А по утру они проснулись... (1/2)
Асгард спал. Спали жители. Спали гости. Спали даже Фрейины кошки. Один лишь Хеймдалль бдел на своем посту – ему по определению спать было нельзя, хотя именно в это утро он последними словами поминал того, кто решил, что Страж должен страдать бессонницей. Коронацию Тора Одинсона отметили славно. Поговаривали, что даже в Ванахейме были видны отблески салюта, что устроили пьяные маги в честь нового царя.
Все было тихо и спокойно. И лишь один нахальный солнечный лучик упрямо полз по подушке, пробиваясь сквозь незадернутые портьеры, с подлой целью засветить прямо в глаз Одину-Всеотцу. Сказать, что Один был не рад этому факту – не сказать ничего.
Он лежал, смежив веки, но даже так ему казалось, что он на палубе корабля – так сильно раскачивалась кровать. Откуда-то сбоку веяло холодом, так что он лишь плотнее натянул на себя одеяло, которое тут же поползло в обратную сторону. Один, удивившись сквозь тяжкое похмелье, вновь дернул за одеяло, но оно вновь попыталось уползти. Удивившись еще сильнее, Один собрался с силами и открыл глаз.
- Ну твою ж мать, а?
Древнескандинавский – язык очень ёмкий, так что все мысли Вотана уместились в одном предложении. Открывшаяся его взору картина поясняла почти все и сразу. Холодом веяло от Лафея, с которым Всеотец проснулся в одной постели. Опять. Вывод из этого, как показывает практика повествования и обширный жизненный опыт, был один – вчера была пьянка. Нет, не так. Вчера была ПЬЯНКА. Что именно они отмечали, и с кем – вопрос спорный, однако, выпито было много. Слишком много. Иначе как объяснить ощущение, что у него во рту ночевали Фрейины кошки, причем все сразу?
Переборов себя, Вотан протянул руку и пихнул Лафея в плечо. Не заметив ответной реакции, он повторил маневр. Снова не помогло. Наконец, собрав остатки божественных сил в кулак, Один напрягся и спихнул ётуна с постели. Тот с глухим стуком упал на пол, откуда немедля донесся стон.- Нееет… Только не ты…
- И тебе доброе утро… Сам встанешь?
Вместо ответа показалась голова Лафея. Глаза его покраснели еще больше (по крайней мере, именно так показалось Одину), а кожа отливала салатовым.
- Чтоб тебе, зараза асгардская… Нахрена, Один? Ну нахрена?
- Это ты виноват! – Один вновь блаженно зажмурился, борясь с приступами тошноты. Лафей лёг рядом и тихо застонал.- Я?! Кто орал, что требует продолжения банкета?! Кто жаловался всем и каждому, какая у царей тяжелая работа!? Что рабочий день ненормированный!? Что молоко за вредность выдавать надо?!- Мать моя, неужели я нес это всё? Это ж как надо было нажраться…
- Если у тебя в погребах что-то осталось – считай это чудом. Блять, Один, ну почему, почему после каждой пьянки я просыпаюсь в постели именно с тобой?! За что мне это?
- Чего?! – Один аж сел от возмущения, но тут же рухнул обратно, зажав рот ладонью.- Что, совсем плохо, а? – Лафей горестно выдохнул, протянул руку к голове друга и тут же с нее посыпался снег, укутывая голову Всеотца и снимая часть боли.- Спасибо…
- Было бы за что… Опять твоя блондинка орать будет…- Ой, хрен с ней… - Один махнул рукой, не открывая глаз. – Поорет и успокоится. Слушай… А ведь у нас сыновья женятся. Или мне это причудилось в пьяном угаре?- Не, не причудилось. Женятся. Вот ведь гадёныши, а?
- Кто бы мог подуууумать… - Злорадно протянул Один, за что был немедленно схвачен за ухо. – Ай, пусти, пусти! Ой, нет, вот щас пониже, ага, ага, ой, хорошо-то как…
Лафей хмыкнул, но руку с шеи друга не убрал.
- И что нам теперь делать? – Лафей холодной рукой гладил голову и шею Одина, от чего тот улыбался сытым котом.
- А что нам делать? Я бы предложил начать со стаканчика чего-нибудь крепкого. Исключительно в лечебных целях!
- Один, твои лечебные цели моя печень насквозь видит!
- Ну хоть медку?- Ладно, будет тебе мёд. Но только если придумаешь, как объяснить твоей жене то, что мы теперь родственники.
- Слушай, она и так привыкла, что я с тобой разговариваючаще, чем с ней. В Локи она души не чает. Да и Тор теперь остепенится. Ты видишь причины для того, чтобы она была против? Я – нет.- Ладно, уговорил… Я в купальню. Ты идешь?
- Иду… - Тяжко вздохнув, Один поднялся с постели.
***
- Доброе утро! – Локи улыбнулся и чмокнул Тора в нос.
- Доброе… - Тор широко зевнул и обнял его. – Как ощущения?- Ты о чем? – Локи чуть зарумянился.- Ну как это – ощущать себя почти-царем Асгарда?- А, ты об этом. Даже не знаю. Я как-то не об этом сейчас думаю.
- О как. И о чем же ты думаешь?- О том, что нам предстоит сказать все твоей маме. Сегодня. За завтраком.- Ой ё… А почему именно сегодня и именно за завтраком?- Потому что приходила её фрейлина и сказала, что она приглашает нас на завтрак. Вставай, а то опоздаем.
- Встаю… - Тор вздохнул и поплелся за Локи в купальни.
***
- Тор! Локи! Доброе утро, мои хорошие! – Фригг радостно улыбалась. За круглым столом, накрытым к завтраку, уже сидели хмурые Лафей и Один.- Доброе утро, мам, папа, Лафей.- Доброе утро, госпожа, Всеотец. Утро, пап.