Приквел (2/2)
Глаза закрылись сами собой. Тонкие руки легли на сильные плечи, оплетаясь вокруг шеи Чики. У него никогда не было парня. Но то, что предлагала его собственная Мать…
Нари прижался тяжелеющим пахом к бедру Тесокабе, тяжело вздыхая и едва сдерживая стон.Черт, ни одна девчонка так в Чику не вжималась, даже последние давалки, как Мори вжимался. Терся об него, вызывая приступы возбужденной дрожи, заставляя всю кровь, какая только в нем была, прилить к паху. Хоть бы не кочить раньше времени, если это случится Мори наверняка такую рожу состроит… Впрочем, тот и сам похоже был не в лучшем состоянии, целовал Чику беспорядочно, стонал и получал стоны в ответ, а Демон уже сам не знал, от чего стонет в рот Мотонари: от удовольствия прошибающего его как электрические снаряды или от того, что внутренний шов в джинсах впился в его член.
— Трахну тебя сегодня, — решил он наконец-то, — Прямо тут, прямо сейчас. Хочешь?И не дав отличнику ответить, стал судорожно, едва справляясь с дрожащими пальцами, расстегивать ремень на чужих штанах.
Мори запрокинул голову, кусая губы, готовые растянуться в торжествующей усмешке. Глупый Демон попался.Нари помог ему расстегнуть на себе идеально отглаженные форменные брюки и, повинуясь сильным рукам, развернулсялицом к стене, скидывая с плеч рубашку так, чтобы она повисла на локтях, и ничто не мешало Тесокабе целовать его плечи, расцвечивая их новыми яркими следами.
Одной рукой Демон прижимал отличника к себе, а другой справлялся с собственной ширинкой, тяжело дыша и чуть ли не проклиная прекратившие слушаться пальцы. Наконец, ему удалось, и к уже обнаженным ягодицам Мори прижался горячий твердый член. Нари пробрала такая дрожь, что он едва устоял на ногах. Он и не думал, что его сможет настолько возбудить парень… Да еще и Чика.— Раздвинь ноги, — хрипло рыкнул Демон. У него уже крышу сносило от того, что он сейчас будет иметь этого великого Мори Мотонари в темном коридоре, как какую-то клубную шлюшку, от того, что их может застукать сторож, от того, что у него нет с собой резинки и можно будет кончить прямо в горячее тело. Ему уже не терпелось, и когда Мори замешкался, Чика рявкнул, — Ноги раздвинь, живо! — и сам просунул колено между чужих ног, раздвигая их, — Обалдеть, кому рассказать — не поверят! Я имею главного школьного принца в темном коридоре, наклонив его возле стены, мимо которой каждый день проходят сотни учеников. И ему это, похоже, нравится. Никто бы не поверил, что ты такой, Мори.Чика сплюнул себе на руку, размазывая слюну по члену, уже зная, что и с такой скудной смазкой им будет больно. Радовало то, что Мори будет больнее и унизительнее. И Чика не собирается облегчать ему жизнь, разминая пальцами. Обойдется.Приставив головку к анусу Мори, он навалился на парня всем телом, кусая губы от боли. Мори вскрикну, рванулся прочь, но его держали слишком крепко. Отличник тут же сжал зубы, тихо скуля, и, обеспокоенный тем, что на их возню примчится сторож, Чика стащил один из кожаных браслетов с руки и поднес его ко рту Мотонари, пытаясь впихнуть импровизированный кляп ему между зубов.Мотонари послушно сжал зубами кожаный лоскуток, изо всех сил стараясь расслабиться. В глазах стояли слезы… Хорошо, что Демон этого не видит. Мори прижался лбом к стене, стараясь сдержать всхлипы и собственное тело, пытающееся вырваться из хватки, в которую он сунулся более, чем намеренно.
Демон снова надавил, с рыком протискиваясь в узкое нетронутое тело, отчего Мори стиснул кляп еще сильнее, быстро и тяжело дыша и стараясь не шуметь. Было, пожалуй, слишком больно… Но Нари не думал сейчас о том, что может как-то повредить свое тело. Все силы были направлены на то, чтобы не кричать, не вырываться, не отталкивать. Мотонари нагнулся чуть ниже, сильнее изгибаясь в спине, и Чика, наконец, скользнул в него сразу до половины.
Тонкие пальцы вцепились в стену, а широко распахнутые карие глаза невидяще уставились в пол. Он, кажется, не сдержал очередного громкого стона.
— Целка, — выдавил, еле переживающий собственные движения Моточика. Его удивила теснота этого тела, почему-то еще десять минут назад, впечатленный поведением отличника он думал, что у Мори уже был подобный опыт. Слишком уж он легко на это пошел, для первого раза! Но внутри было так офигительно тесно, что зашедший едва ли на половину Чика подался назад, скуля от удовольствия. Тело Мотонари подалось следом за ним, внутренние мышцы сжимались стремясь вытолкнуть чужака, — С тобой не так, как с девчонкой. Но мне нравится. Тебя можно… — новый толчок позволил войти почти полностью, они оба зашипели от боли и удовольствия, — не жалеть, -осиплым голосом произнес Чика.Дальше осмысленные реплики у него закончились, он просто ругался сквозь зубы, то осыпая всякими ругательствами Мотонари, то просто рассказывая как ему, Демону, хорошо сейчас, или стонал не в силах произнести ни одного слова.В лапах Демона стало очень жарко… и хорошо. Боль ушла и теперь от каждого движения Нари колотила такая дрожь, что Чике приходилось удерживать его. Неосознанно он начал оглаживать языком кожу браслета, что спасал их от вмешательства сторожа. Кожа, казалось, была пропитана вкусом чертового Демона. И по ней так приятно было скользить языком, сильнее стискивать зубами, откровенно посасывать, когда сладкие судороги скручивали низ живота.
Нари опустил руку на свой член уже просто не в силах сдержаться и начал надрачивать его, все сильнее сжимая зубами свой кляп. Голос Демона отдавался в теле щекочущей вибрацией. Мори не слушал, что несет хулиган… Ему просто нравился его голос. Нравилось его тело. Его вкус… Нравилось все, что, черт побери, происходит.
Демон не помнил, позволял ли он себе что-то подобное когда-нибудь. Наверное, нет… Никогда он еще не врубался так дико в чужое тело, никогда еще его так не скручивало от возбуждения. В паху все огнем горело, и от каждого толчка, этот огонь только сильнее разгорался. Мокрые волосы сосульками свисали над единственным глазом, и Чика то и дело пытался отбросить их назад, но чертовы патлы снова лезли в лицо.Все это просто не могло продлиться долго, не с бурлящей от гормонов и адреналина кровью, не тогда, когда твой член так сжимают внутри, а новизна ощущений захлестывает разум. Он задвигался быстрее, входя до упора в растянувшееся отверстие, наплевав на возможность порвать Мотонари, к черту и проблемы, которые могли за этим последовать. Главное сейчас было продержаться еще чуть-чуть, столько, чтобы…— Эй, Мори, ты скоро? — прохрипел Чика, — Или тебе, блядь, еще недостаточно?Словно в отместку, Мотонари сжал член Чики внутри себя особенно сильно, мешая двигаться,и едва не сошел с ума, когда тело затряслось в оргазме. Колени подкосились, и если бы не крепкие объятья, он бы просто рухнул, захлебываясь стонами, рвущимися сквозь тонкую преграду из зажатой в зубах кожи. А ведь так хотелось попросить еще… Чика над ним стонал и вздрагивал в последних движениях экстаза, заливая его собой до отказа. Все казалось сном. Ощущение нереальности происходящего вдруг стало настолько сильным, что Мори почувствовал, что теперь может позволить себе совершенно все…
Чику и самого ноги не держали, он медленно опустился на колени, увлекая Мори за собой, почти укладываясь на него. Прямо перед ним сияло белизной обнаженное, пахнущее потом, плечо и школьный Демон прикусил его, слизывая соленый вкус и оставляя следы зубов. Мысли ворочались в голове неторопливо, лениво перетекая с одного на другое. От воспоминаний про, явно специально подпиленные зубы одно первогодка, боевогопарнишку с одним глазом, успевшего уже отгрести от Чики, и до мыслей, что всех доступных девушек он, похоже, уже перебрал, можно и на парней переходить.Ками-сама, че за фигня?! О чем он вообще? Быстро поднявшись он попытался привести себя в порядок, нужно было чем-то обтереть испачканный член, да и на одежду, кажется, немного попало когда он вынимал? В темноте не разглядишь.— Эй, ты там жив? — Чика грубо вздернул Мори на ноги. Лицо у него хоть и было по-прежнему спокойное, но едва видимый в полутемном коридоре, румянец, выдавал его с головой! Да и дорожки слюны на подбородке не вязались с его привычным обликом, — у тебя салфетки есть?Все… Демон выполнил свою функцию. Можно больше не терпеть. Он наклонился к сумке, порылся там немного, извлекая пачку влажных салфеток, достал оттуда сразу половину и бросил Чике. Вытирались молча, не глядя друг на друга. Мори чувствовал небывалую сытость. Ему было плевать на Тесокабе. На Мать. На все. Холодная броня уже покрыла горячее тело и жаркий, как июльский день, дух.
Застегнув штаны, он закинул сумку на плечо и, предвкушая фееричное возвращение домой, двинулся к выходу из коридора, оставляя за спиной Демона, бросая ему через плечо кожаный браслет с отпечатками своих зубов. Только бы этот идиот не ляпнул сейчас ничего такого, из-за чего придется задерживаться, отсрочивая возвращение в отчий дом.Хотелось показать Матери пылающие губы и только начинающие наливаться багрянцем поцелуи на плечах и шее. Он сам решит свою судьбу. Выберет дорогу. Не позволит этой женщине руководить своей жизнью…
Мори-засранец даже не обернулся! Вообще никак не показал, что между ними только что был секс. Его ж Мать! Он даже шел ровно, будто ничего и не было! Как ему вообще это удается? Он должен лежать возле стеночки и просить Чику позаботиться о нем. Хорошо так просить, возможно, даже…— Ну как тебе, принц, лишение анальной девственности? Хотя ты теперь скорее принцесса, хех! — Демон сунул руки в карманы и неторопливо побрел за Мори, — Мне вот с тобой понравилось, ты половине наших школьных девчонок фору дашь, по этой части.
Отличник, не ускоряя шага шел впереди, и снова делал вид, что Чики не существовало вовсе! Очень многие люди делали вид, что Чики не существовало: дальние родичи, которые вроде как его опекуны, всякие умные дяденьки и тетеньки из комиссии по усыновлению, некоторые учителя… Казалось бы, давно надо привыкнуть, но Тёсокабе Моточика привыкать не собирался!— Эй, — ему пары шагов хватило чтоб нагнать Мори, — Может мы и ротик твой опробуем, раз сегодня дела так пошли? Уверен, это тебе тоже понравится!Чика протянул руку, собираясь дернуть Мотонари за ремень сумки и развернуть к себе.Мори остановился и плавно обернулся, смерив Тесокабе презрительным взглядом, словно спрашивая: ?Как… ты еще тут?? Помолчал, разглядывая застывшего хулигана. И произнес фразу, которая выручала в подобных случаях с девушками.— Я позвоню тебе.Отвернулся и вышел на лестницу.
Только спустя несколько ступеней, до него дошло, что и кому он сказал. Едва подавив довольную улыбку, он заставил непослушное тело ускорить шаг, чтобы избежать мести.
До Тесокабе, видимо, как раз дошло, как с ним обошлись, дверь хлопнула так, что чуть не слетела с петель. Нари отступал, но отступал с победой.
Чт..?! ?Позвоню??! У Чики ушло секунд семь, чтобы полностью переварить только что услышанное. На восьмой секунде он уже хотел убивать и ринулся следом за Нари.Вот ведь! Принцесса! Да как он посмел такое сказать, Демон его сейчас в асфальт вкатает! А потом трахнет еще раз! Он никому не позволит обращаться с ним как девчонкой!
Чика бы обязательно догнал проклятого ботаника, если бы… Если бы не тот самый сторож, который как раз в положенное время совершал свой обход, когда с лестницы на него слетел белобрысый Демон, с дико горящим глазом и искривленным в безумном оскале ртом. Реакция старика была вполне логичной, кто бы не заорал со всей мочи, когда на тебя летит такое? А вот с чего он решил, что от внезапно явившегося екая можно отбиться, если метко попасть ему в лоб фонариком?..Ослепленный болью и светом Чика разом выдал гору ругательств, споткнулся и мягко приземлился на упавшего в обморок сторожа. Со стоном скатившись на пол и потирая ушибленный лоб, Демон понял, что сегодня, похоже, просто не его день… Но ведь будет еще завтра, верно? Так даже лучше, он успеет придумать план! Продумать способы мести проклятому Мори Мотонари, ну, кроме грубого изнасилования и убийства…К утру у Чики этих планов было более сотни, но Солнце Школы оказался хитрее, не придя на занятия. Потом наступили выходные, и Чика подзабыл о мести, вспомнив об этом только в понедельник, придя в школу, на второй урок. Впрочем, одного взгляда на Мори хватило, чтобы планы мести начали немного преобразоваться… превращаться в другие планы, куда более интересные!