Люси в небесах с алмазами (1/1)

—?Что ты делаешь? —?сглотнув, спросила она.—?Мщу тебе.—?За что?—?За то, что пугаешь меня.—?Бен… —?она легонько толкнула его рукой в грудь.—?Что?—?Хватит…—?А то что? Кричать будешь? —?издевательски изрёк Харди.—?Да… —?сипло ответила она.—?Я закрою тебе рот,?— хитро улыбнулся он.—?Я тебя укушу.—?Тогда я тоже тебя покусаю,?— он опустился ниже и слегка прикусил нежную кожу на тонкой шее, ошарашив её обладательницу таким жестом.Люси положила руки на плечи Бена с какой-то странной осторожностью и судорожно дыша, стала подбирать спасительные слова. Девушка отлично знала: если он начнёт?— остановить его будет не в её силах.—?Ты мне все органы своей тушей отдавил,?— заявила Люси дрожащим голосом, часто моргая,?— и тут произошло невероятное: Харди, заметив испуг в глазах девушки, слез с неё.—?Придурок! —?гневно процедила она, пихая Бена локтем и натягивая на себя одеяло.—?Ну давай. Зови на помощь, прибегут твои обожатели, отпиздят меня, и ты будешь счастлива.—?Кто мои обожатели?—?Рами и Джо…Услышав имя, на которое у неё было табу, она посмотрела на него, как на психа:—?Я сама тебя отпизжу, прежде, чем взойдёт солнце.—?Можешь начинать,?— двусмысленно разрешил он.—?Ты и правда последние мозги пропил! —?обиделась девушка и отвернулась от него.—?Ты же прекрасно знаешь, что я никогда ничего такого не сделаю,?— Бен перестал прикалываться, звук его голоса успокаивал, тем более в той интонации, в какой он говорил сейчас. Парень аккуратно поглаживал её по руке, и в этих прикосновениях не было ничего пошлого. Да, он напугал её, но это настолько неоднозначно, что всё было не так страшно… Ей нравилось, как он касался её, поэтому она и продолжала молчать и ?обижаться?.—?Ты, видимо, так и не понял, чего мне стоило приехать сюда…А чего ей стоило? Девять часов она вообще не знала жив ли он… Каждые три секунды обновляет списки опознанных, и каждый раз сердце мучительно ёкает, когда появляются новые имена. Вдруг она видит фамилию ?Джонс?… Всё… В глазах темнеет, Люси понимает, что начинает терять сознание. В себя её приводит Джиа, утверждающая, что в этом роковом перечне Джонс?— это женщина, потому как имя женское. Но самое ужасное, что она ничего не могла сделать, даже дозвониться до кого-либо.***Они очень хотели провести это Рождество вместе. Но у Бойнтон были съёмки в Кёльне, и конечно же Праздник она отмечала там с едва ли знакомыми людьми. Бена это тоже расстроило. Вообще, они начинали видеть друг друга всё реже и реже, погрязая в работе. Но Люси нашла выход и уговорила режиссёра дать ей четыре дня выходных, чтобы приехать к другу на его день рождения. Лондон знатно замело. На улице стоял мороз. В городе царила приятная рождественская атмосфера. Почти как в Кёльне, но, всё же, немножко роднее.Был уже поздний вечер, когда такси подъехало к дому Харди с уютным светом, заметным через шторы. Его дом тоже был украшен гирляндами, рождественскими венками, сапожками и тросточками. Всё это напомнило Люси иллюстрации из любимой детской книжки. С неба падали крупные хлопья снега. Бен выскочил во двор в тапочках на босу ногу и в футболке, когда увидел, что Люси приехала. Она поставила небольшой чемодан на землю после того, как машина отъехала.—?Да ты с ума сошёл голым по морозу бегать! —?радостно возмущалась она, завидев возбуждённого Харди.Он схватил Люси в охапку и начал целовать её лицо: щёки, нос, лоб, подбородок, шею. Словно желал зацеловать насмерть. Девушка довольно жмурилась, хоть и не привыкла к таким приступам нежности у друга. Сколько они там не виделись? В последний раз на Хэллоуин? Два месяца?— это рекорд. Поэтому, когда Бен отстранился, она чмокнула его прямо в губы. Он, конечно же, на секунду смутился, но тщательно скрыл это. В связи с последними событиями каждый начал ценить другого больше. Они стали меньше вредничать, больше идти друг дружке на уступки. И никто из них не мог подобрать никаких слов. Они совершенно не знали о чём им теперь говорить. Друзья шагали в тёплый дом, обнявшись. Бойнтон погладила Френки, радостно прыгавшую на пороге. Бен помог ей снять пальто и аккуратно повесил на вешалку. Она развернулась к нему и смахнула с его волос тающие снежинки.—?Я словно бы домой вернулась,?— прошептала Люси, улыбнувшись ему.—?Так и есть,?— тихо сказал он.В воздухе летал аромат цитрусовых и имбиря. Люси прошла в гостиную, где стояла огромная живая ель, с мерцающими огоньками и увешанная стеклянными шарами. На окне висела гирлянда. Сколько рождественских гирлянд было в этом доме? Не знал даже сам хозяин…—?Боже мой… Как же у тебя красиво… —?изумилась девушка,?— Я ненавижу их! Ненавижу,?— вдруг взбодрилась она. —?эти идиоты лишили меня Рождества с моим алкоголиком!—?Зато следующее Рождество мы уж точно справим вместе. Можешь не сомневаться,?— упоённо ответствовал Харди, ведя её на кухню. Он отодвинул ей стул и жестом пригласил садиться.—?Ты голодная? —?спросил парень, снимая крышку с кастрюли с чем-то ароматным.—?Очень,?— сказала Люси. Бен поставил перед ней тарелку итальянской пасты, и Бойнтон моментально набросилась на еду.—?Сам готовил? —?едва успев прожевать, спросила девушка, в то время, как он сидел напротив и умиляясь, наблюдал за тем, как она ест.—?Хозяюшка моя,?— Люси ласково погладила его по плечу, понимая, что он в таком не сознается.Да, Харди умел и любил готовить, но делал это крайне редко и только для самых близких, потому как жутко стеснялся этого. Поэтому даже Джо не знал о скрытом таланте своего друга.—?А завтра что готовить будем? —?спросила она.—?Мне всё равно. Главное, чтобы твоими руками.—?Ну перестань, —?смутилась она, посмотрев на него исподлобья.А он всё продолжал любоваться этим чудесным видением, залетевшим к нему всего на несколько дней. Её появление у него поистине было чем-то невероятным, ведь он и правда думал, что не увидит её до весны. А скучал он очень сильно… Тогда-то Харди и понял, что Люси для него значит гораздо больше, чем он мог себе представить до этого. Он знал, что время, проведённое вместе, пролетит незаметно, и она снова упорхнёт от него. Сейчас больше всего на свете ему хотелось растянуть эти три дня, что она будет у него. Хотя он знал, что это как и всегда не удастся. Ни это ли было волшебством? Три дня не выходить из дома, отдыхая с ней, отрешиться от всех своих дел и проблем. Просто подпитываться позитивом на рассвете года. Созерцать её, источающую терпкий цветочный запах изысканного парфюма, сидящую у тебя на кухне.—?Угораздило же тебя родиться во второй день девяносто первого… —?произнесла она, не зная, что и сказать во избежание затянувшегося молчания.—?А тебя в семнадцатый девяносто четвёртого,?— ответил он. Девушка усмехнулась.—?Кстати, какие будут планы на этот день? —?заинтересовался Харди.—?Пока что никаких.—?Ничего не планируй. Я всё сделаю сам. Ладно? —?из-под густых бровей по-щенячьи посмотрел на неё Бен.—?Ну ладно… —?не очень-то доверчиво согласилась Люси, пытаясь предугадать что же он задумал.***Раннее утро. Холодный пол. Люси и Френки уже двадцать минут топчутся под дверями спальни Бена. Собачка в энный раз посмотрела на девушку своими грустными глазами.—?Ну, что ты смотришь на меня? Не знаю я как к нему зайти,?— Бойнтон потеребила животное за ушко, смущаясь.—?Я знаю, что вы обе там,?— послышался голос из-за двери, и Френки моментально среагировала. —?Заходите уже.Люси отворила дверь в спальню, пропуская вперёд Френки, постукивающую по полу коготками. Девушка с разбегу плюхнулась к нему под одеяло, но даже так он продолжал делать вид, что не замечает её, занимаясь ласками со своей любимицей. Тогда она нежно коснулась его щеки и поцеловала в висок. Он еле заметно улыбнулся.—?Хорош придуриваться, а то больше не приеду,?— пригрозила Люси. Бен наигранно-непонимающе посмотрел на неё,?— Ну, в общем… под хэштэгом ?я умею красиво говорить?… С днём рождения, зайчик… —?она сама не поверила в то, что сказала, но нужно же было как-то скрасить полное отсутствие пожеланий в его адрес. Он тоже удивился, услышав её ?зайчик?, но она вовремя вынула из-за спины свёрток сахарной бумаги, перевязанный мятной лентой. Люси начинала нервничать. Это было очень заметно.Он принял свёрток и привстав, заключил её в крепкие объятья:—?Спасибо, дорогая,?— она с ужасом ждала минуты, когда он распакует, но казалось, будто он нарочно оттягивал момент. Тем временем её подношение начала обнюхивать Френки:—?Так, ну-ка,?— Харди с интересом принялся распаковывать,?— посмотрим… —?он даже высунул язык, озадачившись шёлковой лентой.Люси закусила губу и приготовилась краснеть. Зачем она вообще всё это затеяла? Не могла, как все, подарить запонки с галстуком или сертификат дорогого магазина?.. Бен аккуратно развернул подарок и… озадачился. Он непонимающе взял в руки розовую шерстяную вещь крупной вязки. Это был свитер. Ему в день рождения. Руками Люси. Парень был в ступоре. Он догадался натянуть его на себя и почувствовал, что он очень мягок, приятен телу и совсем не колется. Бен наконец посмотрел на Бойнтон, умиравшую от переживаний. Она по-детски смотрела в его глаза, дожидаясь хоть какого-нибудь ответа.—?Ты его сама вязала? —?восхищённо изрёк он.—?А тебе нравится? —?одними губами спросила она.—?Это просто… просто… Это охереть как круто…—?Что, правда? —?девушка недоверчиво смотрела на кукольного мальчика в светло-розовом свитере.—?Да! Серьёзно! Это очень креативно! Никто ещё не осмеливался дарить мне розовые вещи. А тут ещё и своими руками!.. Ты просто прелесть, Люси,?— его губы коснулись её щеки, а руки вновь сомкнулись вокруг любимого тела.—?Розовый тебе очень идёт, —?она была растрогана его реакцией и тем, что угодила.—?Я обожаю этот цвет, а ты палишь контору, читая мои мысли…А потом она прорыдала в ванной полчаса, от счастья, конечно… ?Ты просто прелесть, Люси??— эти слова долго будут греть её разбитое сердце во время одиноких холодных ночей.***Люси в назначенное время зашла в номер отеля. Сбросив с усталых ног надоевшие туфли и ступая на мягкий ковёр, она подошла к зашторенным панорамным окнам. Отодвинув гардины, ей открылся Тауэр на фоне закатного морозного неба, оттенок которого напомнил ей бабушкин абрикосовый джем, обожаемый ими с Эммой в детстве. Девушка услышала звук открывающейся двери. Она настолько была поражена видом из окна, что, пожалуй, забыла, кто это был. Увидев на пороге только что вернувшегося с холода Харди, она кинулась к нему навстречу. Бен подхватил и закружил её. Они стояли посреди комнаты люкса, смотрели друг другу в глаза. Боже, как же они скучали эти две недели, словно два года прошло с их последней встречи. У него были какие-то мысли упрекнуть её, мол всегда всюду опаздывает, а тут даже раньше пришла. Но теперь всё негативное напрочь испарилось, и они даже не знали, что делать дальше: каждый любовался зелёными искрящими радостью встречи глазами напротив. Как только она его увидела, на сердце сразу же стало непривычно тепло и уютно. Теперь она чувствовала себя защищённой. Опомнившись первым и высвободив её из крепких объятий, Бен протянул Люси букет крупных белых лилий, который она не успела заметить.—?С днём рождения, принцесса,?— прошептал он.—?Спасибо,?— ещё тише ответила она. Её уста растянулись в самой что нинаесть искренней улыбке, по щекам начал разливаться розовый румянец, и в горле, кажется, образовывался ком: Бойнтон так давно не получала цветов. Он растрогал её и смутил одновременно, поцеловав в щёку.—?Где здесь вазу можно найти? —?нарочно озадачилась девушка, отскочив от него,?— а, вот же она… —?парень молча взял вазу и наполнив водой, поставил на лакированный стол из красного дерева. Люси водрузила туда цветы.—?Итак, —?начал он,?— ужин привезут с минуты на минуту, у нас есть время,?— Харди взял её руку, ведя в соседнюю комнату. Подобно школьнице, Люси опустила голову и закусила губу, дрожа от предвкушения драгоценного момента. Наконец, он встал перед ней, загораживая собой маленький журнальный столик:—?Я знаю, ты любишь танцевать, когда остаёшься одна,?— Бойнтон глупо заулыбалась и потупила взгляд, снова её раскусили,?— а поскольку в наушниках, пускай даже и беспроводных это делать не совсем комфортно. И в эстетических целях, конечно же,?— Бен отошёл, не сумев подобрать слов, хотя это было уже и не важно, потому что Люси на том самом столике увидела столь желанный ею проигрыватель. Девушка с искорками в глазах переводила взгляд то на друга, то на подарок, начиная чаще дышать. Она была в таком диком восторге, что на ум ничего и не шло. Он только что исполнил её детскую голубую мечту о том, чтобы слушать музыку, как в старых чёрно-белых фильмах. Рядом, потрёпанные временем, но всё же бережно хранимые сначала бабушкой с дедушкой, потом его родителями, а затем и самим Беном в его виниловой коллекции, лежали две пластинки The Beatles: ?Sgt. Pepper's Lonely Hearts Club Band? и ?Rubber Soul?. По её взгляду он догадался поставить первую (А этот мальчик действительно шарил, ведь то был любимый альбом Люси.) ?Lucy in the Sky with Diamonds? мелодично начала заполнять комнату своим звучанием. Девушка непроизвольно прикрыла глаза и медленно задвигала плечами в такт музыке, которая была для неё подобна бальзаму на душу. А ведь именно с этой песни началась лично её битломания! Ничего не продолжалось у неё так долго, как любовь к Битлам. Вначале ей нравился Пол, затем Ринго, потом Джордж, а в последнее время её душевное состояние было ближе всех к Джону. А уж в подробном пересказе биографии каждого из ?Ливерпульской Чётвёрки? ей не было равных с двенадцати лет. Ей даже довелось пару раз побывать на концерте Маккартни! Но эта песня и правда была написана точно под неё: ни столько из-за загадочной Люси, которая почему-то оказалась в алмазах неба, сколько из-за целлофановых цветов, газетных такси и зеркального галстука… Всё то, о чём там пелось было очень похоже на её красочные сны в раннем детстве. Жестами Люси дала понять?— это лучшее, что она могла получить на день рождения… Бен приобнял её за талию и повёл в танце.—?Люси, ты дикая лилия. Знала об этом? Прямо как те цветы, что я принёс, и что уступают тебе, потому что не дикие,?— тихо говорил парень ей на ухо, —Ты же вредный, непослушный, шаловливый ребёнок… Но я-то знаю, какой ласковой, заботливой и нежной, словно зефирка ты можешь быть. Я ценю это. Ценю твою многогранность. Ты прекрасна… Согласная с этим или нет?— я знаю тебя, думаю, больше, чем многие,?— её руки лежали на его плечах, а его губы прижимались к её лбу. Люси была счастлива. Вдыхая воздух, в котором смешался его одеколон и аромат лилий с лёгкими нотками лондонской зимы, она ощущала его любовь… Любовь отца… или нет?— любовь старшего брата.Солнце давно скрылось от Лондона, стремительно забрав пастельные тона вечернего неба, но они так и не зажигали света, ужиная при свечах, хотя ещё было не совсем темно.—?Я говорила, что мама прислала мне на Рождество мои любимые конфеты?—?Нет. А что, правда? —?удивился Бен.—?Да. В итоге я сидела в Сочельник и объедалась сладким, назло тем, кто лишил меня Праздника! Я так скучаю по ней… Всё чаще начинаю просыпаться по утрам с мыслью, что пора что-то менять. Хотя, по большому счёту много всего. Но с чего следует начать? —?девушка положила руки на подлокотники кресла, на котором сидела в коротком сером кожаном платье, оголявшем плечи и зону декольте. Мерцание свечи освещало её спокойное лицо со сдержанным макияжем и белыми волосами, собранными в нетугую римскую причёску. На фоне только-только зажигались огни вечернего Лондона.—?Мы подумаем, как тебе помириться с мамой,?— ответил Бен, делая глоток из бокала с её любимым Мартини, сидя напротив.Бойнтон расслабилась и утонув в кресле, устремила взгляд в пустоту. Снова заиграла её любимая песня. И она решила открыться ему сегодня, если только он уловит ниточку…—?Ты знаешь историю её создания? —?спросила девушка, погрузив руку в волосы.—?М? —?Бен был выдернут из каких-то своих раздумий её вопросом. Он оторвался от спинки кресла, сделав ещё один глоток,?— ты про одноклассницу сына Леннона и возможные отсылки к ЛСД? - её правда удивило то, что он знал эту историю. Ну что ж, сказала ?a??— придётся говорить и ?b?.—?Да, про это… —?ответила Люси, улыбнувшись,?— знаешь, моё совершеннолетие было самым ужасным в истории.—?Это почему же?—?Потому что родители специально освободили дом, чтобы я могла закатить вечеринку. У меня всё было готово, только вот, никто не пришёл. Так скверно было на душе. Я так ревела в тот день, оставшись наедине с собой и своими загонами, что я какая-то не такая. Не понимала просто, что дерьмом были они, раз так кинули. А потом, когда совсем уже стемнело… —?девушка вздохнула,?— приехал Роджер… Хоть кто-то помнил. С огромным букетом красных роз и шоколадным тортом.—?Вот только не говори, что вы с ним тоже тогда Битлов слушали.—?Нет, конечно… Что ты? —?успокоила она, вспомнив как Тейлор в тот вечер, сидя с гитарой в руках пытался спеть ?Strawberry Fields Forever? в нужной тональности, а она только хихикала, поскольку голос его был уже не тем,?— ты же понимаешь, насколько продуманно это было с его стороны. И что я чувствовала тогда…Повисло молчание.—?Тебе интересно, что произошло потом? —?спросила Бойнтон.—?Дай угадаю. Голубей кормить пошли? —?Харди было не очень приятно говорить об этом.—?Восемь лет назад это не так называлось.—?То есть ?да?? В тот раз всё случилось? —?с осторожностью он понимающе отвлёкся от окна и посмотрел на неё.Люси опустила глаза и кивнула.—?А он с выдержкой, как я посмотрю — дождался, всё-таки,?— насмехаясь говорил парень.—?Мне было очень страшно тогда... и больно.Бен откровенно не понимал, стебалась она или нет. Иначе, к чему рассказывать ему такое? Ведь его воображение уже нарисовало яркую картинку с тучным старым извращенцем на маленькой неопытной девочке, дрожащей от страха.—?Это было очень необычно. Я понимала это. Но я правда верила, что люблю. Любовь… Боже мой! Как же мы загадили это слово, пихая всюду, куда не лень! Лишили смысла то, что… —?она поджала губы и замолчала, к её глазам подступали слёзы,?— ну, что у меня мозгов тогда не было?— ясно сразу. А впрочем-то и сейчас мало что изменилось! Но я даже саму себя переплюнула,?— Люси собиралась с мыслями, подперев лоб ладонью:?—?Я не знаю, чем думала, когда соглашалась на всё это… Ты же примерно знаешь какие у меня родители. Из дома выгнали, когда про него узнали. И он-то тоже знал их. Знал, как подчинить меня себе. И вот однажды, года два спустя, он приволок гашиш,?— она поджала губы и насилу вдохнув, посмотрела в потолок. По щеке её скатилась слеза,?— он заснял то, как я его курила… и как потом смеялась и несла всякую поеботу… —?Бойнтон судорожно сделала вдох, рыдания наконец вырвались из её груди.—?Ну-ну-ну-ну… Иди ко мне,?— Бен, подвинув её, сел и усадил к себе на колени.—?Я думала, я сдохну от этой чудо-травки на следующий день. Меня в жизни так не полоскало! И естественно, я больше никогда не прикасалась ни к чему такому, но у него было видео, а значит, он мог пользоваться мной, даже когда я не хотела… —?Люси зарыдала с новой силой. Парень прижал её к груди. Он был в ужасе. Он даже не знал, чем ей помочь, как лишить её этих чудовищных воспоминаний.—?Тс-с-с… В твоей жизни больше ничего подобного никогда не произойдёт! Всё осталось позади! Слышишь меня?Она не слышала. До сегодняшнего вечера она ещё никому не рассказывала этой истории. Но она душила её, потому что служила призраком самого низкого поступка в жизни. Люси долго решалась на то, чтобы сознаться Бену и вот, собравшись, пересилив стыд и пережив всю боль заново, полностью распахнула перед ним свою душу. Это был тот самый ужасный скелет в шкафу.Парень обнимал её и гладил. Люси потихоньку начала приходить в себя и успокаиваться. Дыхание восстанавливалось, хоть она периодически и хватала воздух ртом.—?Моя девочка, ты не виновата в этом,?— ласково сказал Харди,?— проводя ладонью по её щеке,?— клянусь, я бы тоже купился на твоём месте. Поэтому даже не смей винить себя! Хорошо? —?Он заглянул в её глаза. Девушка кивнула.—?Забудь об этом, как о страшном сне, прошу тебя! Не терзайся! —?умолял он.—?Ладно,?— прошептала она, не совсем веря в то, что это реально.—?Закрой глаза и подними волосы,?— попросил Бен немного в другой интонации. Люси послушалась и тут же ощутила грудью что-то маленькое и прохладное.—?Всё.—?Что это? —?недоверчиво спросила Бойнтон, взяв в руки то, что он только что водрузил на её шею, и пытаясь рассмотреть в полумраке.—?Я хотел отдать его, когда снова буду провожать тебя, но сейчас это нужнее,?— с едва заметной грустной улыбкой в глазах говорил Харди.Это был золотой кулончик на длинной цепочке с её инициалами: ?L?, в которую был инкрустирован розовый камушек, и чуть ниже присоединённая к ней ?B? с таким же зелёным.—?Он всегда будет оберегать тебя,?— улыбнулся Бен.Улыбнувшись в ответ, Люси только обняла его ещё крепче и очень скоро уснула у него прямо на груди.