ходить в кино, кушать пиццу по выходным и хороших друзей, но на деле лишь шире раздвигает ноги и кусает ладонь, чтобы не закричать, хотя прекрасно знает?— кроме яновича никто не услышит. ваня бы хотел себе свою тульпу. он бы любил её. брал с собой в парк и включил бы любимый фильм, разрешал бы брать свою кружку и целовал в лоб перед сном. к сожалению с ним так не обращаются. мирон водит домой красивого португальца. дарио страстный и очень громкий, ваня вынужден сидеть на стуле и наблюдать за тем как его любимый создатель трахает левого мужика, но смотрит в его, ванины глаза, ухмыляется и долбит жестче. ваня чувствует не любовь, а привязанность болезненную, неправильную до жути. что говорить о правильности, если самого вани не существует грубо говоря. бедной тульпе с каждым днём все хуже и хуже, мирон кладет на него хуй, ебется со всеми своими знакомыми и не забывает пиздить ваньку после тяжёлого дня, чтобы расслабиться так сказать. федорова присутствие тульпы заебывает. она ему на хуй сейчас не упала, у него впереди сессия, прогулки с друзьями и уикенд в португалии с дарио. он читает на форуме о том как избавиться от вани. нужно представить, что его нет. он так и делает, игнорирует и вины не чувствует. ваня растворяется потихоньку, слёзы с голубых глаз падают прямо на новенький ламинат и разбиваются на тысячу, видимых только яновичу осколков. сердце будто выжигают, кидают о стены, прыгают на нём тяжелыми военными сапогами., но ваня терпит, он прекрасно знал, что он?— плод воображения, ему не суждено долго жить. он лишь кричит громко и отчаянно:—?я люблю тебя, люблю! буду всегда любить, слышишь? не надо, мирон! ты мне нужен, остановись, пожалуйста! —?под конец его голос срывается на какое-то жалкое кряхтение и он ловит на себе холодный взгляд глаз своего создателя.—?я прогоняю тебя, ваня,?— он говорит это с огромным безразличием и ноткой садисткой радости в голосе.ваня будто ходил по краю и сорвался. упал прямо на железные балки и разодрал все что мог. он чувствует как его лёгкие заливает кровью и он буквально в ней захлебывается. мирону бы понравилось. перед глазами пустота. его выкинули, может быть федоров поменял своё решение, если бы знал, что тульпа?— личность и при её изгнании он теоретически убивает ч е л о в е к а. ваня выпадает из сознания яновича окончательно и мысленно желает им с дарио счастья. улыбка все же трогает его губы.он нашёл любовь, но потерял в неё веру.она жива и она ещё дышит,но, она его больше не ищет.