пятнадцатый день. (1/1)

– Поднимайся! Шатохин, ебаный в рот, ну давай быстрее!Артём сонно приоткрывает глаза и видит Ксюшу, трясущую одеялом, из которого вылетает пыль, копившаяся там наверное с десяток лет точно. – Все, хватит, успокойся! - недовольный ранним подъемом Артём садится и потирает глаза. Ксюша бросает несчастное одеяло и вылетает из комнаты. Артём прислушивается и понимает, что для восьми часов утра ещё очень тихо, а следовательно, он не проспал. ?И чего тогда так орать?!? - думает Шатохин и в уже испорченном настроении решает выйти умыться, все равно обратно не ляжет. Часы в общем коридоре показывают только половину седьмого, все кругом ещё спят.Но умыться спокойно у Артёма тоже не получается. Ксюша находит его и тут. – Я уже сходила к Марку и Назару, - шипит та, нагло закрывая кран с водой, - быстрее, пока все ещё спят!– Да о чем ты вообще?! - окончательно выходит из себя брюнет, резким движением убирая руку напарницы и вновь открывает воду.Ксюша на пару секунд выпадет в осадок, а потом ладонью бьет себя по лбу.– Черт, да, прости, я не сказала. Боже, реально, прости, - та виновато смотрит на Артёма, - короче, у нас пропала Леся. – Кафельникова? - не до конца понимая происходящее интересуется Артём.– Ты знаешь ещё Алесь в нашем отряде? - Ксюша нервничает и крутит меж пальцев шнурок от спортивных штанов. – Ты уверена, что она прям пропала? - Артём снимает с плеча полотенце и не торопясь вытирает ледяные капельки с лица. - Может, она на спорт площадке, ну, или в курилке, - брюнет усмехается от контраста сказанного и смотрит на Ксюшу. – Ко мне Катя зашла в пять, разбудила и сказала, что Леси нигде нет. Блять, да что я на тебя время трачу, все равно никакой пользы! Девушка вновь удаляется, но Шатохин успевает схватить ее за запястье, заставляя остановиться.– Так, спокойно. Разделимся: Марк пусть пройдётся по корпусу столовой и по административному, Назар посмотрит все беседки, ты отвечаешь за жилые корпуса, я прочешу территорию у озера и ещё раз в курилку зайду. Если что - пишем в наш чат.Ксюша сухо кивает и осторожно начинает заходить в каждую комнату.– Ебаный в рот, а в этом лагере всегда такой трэш? - интересуется Марк, шнуруя в спешке кроссовок.– Нет, я сам удивлён, раньше все было ровно. Ну, не считая прошлогодней ситуации с роялем на вожатской дискотеке, - Назар усмехается, вспоминая это, и выходит из комнаты, ёжась от утреннего холода. Кеды тут же мокнут из-за выпавшей росы, ощущение не из приятных. Артём быстро спускается к озеру, сбивая по пути пару ярко-желтых одуванчиков. ?И куда она могла вообще деться?!? - возмущается Шатохин, осматривая все вокруг. Можно было спросить у охранника, не выходил ли никто за территорию, но это явный показатель произошедшего недоразумения, а о пропаже никто знать не должен, иначе поднимут на уши всех и ничем хорошим это не закончится.В чат приходит сообщение от Ксюши, что в жилых корпусах Леси нет, следом ответ от Марка - в столовой тоже никого. И у Артёма хоть шаром покати, вообще никаких следов или признаков, что тут кто-то был. Парень направляется обратно к корпусу, решает поговорить с Катей. Шатохин заходит в их с Ксюшей комнату и пересекается взглядом с вышедшем из своей комнаты Глебом. Младший видит, что что-то явно произошло и решает пока не лезть. В комнате Ксюша и Катя, сидят молча на противоположных кроватях. – Привет, Кать, расскажешь, что произошло? - Шатохин решает хоть немного прояснить ситуацию и садится рядом с девушкой. – Привет, - Кищук наконец-то приподнимает голову и Артём встречается взглядом с ее заплаканными глазами, - часа в три ночи Леся встала и куда-то ушла, ну, я удивилась, но подумала, что скоро вернётся. Она так и не вернулась, я запаниковала и разбудила Ксюшу. – Ты ей звонила, писала? – Она оставила телефон в комнате, - дрожащим голосом произнесла девушка, - я очень за неё переживаю. Глеб, понявший, что что-то не так, осторожно подошёл к двери в комнату вожатых и прислонился худощавой щекой к деревянной дверце, выкрашенной бледно-зелёной краской. Но, увы, говорили в комнате очень тихо и слов было почти не разобрать. – Глеб?! Что ты делаешь? Парень дернулся и мигом отпрянул от двери, оглядываясь по сторонам. В холле стояла Таня, с полотенцем на плече и принадлежностями для умывания в руках. Блондин прижал палец к губам и подошёл к девочке. – Да у вожатых какой-то там кипиш, я пытаюсь разобраться, - вдруг Голубин понял, что наверное сморозил лишнего, - никому ничего не говори, я думаю, что к подъёму все прояснится. Таня выглядела озадаченно. Девочка покачала головой в знак согласия и все же ушла в ванную комнату, куда изначально и собиралась. Глеб остался стоять в холле, так и не получивший хоть какую-то информацию. Назар пересекся с Марком на улице, когда старший направлялся в беседку у столовой, а младший в административный корпус. – Ну что, нет ее там? - спрашивает Марк, поднимая воротник у олимпийки. Назар отрицательно качает головой. – Надеюсь, что до общего подъёма мы ее найдём, иначе заведующая открутит Ксюхе и Теме голову, у них в отряде постоянно какая-то вакханалия творится. Марк только сейчас понял, что они с Назаром вообще никакого отношения не имеют ко всему происходящему, однако безоговорочно и не раздумывая согласились помочь. ?Круто, что мы действительно так сдружились? - проносится в голове у младшего. Вотяков, похлопав напарника по плечу, уходит осматривать оставшиеся беседки. Марк направляется к административному корпусу, как вдруг взгляд его падает на окошко в домике охранника. ?Странно, он спит в такое время обычно? - думает парень, но все же решает подойти ближе. Марк поднимется по ветхим ступенькам, пару раз стучит в деревянную дверь и переминается с ноги на ногу в ожидании ответа. Спустя пару минут дверь со скрипом открывается. Пожилой мужичок, охранник лагеря, встречает Марка с улыбкой. Брюнет слышит чей-то смех и с позволения охранника заходит внутрь. – Леся?! Девушка только сейчас замечает вожатого и замолкает, стыдливо опуская в пол глаза. – Лесь, ты что тут забыла вообще? - строго спрашивает Марк, попутно уведомляя всех в чате о найденной пропаже.– Ну, я вышла прогуляться, а потом плохо себя почувствовала, голова закружилась, а вот очнулась я тут. Николай Борисович чудесный человек! Он угостил меня чаем, мы так мило поболтали. – Ладно, - выдыхает Марк, - потом разберёмся, главное, что ты нашлась. Пошли, - он приобнимает девушку за плечи и выводит из домика. До корпуса идут молча, Кафельникова вышла прогуляться в одной сорочке, поэтому Марк накинул ей на плечи свою олимпийку. Вернее, не совсем свою, но не суть важно. Солнце не спеша поднималось над лагерем, постепенно разогревало. Это радовало, потому что на сегодня вожатые запланировали активные игры и плохая погода была бы явно не к месту.Марк придержал Лесе входную дверь в корпус, пропуская пропажу вперёд. Глеб все ещё стоял в холле и тут же подошёл к вожатому, надеясь хотя бы у него выяснить, что же произошло. Марк в ответ лишь устало улыбнулся и отмахнулся рукой, но Голубина такой ответ не устроил и парень зашёл в комнату вместе с Марком и Лесей. В спальне вожатых было что-то слишком много людей для такой маленькой комнаты. Марк передал Лесю ее вожатым и обеспокоенной Кате, а сам забрал Назара. Часы на экране телефона показывали без двух минут восемь и вожатые направились будить детей. – А че с ней в итоге было то? - поинтересовался Назар, пока парни шли до коридора своего отряда. – Да просто ебанутая на всю голову, - усмехнулся Марк, устало зевая. Когда все выстроились на зарядку, Артём с Ксюшей подошли к Марку, окружённому толпой детей из своего отряда. – Можно тебя на минутку? - улыбнулась Ксюша. Сегодня очередь проводить зарядку дошла до Назара, дети сонно повторяли движения за вожатым, стоящим на крыльце корпуса. Марк назначил за главную рядом стоящую Свету и отошёл с вожатыми первого отряда.– Ты как-то быстро сегодня ушёл, мы даже не поблагодарили, - немного смутился Артём и обнял друга. – Да все нормально, - брюнет натянул на нос солнцезащитные очки, - она в порядке? – Ну, на сколько в ее случае это возможно, да, - усмехнулась Ксюша и, похлопав Марка по плечу, вожатые разошлись обратно по своим отрядам.Таня, молча наблюдая за всей этой картиной, поделилась со Светой своими умозаключениями: – Что-то странное у них происходит.– О чем ты? - сонная подруга явно ещё не въехала в ситуацию. – Ну, не знаю, неужели не видишь? - не унималась Таня.– Я на Назара смотрю, - отмахнулась Света, продолжая выполнять нехитрые упражнения. Таня хмыкнула и перевела взгляд на Марка. – Не ты одна. – Товарищ вожатый, а что это вы не выполняете упражнения? - лукаво поинтересовалась Света. – А у меня привелегии, - Марк убрал телефон в задний карман шорт и улыбнулся. Девочки переглянулись и залились смехом, им льстило, что их с вожатыми связывала некая тайна, которую они знать и не должны были вовсе. После зарядки и завтрака начались запланированные активные игры, для менее активных была альтернатива: можно было поиграть в шашки или шахматы, например. Глеб все хотел выловить в толпе Артёма, потому что утром из комнаты его довольно быстро выпроводили, он так и не понял, что же случилось, да и почему Шатохин все утро какой-то сам не свой. Но вожатого нигде не было, словно сквозь землю провалился. Голубин зашёл в телеграмм, но сообщения все ещё висели непрочитанными. Немного подождав у озера, парень направился к футбольному полю, все равно делать нечего. В перерыве между первым и вторым таймом Глеб снял футболку. Температура и так была явно больше двадцати пяти, а из-за игры и палящего солнца ощущалось как все тридцать пять, если не сорок. Голубин все ещё оставался объектом обожания у девочек, особенно когда те поняли, что блондин не занят Алесей. Стоило парню оголить торс, как девочки оживились, послышался шёпот, хихиканье. – Одевайся обратно, - скомандовала Ксюша, подошедшая к Глебу, - во-первых, обгоришь, а, во-вторых, у нас столько нашатыря нет. Голубин вопросительно приподнял бровь, явно не понимая, что Ксюша хотела сказать. Девушка закатила глаза, ведь объяснять собственные шутки не нравится никому.– Я хотела сказать, что сейчас вся женская половина второго и третьего отряда в обморок попадает при виде такого Аполлона.Блондин хмыкнул, но футболку надел. – Чёт Марка нигде не видно, - констатировала факт Света. Они с Таней устроились под зонтиком на песке, отсюда открывался замечательный обзор на всех присутствующих. И на подружек-вожатых, и на играющих в футбол парней, и на девочек-волейболисток, и на плескающихся малышей, даже на шахматистов в беседке. Таня вытянула и без того длинную шею, оглянулась, и действительно не увидела Марка. Зато увидела Назара, окружённого толпой девочек. Он что-то им рассказал и все поочерёдно заливались смехом. Света поправила коврик, на котором они лежали, натянула на нос солнцезащитные очки и легла, прикрыв глаза. – Надо бы у Назара спросить, где Марк, - предложила Таня.– И что ты у него спросишь? ?Где твой ебырь?? - лениво усмехнулась Света. – Это кто ещё чей ебырь, - подхватила Таня и ловко вытащила из кармана платья Светин телефон.– Что ты делаешь? - девушка слегка сняла очки, оглядывая подругу. – Сфоткаться хочу, - соврала та. На самом деле Таня зашла в телеграмм и открыла Светину переписку с вожатым, удивившись, что она вообще существует. Но там не было ничего интересного, Назар пару раз писал Свете с просьбой не опаздывать на обед, а девушка в ответ что-то спрашивала про мероприятия. Таня на секунду задумалась, а потом напечатала именно тот вопрос, который в шутку ей и продиктовала Света. Подруга почувствовала неладное и приподнялась, Таня нажала на кнопку отправить и залилась смехом. – Ты ебанулась?! - Света поспешила удалить, но было поздно, приложение уведомило, что сообщение прочитано. Девочки, заливаясь смехом и краснея, уставились на Назара. Тот отошёл от толпы девчонок и достал телефон. Усмехнулся, а потом нахмурился, начал что-то печатать. Потом поднял взгляд и неожиданно для самого себя нашёл девочек, направляясь к ним. Таня продолжала смеяться, а вот Света, красная как помидор, готова была расплакаться. Назар подошёл и сел рядом, зарывая ноги в горячий песок. – Ну и что это было? - вожатый улыбался, но голос его звучал строго и серьезно. Света молчала, опустив голову. Тане даже показалось, что подруга плачет. Стало не до смеха. – Прости, это я отправила. И я не хотела тебе кидать, я ошиблась. У Вотякова в голове появляется ужасная шутка и желание спросить, не с Глебом и Артемом ли она их перепутала, но вожатый промолчал, устремляя взгляд на потерянных девчонок. – Ладно, удаляйте этот позор и чтоб больше я такого не видел, ясно? Таня закивала и робко протянула руку к чужому телефону, спеша удалить это дурацкое сообщение. ?Хороший, кстати, вопрос, где Марка носит? - подумал Назар и зашёл в ближайшую беседку, доставая телефон. В беседке как раз стояла Ксюша, обмахиваясь какой-то тетрадкой вместо веера. – Такая духота, у нас ещё полтора часа до обеда, может, купаться их отпустим? - предлагает Вотяков, смотря в экран мобильника, на котором открыта переписка с Марком. – Да, давай. Девушка выходит из беседки и залезает на спасательную вышку, ловко садится в кресло, поправляя панаму, и открепляет рупор. – Дети, внимание, у нас час купания! Соблюдайте технику безопасности!Таня скидывает легкое платье, и остаётся в заранее надетом купальнике.– Ты идешь? - улыбается она подруге и протягивает руку. Света ничего не отвечает, молча встаёт, забирая свои вещи, и уходит в сторону корпуса. – Блять, неужели она действительно обиделась? - недовольно бурчит себе под нос Таня, уже совершенно без настроения направляясь к воде. Назару приходит ответ от Марка.марик ?я из административки выхожу, подходи, если хочешь?Вотяков хватает в руки свои шлепки и выходит с пляжа. Его отряд почти целиком в воде, а за этим сегодня следит Ксюша, так что можно расслабиться. Когда песок и трава заканчиваются, резко превращаясь в асфальт, приходится все же надеть шлепки, ибо ступни жжёт не по-детски. – Бля, я сидел там часа полтора, пойдём покурим, - Марк звучит уставше и выглядит так же. Назар хлопает себя по карманам, не обнаруживая там пачки. – У меня с собой, - опережает его Марк. Вотяков ловит себя на мысли, что нормально поговорить удаётся лишь сейчас, в середине дня, и что он очень соскучился. Но на долго пропадать сейчас нельзя, дети потеряют. – А что вообще случилось? - начинает диалог старший, когда парни наконец-то оказываются в курилке. – Заведующая позвала и сказала, что назначила меня ответственным за проведение итогового концерта, - парень устало потёр глаза, зажав тлеющую сигарету меж зубами, - не могу сказать, что данная новость меня хоть чуть-чуть обрадовала. – Да ладно тебе, я помогу, Тему и Ксюху подключим, они тебе теперь должны, ты ж их беглянку нашёл. Назар улыбается и незаметно проводит рукой по бедру Марка. Но тот докуривает, туша сигарету о стоящий рядом фонарный столб, давая понять, что пока возвращаться обратно к детям. Вотяков вздыхает, делает последние пару тяг и вожатые неспешно возвращаются на пляж. После полдника у половины лагеря выделено время на душ, а другая половина сидит в корпусах, играя в монополию, мафию, и прочие настольные игры. Назар со своим отрядом играет в города, Марк снова где-то ходит, наверное договаривается с декораторами по поводу предстоящего концерта в честь закрытия смены. Как раз осталось пять дней, на подготовку четыре, если быть точнее. Первый же отряд Ксюша решила занять игрой в мафию, сама же девушка поставила себе воду для кофе, потому что отбой в три часа ночи и подъем в пять утра дают о себе знать и вожатая буквально засыпает на ходу. Глеб с Катей сидели на больших качелях около третьего корпуса, девушка что-то рассказывала, но Голубин ее не слушал, лишь подглядывал на телефон, в котором отправленные Артёму ещё утром сообщения все ещё висели непрочитанными. – Ладно, что-то холодает, я пойду в корпус, ты со мной? - спрашивает Кищук, заправляя за ухо светлую прядь волос.– Не, я посижу ещё, - безэмоционально отвечает парень, не отрывая взгляд от экрана мобильника. Катя пожимает плечами и уходит. Голубин остаётся один, не считая каких-то парней из второго отряда на турниках. Блондин сгибает ногу в колене и опускает на него подбородок. Глеб крутит в руках телефон, не решаясь позвонить Артёму, ведь старший просил звонить только в экстренных случаях, но Глебу почему-то кажется, что сейчас один из них. Парень нажимает на кнопку вызова, но видит перед собой Шатохина, вожатый быстрыми шагами направляется к воротам лагеря. Глеб соскакивает с качели и устремляется за ним. Артём что-то говорит выглянувшему из домика охраннику и тот открывает скрипучую калитку. – Артём, стой! - зовёт Глеб по имени, но вожатый не откликается, продолжая упорно идти вперёд, куда-то вглубь леса, окружающего лагерь.Блондин уже доходит до калитки и спешит выйти вслед, пока Шатохин ещё не особо далеко, но не тут то было. – Молодой человек, это вы куда? - останавливает парня охранник, перегораживая путь. – Выпустите меня, пожалуйста, - Глеб на минутку задумывается, - под его ответственность. Охранник в ответ лишь хмыкает, закрывает калитку и уходит обратно в свою каморку.– Блять, - цедит сквозь зубы Глеб.Но останавливаться так просто он не собирается. Парень делает вид, что возвращается к корпусу, а сам направляется по периметру забора, надеясь, что где-нибудь между прутьями есть промежуток. И оказывается прав. Щель в заборе находится за зданием административного корпуса и Глеб, протиснувшись, выходит за территорию лагеря. Только вот Артёма он уже давно потерял из виду. Блондин достаёт разряжающийся мобильник из кармана джинс и по геолокации находит Шатохина, оказывается, стоящего в паре метров от него. Глеб передвигается, почти не отрывая взгляда от телефона, и выходит на небольшую поляну. Кругом дубы, стоящие тут явно не один десяток, а то и не одну сотню лет. За одним из огромных массивных стволов сидит Артём, облокотив голову на согнутые колени. Глеб убирает телефон и пару секунд мнётся с ноги на ногу, какая-то нерешительность берет верх над парнем. Но это чувство он довольно быстро отгоняет и осторожно опускается рядом, чувствуя под собой множество веточек и прочего лесного имущества. – Зачем ты пришёл? - с нотками раздражения в голосе спрашивает Артём, не поднимая головы. – Что с тобой происходит? - Глеб настроен решительно и даже готов выслушать что-то лишнее в свой адрес, если придётся. – Я сам разберусь, Глеб, не лезь, - вожатый хочет подняться и очевидно уйти, но Голубин возвращает его на место, не убирая руки с чужого запястья. – Нет, я хочу помочь!– Вот же настырный, - усмехается Шатохин и достаёт пачку сигарет, молча протягивая одну блондину. Артём ловко тянет Глеба за рукав джинсовки и тот ложится головой на колени к вожатому, старший в свою очередь запускает руку в светлые волосы, до этого собранные в хвост. – Да ничего не случилось, я просто заебался, - Артём выдыхает дым куда-то в сторону и устремляет взгляд на потасканные кеды.Глеб снизу вверх смотрит очень внимательно, не до конца понимая, что вообще делать в таких ситуациях. Шатохин, словно предотвращая неуютное молчание, продолжает:– Да не загоняйся, это пройдёт. Не пойду просто сегодня на сбор вожатых, высплюсь, и завтра буду как огурчик. Глеб разворачивается и утыкается носом в живот старшему, нелепо обнимая. – Точно все будет нормально? - по-детски наивно спрашивает тот. – Точно, - улыбается Артём и резко встаёт с земли, протягивая руку Глебу, - пошли, а то на ужин опоздаем. Глеб берет Артёму за руку и останавливает, не давая идти. Блондин прижимает вожатого к стволу одного из этих огромных деревьев и буквально впивается в губы Шатохина, сжимая руки на бледной шее. Старший, разумеется, отвечает на поцелуй и достаточно неожиданно для них обоих берет происходящее в свои руки, причём, довольно в прямом смысле. Ловко расстегивает ремень и опускается на колени, зажимая молнию на ширинке меж зубов. Смотрит в глаза блондину, по-блядски расстегивая молнию, и приспуская джинсы с чужих бёдер. Глеб вспоминает, как пару дней назад на теплоходе он был в таком же положении и становится забавно от ситуации. Блондин прикрывает глаза и опирается спиной на стоящее рядом дерево, наслаждаясь происходящим. – Ну и где ты был? - интересуется Ксюша, недовольно выгибая бровь, когда Артём с опозданием заходит на ужин. – Ты как мамка меня отчитывать будешь? - ухмыляется тот и получает щелбан от напарницы. Марк появляется только на общей спевке, встаёт между Светой и Таней и выглядит крайне заебанным. Назар же находятся в противоположной части огромного орлятского круга и безуспешно высматривает в темноте Марка. Между песнями гитаристы берут небольшой перерыв и смотрят аккорды какой-то не особо популярной песни.– Он там, - шепчет Ксюша Назару и тот целует ее в щеку, незаметно выходя из круга. – Ой! - удивляется Таня, когда Вотяков неожиданно оказывается между ней и Марком, обнимая младшего за талию. Вожатый улыбается девочке и, пользуясь моментом, пока не заиграла следующая песня, интересуется, помирились ли они со Светой. Таня отрицательно качает головой и тяжело вздыхает. Назар хочет ещё что-то сказать, что гитаристы ударяют по струнам и орлятский круг вновь оживает, лагерь наполняется музыкой.После спевки свечка, на ней Марк как-то берет себя в руки и выглядит более живым, общается с детьми, спрашивает про прошедший день. После отбоя в чат вожатых пишет Артём, что плохо себя чувствует и не придёт, Поля из шестого отряда тоже просит ее отпустить и решают обо всем договориться в чате, что в разы удобней.У Назара были слегка иные планы на Марка и в целом на этот вечер, но, увидев состояние младшего, пришлось быстро перестраиваться. Вотяков одолжил у Ксюши чайник, и когда Марк после душа вернулся в комнату, в нос ему ударил аромат лапши быстрого приготовления. На тумбочке ещё стояли стаканы с чаем и огромная шоколадка. Назар сидел полулёжа, облокотившись на стену. – Ты сегодня не ужинал, так что пришлось чуть-чуть импровизировать. Марк улыбнулся и сел рядом, опуская Назару голову на грудь. Вотяков остаток вечера обнимал Марка, гладил по отросшим волосам, осторожно целовал в нос и щеки. Младший же рассказывал, как заебался и что чувствует вину из-за того, что мало времени уделил отряду. Но в Назаровых объятьях становилось хорошо и спокойно, старший пообещал завтра вместо Марка скинуть всем сценарий, раздать роли, найти детей для массовки. И, немного полежав, парни уснули, так и не допив чай, оставленный остывать на подоконнике. Сегодня у всех вожатых появилась возможность выспаться, потому что следующие пять дней необходимо будет поработать на износ, чтоб запомнить эту смену как следует. Утешала лишь мысль о последней дискотеке, которую каждый очень ждал.