НЕПРИЯТНОСТЬ ДЕСЯТАЯ: ПРИЗНАНИЯ, ?ЛЫСОФОБИЯ? И ОГУРЦЫ (1/2)

- И что между вами было? – Сэнди наворачивала круги по стойлу, которое на данный момент выполняло функции моих апартаментов (мою комнату занял гигантский швед), и буквально забрасывала меня вопросами. – И как все прошло? И что самое важное – кто был сверху?- Сэнди! – укоризненно рявкнул я.

- Что? – она невинно захлопала глазами. – Не каждый день твой лучший друг становится геем! Мне же интересно!

- Фигушки! Не буду я ничего тебе рассказывать! – фыркнул я, натягивая на себя штаны. Мы как раз собирались на Блюбелловскую ярмарку. После нашего с Дженсеном возвращения все расползлись по комнатам – собираться.

- Ну а мне, брат? – из-за перегородки между стойлами показалась сперва голова удава, затем Коллинза.

- Да что вы все ко мне пристали? Не было ничего! - прорычал я.

Да-а-а, вру я, конечно, очень правдоподобно. Опыта за последние недели поднабрался прилично.Миша и Сэнди снисходительно переглянулись.

- Я тебе, конечно, верю… - начал напевать Коллинз. – Нет, Джей, я за тебярад и все такое. Только ты поосторожней – кажется твоя игра ?Я гей? - уже вовсе не игра. Я, конечно, верю, что вы с Эклзом всю ночь рыбачили…- Трахачили! - прыснула Сэнди. Миша заржал, его голова на минуту пропала из поля зрения, но потом вернулась.

- Слушайте, да, я немного увлекся Эклзом, - блин, да я люблю его! - Но для меня сейчас главное работа. И я могу потерять ее из-за Тома, который угрожал разоблачить меня на сегодняшней ярмарке!- А что именно разоблачить? – не поняла Сэнди.- Если бы я знал! – я застегнул рубашку и выпрямился. – Он за что-то взъелся на меня.

- Не зря он мне сразу не понравился, - кивнула Сэнди, будто соглашаясь сама с собой.- Дружище, я уже запутался, - Миша зашел в стойло. Мне показалось, что при виде меня удав на его шее как-то странно улыбнулся… - Ты был натуралом. Но все думали, что ты гей. Теперь ты гей, все думают, что ты гей, но Том утверждает, что ты натурал.

В конюшне повисло минутное молчание.

- Так, - Сэнди тряхнула волосами. Мы вышли из конюшни на улицу и двинулись к забору, где нас уже ждали все остальные.– Вернемся к насущным проблемам – нужно сделать так, чтобы Том был подальше от Бестии. Этим займусь я. А твоя задача, Джей, не прославить себя иМишу на весь Блюбелл своим голубым лже-союзом!- Это будет несложно, - обреченно пробормотал я.

- Джаред гей, Джаред гей, - с воплем пронесся мимо Бобби.

Да, совсем несложно.

***Городская ярмарка по традиции проводилась в центре города. Все местные фермеры выставили на продажу свой урожай.Кроме того, повсюду располагались развлекательные аттракционы для детей, лотки с фаст-фудом, сладостями и шариками. И, разумеется, сегодня здесь присутствовал весь Блюбелл. Я натянул свою ковбойскуюшляпу (досталась от деда) на глаза. Однако Миша конспирацию не одобрил и как только мы пришли, рванул со всеми здороваться. Я заметил прилавок его родителей и помахал им рукой.

Женевьев и Даниэль (ее выпустили из сарая под честное слово, что она не будет подходить к Эклзу хотя бы пару часов) выглядели весьма странно – обе нарядились в вечерние платья и каблуки. Видимо, они понятия не имели, что такое ярмарка. Девушки держались вместе, дружно шарахаясь от всех ковбоев, которые что и дело присвистывали при виде симпатичных нью-йоркских штучек. Скарсгард убежал куда-то в сторону павильонов со скотиной. Бестия под ручку с Эклзом проследовала осматривать чудеса овощеводства – гигантские тыквы и кабачки.

Сэнди, кажется, слишком всерьез вознамерилась присматривать за Томом. Она буквально преследовала его, отчего Уэллинг, как истинный параноик, все время оглядывался. Но Сэнди, войдя в роль шпиона, сразу делала вид, будто рассматривает овощи и фрукты.Я, взяв Бобби за руку, отправился к лоткам со сладостями. Пока покупал сыну сахарную вату и печеное яблоко, в голове крутились совсем не детские мысли. Обо мне и Дженсене. Нам так и не представилась возможность поговорить о том, что произошло между нами вчерашней ночью. От воспоминаний голова пошла кругом, и я даже как-то возбудился.И возбудился я не где-то, а в окружении воздушных шариков, плюшевых мишек и с сахарной ватой в руках. Все-таки гореть мне в аду. И все из-за Эклза!

- Джаред! – на меня надвигался фермер Пеллегрино. Всегда обожал этого мужика. Помню, он всегда помогал моим бабушке и дедушки со сбором урожая. А нам с Мишей покупал пиво, когда нам было по семнадцать.

- Дядя Марк! – мы пожали друг другу руки, и в этот момент ко мне подбежал Бобби.

- Джаред… - только не гей, только не гей… - Идиот. Джаред идиот! – фух, слава Богу.

- Твой малый не на шутку вымахал, - Марк поднял Бобби на руки и шутливо подбросил. – Какой большой. Хочешь стать таким же высоким, как папа?

- Хочу стать таким, как Джаред! – заявил Бобби. – Товарищ, отпустите меня на землю.

Товарищ? Так, общение моего сына со шведом пора прекращать.

Марк рассмеялся, опустил Бобби на землю, и тот сразу же убежал к маме, которая пряталась за деревом от параноидального взгляда Уэллинга.

- Дядя Марк! – к нам подошел Миша с двумя вареными кукурузами на палочках. – Я бы вас обнял, но боюсь испачкать своей кукурузой.

Я чуть не подавился жвачкой – так пошло это прозвучало. Или только я вижу гейский подтекст в словах? Так, мне срочно нужно поговорить с Эклзом.

- Пойду поищу Дженсена, - сообщил я Мише. Но тут на всю улицу раздался жуткий визг, а потом стало слышно чью-то речь с ярко выраженным акцентом.

- Нет! Что вы есть делать? Это благородный птицы! Им нельзя драться! Они хотеть свобода! – орал швед. Так, кто пустил Скарсгарда на петушиные бои?!- Сто бед –а ведь всего один швед! – выругался я и побежал к месту, где проводились бои.

- Хэй, Падалеки стихами заговорил! – услышал я возглас Марка в спину.

- Плохой знак, - уныло согласился Миша.Когда я подбежал к Ялмару, он прижимал к себе двух огромных петухов, а на него надвигались три фермера с вилами.

- Народ, он не местный, извините его! – вступился я, пытаясь выдрать у шведа из рук петухов.

- Нет, Джаред, ты же мой земляк. Нельзя есть отдать им птица. Они не хотеть драться! – швед петухов не отдавал.

- Им это нравится! – начал орать я. – Они же бойцовские петухи!

- Да? – швед замер. – Они точно не быть лишены своих гражданский прав?- обратился он к фермерам с вилами.

Те недоуменно переглянулись, а потом дружно сплюнули и побросали оружие.

- Точно-точно, - заверил я его. Только после этого Ялмар вернул петухов фермерам, и сам втянулся в процесс боев.Я поплелся к овощам-мутантам. Проходя мимо сцены, которую установили посередине площади, наткнулся на Тома, который о чем-то разговаривал с музыкантами. Неужели Уэллинг проникся творчеством местной группы ?Помидорки??Пройдя мимо семейства Коллинзов, я дошел до овощей. Бестия уже вовсю скупала гигантские помидоры и кабачки. Дженсен же скромно стоял у лотка с огурцами, придирчиво их рассматривая. Лишь спустя минуту, вдоволь попялившись на задницу Эклза, я заметил напротив лысую голову Розембаума, которая как флюгель вертелась туда-сюда – от созерцания огурцов к созерцанию Эклзового тела.

Я подошел к Дженсену, встав рядом, почти вплотную. Отличный из меня все-таки конспиратор, ага.

- Знаешь, Падалеки, я сто лет не был на таких вот ярмарках, - Эклз тоскливо рассматривал пучок моркови. – С этим Нью-Йорком я совсем позабыл, что такое нормальные выходные. Впрочем, - он повернулся и посмотрел на меня, - я много чего позабыл. Вот, например, после вчерашнего я по идее должен был подарить тебе цветы. Наверное. Я отвык, ну, от романтики и все такое.

- Я же не девчонка! – фыркнув, я боковым зрением продолжал следить за Розенбаумом. У того, казалось, даже ухо трубочкой свернулось и потянулось к нам, чтобы услышать, о чем мы говорим.- Я к тому, - не обращал на меня внимания Дженсен, - что вчерашняя ночь - это не был перепих на одну ночь.- Правда? – я просиял. Ой, ну давай еще попрыгай тут от счастья, придурок.

- Слушай, было бы странно, если бы я подарил тебе цветы, да? – Дженсен почесал затылок. - Поэтому вот,- он протянул мне пучок моркови.- Букет из моркови, - хмыкнул я. – Мужской подарок.

- Да, - с энтузиазмом закивал Эклз. – Хорошо, что не огурцов – вот это был бы явный намек на что-то очень интимное, - он похабно улыбнулся. – Кстати об огурцах, - Дженсен мотнул головой, указывая на Розембаума. Тот как раз засунул в рот огурец и сделал весьма пошлое движение, глядя при этом прямо на Дженсена.

- Ты это видел? – проржал Дженсен.

- Да, сплошная антисанитария. Огурец же грязный! – нарочно громко сказал я.Майкл поперхнулся, а Эклз заржал.

- Хей, - Коллинз шел к нам с довольным видом. – Прикиньте, Уэллинг собрался что-то нам спеть.

- О, кукуруза! – Эклз с детским восторгом уставился на вареное лакомство в руках у Миши. Коллинз любезно (мой испепеляющий взгляд ?Отдай ему кукурузу, иначе я убью тебя во сне? помог)передал одну кукурузу Дженсену.

- Том поет? – удивился я.

- Ну, он только что залез на сцену, - мы все посмотрели в центр – Том действительно стоял на сцене около микрофона. Но никто, кроме меня, кажется, не заметил Сэнди, которая отчаянно махала руками, пытаясь привлечь внимание. О нет…

- Всем привет, - заговорил в микрофон Уэллинг. – Меня зовут Том, мне двадцать пять и я Телец.

Я быстрым шагом направился к сцене. До меня начало доходить – Уэллинг решил меня прилюдно разоблачить.