Тепло (1/1)
Орегано проснулась среди ночи оттого, что рядом храпел Рёхей. Видимо, он потратил на неё всё Пламя, и теперь спал прямо в палате на составленных стульях для посетителей, неловко пождав длинные ноги.?Солнышко? - нежно подумала девушка, взяла с тумбочки мобильник и нажала быстрый набор.- Тебе уже лучше! – голос Ямамото звучал так бодро и радостно, словно его и не разбудили в 4 утра.- Это всё Сасагава, - Орегано коротко глянула в зеркальце на крышке сотового, - у меня даже лицо нормальное уже.- Он сказал, что девушкам это важнее, чем сломанная рука, - даже голос Ямми улыбался.- Такеши, можешь ему утром поесть принести? Извини, что напрягаю…- Ну конечно, о чём речь! А Гокудера…- Спит, скорее всего, - перебила его Орегано. – Такеши, я знаю своё место в его жизни. И оно далеко после Десятого, тебя, и множества других людей и вещей. Спокойной ночи.…Хранитель Солнца выложился на полную – уже через неделю Орегано была дома. Отпирая дверь и пропуская вперёд Десятого и бейсбольного придурка, Гокудера подумал, что как-то странно – она позвонила боссу и Ямамото, но не ему. Дома вкусно пахло печеньками, с кухни доносилось ржание Рёхея и попискивание Хром.?У нас сегодня народу почти как у Десятого? - хмыкнул он про себя.Им навстречу вышла разрумянившаяся Киоко в розовом фартучке, и Тсуна немедленно сомлел, глядя на неё счастливыми глазами.- Хейо! Вот, Киоко, выбирай! – показавшаяся из кухни Орегано потыкала в их сторону огромным окровавленным ножом. – Советую брать дона Саваду, с ним будет легче всего справиться.Парни обомлели.- Играете в фильм ужасов? – неуверенно спросил Ямамото. Орегано с недоумением посмотрела на них, потом перевела взгляд на нож и хихикнула.- Да вроде как суши делаем, но без тебя, Ямми-тян, получается какая-то ерунда.- Орегано обещала научить меня шиацу, и нужен кто-то для тренировки, - дообъясняла за неё Киоко.…Лёжа в постели, Гокудера подумал, что этот вечер очень походил на школьную поездку. То, как они все вместе посмеивались в тренажёрке, глядя на Киоко, неумело, но сильно тычущую пальчиками в спину полураздетого Ямамото (Орегано пожалела смущённого босса и сказала что-то высокопарное типа: ?Раздевать дона Саваду будет слишком неуважительно!?). Как потом Ямамото учил невесту Десятого Вонгола делать правильные суши. Как они ели, болтая наперебой и размахивая палочками. Все давно разошлись, и было очень тихо, но почему-то всё равно не спалось. Гокудера проворочался до двух часов, потом решился, вышел в коридор и постучал к Орегано.- Что случилось?- вот именно, не ?Кто там??, а ?Что случилось??. Умная она всё же.- Открой, поговорить надо.Она не сказала ?О чём?? или ?Утром поговорим?. Просто открыла дверь и стояла, сонная, переминаясь с ноги на ногу, удивительно трогательная в коротенькой сорочке с множеством бантиков… и огромным гербом Вонгола во весь подол.- Можно войти?- Только без глупостей, - девушка прошлёпала к кровати, влезла под уютное одеяло и моментально отрубилась. Гокудера с любопытством огляделся. Вот и Харикейн Хаято – он вспомнил, как отчаянно ругался, когда хохочущая Орегано гонялась за ним с фотоаппаратом. Вполоборота со спины, разлетевшиеся влажные волосы, искорки в злых глазах, ореол из маленьких капелек воды – и правда красивое фото. Больше в комнате ничего интересного не было – шкаф-купе с зеркальными дверцами во всю торцовую стену (нет уж, он не извращенец, чтоб шарить в чужих вещах… хотя немного любопытно, конечно), маленький столик с зеркалом завален косметикой, из украшений – только большая стеклянная коробка сотни на полторы пар серёжек (он вспомнил свои ящики с цепочками, браслетами и ремнями, и стало как-то неловко, что ли), большая кровать и изящная округлая тумбочка. Всё. Лаконично как-то – ни милых девичьему сердцу мягких игрушек, ни картин, ни даже постера или плаката любимой группы. На одеяле, различимые даже в лунном свете – лилии, её любимые цветы. Пол был холодный, и Гокудера, судорожно вздохнув, нырнул под одеяло и неловко обнял тёплую посапывающую девушку.- Замёрз? – пробормотала она сквозь сон, и крепко обняла его, как самого эксклюзивного в мире дизайнерского плюшевого мишку – худого, жилистого и холодного. Кажется, она даже не проснулась. Да уж, эротические мысли как-то в голову не лезли. Сначала Гокудера боялся пошевелиться, а потом словно что-то резко отпустило, и он заснул.