Глава 6. (2/2)
Ведь так чаще всего и случается у молодых пар. В первые недели-месяца-года оба выплёскивают свои чувства друг на друга. Заставляя тонутьдавитьсязадыхаться. Заставляя проглатывать любовь всю, не растягивая удовольствие друг для друга. И вот, выплеснув все чувства, все до последней капли, они опустошают себя. И любви больше нет. Пара расходится, оправдываясь отговорками вроде:их совместная жизнь была ошибкой, а ?любовь? была весенним порывом.Я боюсь, что такое случится и с нами. Я боюсь, что отдам всю свою любовь, а в конце останусь пустым и без чувств к Гарри. Я просто боюсь отдавать ему любовь.Но ведь расстаются не только из-за этого?
Ревность. Это чувство, придуманное дьяволом и разъедающее пару влюбленных изнутри. Но говорят, без ревности нет любви. Раньше мне казалось, что это полный бред. Хотя и сейчас так кажется. Но эти мои порывы ревности когда-нибудь доведут меня.Где угодно: в магазине, в парке, на улице, в кинотеатре. Где бы Гарри не посмотрел на какую-либо глупую шлюху, я готов просто рвать и метать.
Поначалу так и было. Я мог устроить истерику, словно глупая школьница. Я и сейчас могу устроить, но сдерживаюсь. Сдерживаю ревность так же, как любовь.
Гарри кажется, что я просто перестал ревновать его. Но если бы он смотрел на мое лицо после того, как мимо пройдет очередная размалеванная деваха, он бы сразу все понял. Но с Гарри все это происходит лишь потому, что он слишком юн. Да.Отчаяние в счастье. Как говорил один известный писатель Эльчин Сафарли, отчаяние в счастье – страх потерять с трудом найденное. Отчаяние в счастье – это не постоянно омрачающее его чувство страха.Я боюсь, что однажды все потеряю. Потеряю все, что мы с Гарри так долго выстраивали. Складывали по кусочками, скребли по сусекам, откапывали в гуще будничных событий и находили на полках книжных магазинов. Боюсь потерять Гарри. Этот необычный страх появляется редко, но если появится, то дает о себе знать еще следующих два-три дня. А потом он снова спрячется в маленьком сыром уголочке сердца и будет ждать нового дня, чтобы атаковать наши с Гарри спокойные дни.***POV AuthorЭта любимая песня Гарри “In Die Nacht” одной знаменитой немецкой группы. Он много раз смотрел живое исполнение этой песни, и она настолько вжилась в него, оставила такой след.
Многие чувства люди не могут передать словами, поэтому они излагают их через песни или стихи.Гарри часто пел эту песню, когда был один дома. Важные дела Луи на работе всегда появлялись не вовремя. Эта песня давала ему понять, что он и Томмо одно целое. Они дополнение друг друга в этой жизни.Эта песня помогала пережить Гарри ссоры, расставания. Да и вообще она помогала.Эта песня – Их песня.Луи не понимал такой привязанности к нейТочно так же он не понимал привязанность Гарри к птицам.Каждый день Стайлс хоть один раз, но скажет что-либо относящееся к пернатым. Иногда он мог говорить о них часами. Лишь с перерывами, чтобы налить себе новую чашку чая с апельсиновыми корками. Потом он снова возвращался в тепленькое место на диване рядом с Луи, тот укрывал их старым шерстяным пледом, и Гарри продолжал свои увлеченные рассказы.Луи нравилось слушать все, что птаха говорит. Точнее, он любил просто слушать. Не важно, о чем идет рассказ, главное слушать этот любимый хриплый голос. Его голос был лучше всяких песен. Его голос для Луи и являлся песней.Гарри мог обнять Томмо на том же диване в гостиной, в том же шерстяном колючем пледе, и шептать разную чушь ему на ухо. Луи безумно любил такие вечера.Горячее дыхание Гарри обжигало и нагревало ухо и часть предплечья. Но это был один из любимых моментов таких их собственных посиделок с кружками чая с апельсиновыми корками.Луи продолжал сидеть, поглаживая руку Гарри. Он тихо напевал Их песню. Ведь все говорят, что люди, находящиеся в коме, слышат все, что им говорят.Еще Луи был уверен, что Их песня поможет Гарри. Он услышит её, сможет побороть кому и очнется. Ведь эта песня много раз помогала им справиться во время различных проблем.Дверь с тихим скрипом открылась, и Луи резко повернулся, замолчав.Это была Сесилия Ахерн, лечащий врач Гарри. Эта женщина имела безграничное количество добра. И еще такое прекрасное чувство… она не знала слово – поражение. Точнее знала, но не думала о нем до самого конца. Даже если все другие врачи сказали, что ничего не выйдет, тому-то и тому-то помочь уже нельзя, Сесилия не сдавалась и делала все, чтобы помочь пациенту. И чаще всего, это срабатывало. Она помогала людям даже тогда, когда все потеряли надежду. Все в больнице прозвали её Хранителем.
-Мистер Томлинсон, извините, но Вам пора, - женщина зашла в палату.Только не уходить.
Сейчас, справившись со своим страхом, он не может оставить Гарри. Он должен быть здесь.-Но… я… Могу я остаться? Вы ведь можете дать мне какую-нибудь свободную палату или комнату? Не важно, что, главное, чтобы было, где спать, - Луи не отпускал руки Гарри.Сесилия долго молчала, приложив средний и безымянный пальцы правой руки к виску.-Да, я найду Вам палату, - она слабо улыбнулась.Луи повернулся к Гарри. Он долго не сводил глаз с его губ. Желание накрыло его с головой. Но сейчас это совсем неуместно.
Томлинсон приподнялся, отпуская руку птахи, и нежно поцеловал его в лоб. Медленно отстраняясь от его лица, Луи тихо-тихо прошептал:-Я люблю тебя, кудрявая.Луи поправляет смертельно белый халат на своих плечах и выходит из палаты вслед за женщиной.Доктор Ахерн ?поселила? его у себя в кабинете, что находился в нескольких шагах от палаты Гарри, чему Луи был безгранично рад. Женщина достала плед из рядом находящегося шкафа и положила на небольшой черный кожаный диван.-Вот здесь Вы можете спась, мистер Томлинсон, - с улыбкой произнесла женщина.-Спасибо большое, но, где же вы будете работать? В смысле, я не буду мешать здесь? – обеспокоено спросил Луи.Все же это рабочий кабинет и присутствие постороннего человека, да еще и спящего, явно будет отвлекать Сесилию от её дел.-Нет-нет. У меня сейчас обход и все эти врачебные дела, не связанные с сидением в кабинете, - она еще раз улыбнулась и, пожелав Луи доброго сна, вышла.
***Они медленно прогуливаются по ночному Лондону, проходя по выученным наизусть улицам. В лицо дует прохладный ветерок ноября. Вокруг разбросаны грязные листья,
сорванные с деревьев.Осень – такое время, когда грусть захватывает тебя и подчиняет себе. И чтобы ты не делал, она не отпустит.
Матушка-Осень со своей подругой Грустью зовут выпить пару чашечек чая вечно молодого паренька Воспоминаний. Втроем, они подшучивают над людьми, заставляя их думать о плохих моментах их прошлого. Проказники.Гарри открывает рот и шумно выдыхает, смотря на вырвавшиеся белые клубы пара. Его руки давно греются в теплых перчатках Луи. Последний же пытался согретьруки в карманах своей куртки.-Давай я отдам тебе перчатки? Я же вижу, что тебе холодно, - тихо сказал Гарри, покусывая нижнюю губу.Птаха остановился, чтобы снять с рук эти ?согревающие штучки?, как он сам называл перчатки, когда забывал их истинное имя.Луи быстро вытащил руки из карманов и сжал в своих ладонях ладони Гарри.-Не нужно, - улыбнулся Томмо, а Стайлс бросив: ?Но если что…?, весело поскакал вперед, позвякивая леденцами в его карманах.В каждом кармане куртки-пальто-джинс у Гарри были яблочные и клубничные леденцы. Он говорит, что они помогают от скуки. Или когда горло заболит.
?А что, если у тебя заболит горло, а дома никаких леденцов? Поэтому я, как твой супермен, приду на помощь и дам яблочную конфеточку? - постоянно твердил Гарри.Луи быстро догнал парня и потрепал его по шелковистым, шоколадным кудрям.-Пойдем в какое-нибудь кафе? – с мольбой в голосе спросил Луи.Все же у него замерзли не только руки. В такой холодную погоду нельзя обойтись без шапки.-Вот засранец, говорю же, что замерз, а он: ?Нет, нет?, - Гарри слабо стукнул Луи по носу.Оба весело засмеялись и отправились на поиски ближайшего кафе.***POV LouisКто-то отчаянно трясет меня за плечо, добиваясь моего пробуждения. Протестующе мычу, поворачиваясь на другой бок.Тряска прекращается, но потом кто-то зовет меня.-Мистер Томлинсон! Ну же! Мистер Томлинсон, Луи! Проснитесь же!Доктор Ахерн снова начала трясти меня.-Да, да. Что случилось? Что? – разлепив один глаз, я пытаюсь смотреть на женщину.Как я понял, она просто светилась счастьем. Что же такое могло произойти, ради чего стоит меня будить?-Гарри, - радостно произносит она.Полностью проснувшись лишь от одного имени, я подскакиваю на диване.С распахнутыми глазами и открытым ртом смотрю на женщину, а она в ответ лишь еле заметно кивает.Неужели, правда?-Он очнулся, - тихо произносит она.