Глава 17 или сомнительные решения (1/1)

Коридор и впрямь оказался одним из тех, что был до сего момента закрытым, и не удивительно. Ведь в ближайшем помещении была пробоина, размером с парковочное место, но, к счастью, там, как и везде на корабле, где были подобные дыры, стоял какой-то щит, не дающий засосать их в вакуум космоса.—?Мы не можем здесь оставаться,?— решительно сказала Эмма, вытирая пот со лба трясущегося и хрипло дышащего доктора. Частично, рану на плече того она, с помощью неохотного Темного, смогла закрыть, но слюни у псинки оказались с сюрпризом, и теперь от следов зубов на плече мужчины стремительно ползла чернота по ближайшим венам. Раша всего трясло и у него, кажись, началась лихорадка.—?А что вы предлагаете, принцесса? —?ехидно спросил Румпельштильцхен, сложив руки на груди. —?Наш единственный путь домой еще несколько недель будет расти, если конечно сюда не проникли еще какие-то звери, и они не смогут пробраться в ваш сад и сожрать росток. А отсюда… Да, нет отсюда выхода. Полагаю, и людей-то кроме нас тут больше не осталось…—?Осталось,?— вдруг сказал Генри, высунув голову из-за угла.—?Генри,?— вздохнув, сказала Эмма, поняв, что ее неугомонный ребенок вновь уже куда-то успел сунуть свой нос.—?Я нашел еще один компьютер и смог его включить…Эмма прищурилась.—?И с каких это пор, ты стал разбираться в местных технологиях, юноша? —?подозрительно спросила она.Генри грустно посмотрел на истекающего кровью доктора, а потом на мать.—?Доктор Раш научил и Илай,?— сказал он, и тряхнув головой, показал один из планшетов, наподобие тех, что управляли камерами, который он нашел в соседней комнате с компьютерными панели, такими же, что были неподалеку от зала с вратами. Он нажал на пару сенсорных кнопок, и над планшетом зависла голографическая карта корабля, по которому были разбросаны красные и белые точки.—?Это что еще такое? —?хмуро спросила Эмма и указала на точки.Мальчик встрепенулся и быстро стал излагать:—?Я думаю, красные?— это люди, а белые?— это монстрики.—?А зеленые? —?спросил Румпельштильцхен, указав на скопление одинаковых зеленых точек в одном месте.Блондинка задумчиво посмотрела на то, что указал колдун.—?Я полагаю, это наше крыло, а зеленые точки?— это живность, которая там живет,?— озвучила свою догадку вслух Эмма.—?Нда, а этих чудовищ-то не мало,?— хмуро сказал колдун, насчитав как минимум двадцать, если верить теории внука, тварюшек. А вот людей было всего пятнадцать, включая их. Он указал на скопления как раз четырех красных точек в одном из отсеков, и обращаясь к внуку, сказал:?— Полагаю, именно поэтому ты решил, что красные?— это мы?—?Ага,?— кивнул Генри.—?Так выходит, что от нескольких десятков людей на корабле, всего десяток остался? —?с ужасом спросила Эмма. —?Всего за полчаса?—?А то и меньше,?— жестко сказал Румпельштильцхен и кивнул в сторону лихорадочного доктора, который лежал на кушетке, которую наколдовала блондинка. Сюда рейф, если не сдох от зуб адской псины, вряд ли проберется, поэтому она не стала ждать и устроила пострадавшего как можно более комфортно.Эмма стиснула зубы.—?Да, ты прямь само сочувствие,?— с сарказмом сказала она и вновь проверила рану Николаса. Та все так же продолжала чернеть, а на лбу доктора уже можно было жарить яичницу. Эмма вновь охладила тряпку у того на лбу, и наколдовав еще одну, протерла его лицо.Румпельштильцхен нахмурился.—?Я просто констатирую факт, яд псины его убивает, а противоядие, если и есть, то мы его все равно не знаем,?— твердо сказал он, совсем недовольный тем, что Спасительница, его Спасительница, так привязалась к этому ученому.Эмма лишь сердито фыркнула.—?Ну, так что нам делать-то, умник? —?спросила она. —?Ты у нас тут умелец проделывать грандиозные аферы. Вон, даже воскреснуть смог. Так придумай, как нам отсюда свалить.—?Вы пробыли здесь год,?— иронично сказал Румпельштильцхен. —?И что, так и не придумали, как отсюда, как вы выразились, ?свалить?.—?Ну, так Темный, которому не одно столетие, у нас вы, а не я,?— ехидно сказала Эмма.—?Шляпа! —?вдруг воскликнул громко Генри. Когда его мать и дед, удивленно вздрогнув, повернулись к нему, он смущенно замялся, но все же пояснил:—?Я просто вдруг вспомнил сказку про Шляпника. Вот и подумал. Будь у нас такая, мы могли бы перенестись на Землю, ну на эту Землю, а уже потом бы искали путь в наш мир.Эмма поджала губы и с неохотой призналась:—?Я уже пробовала, милый. Ничего не вышло.К своему стыду, она и впрямь пробовала несколько раз сшить шляпу, но один только вид выходил ужасным, а уж про магические свойства и говорить нечего. Даже наколдованная шляпа не сработала. Так что идея была заведомо обречена на провал.Зато Румпельштильцхен вдруг задумчиво посмотрел куда-то вдаль.—?Нда, но у вас в тот момент, как вы уже метко заметили, не было меня,?— сказал он и посмотрел на Эмму.Блондинка подняла бровь в ответ.—?Что, и впрямь хотите сейчас заняться шитьем? —?сардонически спросила она.Он молча взмахнул рукой и в бордовой дымке появилась точная копия шляпы Джефферсона.—?Впечатляет,?— равнодушно сказала Эмма, которая и сама так могла сделать. Да она вообщем-то и пробовала. —?Но вот как ее наделить магическими свойствами? Я вот не смогла.—?Сказал же, у вас просто не было меня,?— с ухмылкой заявил Румпельштильцхен, который в свое время более чем подробно изучил оригинальную шляпу, но так как в мир без магии она не вела, он особо и не зацикливался, но вот теперь его знания могут пригодиться.—?Ну как же нам повезло, что сейчас ты здесь, засранец самодовольный,?— саркастично сказала Эмма, и оставив доктора, подошла ближе к нему. —?И что дальше?Колдун хмыкнул.—?Для начала вы, принцесса, могли бы и извиниться за оскорбления…—?Могла бы, но не буду,?— сказала Эмма и вскинула голову.—?…почему-то я так и подумал,?— ехидно сказал он. И покачав головой, продолжил:?— Я попробую сделать портал, но самое главное сейчас не в этом.Эмма нахмурилась и спросила:—?А в чем же? Что нужно для этого?.. Зелье?.. —?и не удержавшись, язвительно добавила:?— Кровь младенца?.Румпельштильцхен закатил глаза. Порой, сарказм этой девицы, который и прежде то был сильно выражен, был просто убийственен.—?Нет, я имел в виду то, что мы оставили позади,?— сказал он и пояснил:?— Боб. Лишь он может вернуть нас домой…Эмма застонала.—?А теперь он чуть ли не на другом конце корабля, где отныне властвуют всякая монстрятина. Класс.Она только сейчас поняла, как они облажались. Ведь перемещаться в пределах одного отсека было еще возможно, но вот через весь корабль… Это было затруднительно. Ее когда-то отбитый зад, после таких вот экспериментов, вдруг заныл. Один раз она даже чуть в пробоину не улетела, вообщем-то после этого, перемещаться по кораблю подобным способом, она больше и не пробовала. Тот финт, в зале с вратами, когда Эмма впервые показалась новым аборигенам, был скорее для понта, в последующие разы она просто накладывала на себя заклятия невидимости или отвлеченного внимания, и смывалась из людской компашки.—?Придется топать за ним,?— обреченно сказала она, зная, что другого выхода все равно нет, и махнув на все еще висящую в воздухе голограмму, добавила:?— И за остальными.Колдун нахмурился.—?Я не уверен, что портал сработает и нас сможет перенести. Не то, что с десяток человек,?— буркнул Румпельштильцхен, не особо жаждущий тащить за собой даже доктора, который сейчас для них все равно, что балласт, который и так скоро умрет, не то что еще каких-то незнакомцев, которые равнодушно наблюдали и не пытались помочь Спасительнице, когда один из них в нее выстрелил.А вот сама Эмма явно была против такого рассуждения.—?Да, они сволоты, но я не собираюсь, оставлять их на съедение тварюшкам, которые здесь, я так понимаю, оказались после того, как ты прошел через портал,?— твердо сказала она и упрямо вскинула подбородок. —?Я иду за ростком и этими чудиками…—?И за собакой,?— тихо, но твердо, добавил Генри, отчаянно не желая бросать здесь Руби. Та для него стала настоящим другом за то время, что они с матерью были здесь.Эмма посмотрела на сына и согласно добавила:—?…И за собакой,?— и посмотрев на колдуна, ткнула в его сторону пальцем. —?А ты делай портал. Да и за Рашем присмотри.Румпельштильцхен нахмурился.—?С чего это вы решили, что я вас одну отпущу? —?сердито сказал он. Ему совсем не нравилась эта идея.Глупая и самоубийственная.—?А что, есть выбор? —?спросила Эмма.Ей это нравилось не больше, чем ему, но выбора и впрямь не было.