Chapter 10. Clean (Break) (2/2)
Пятнадцать минут, несколько ушибов под рёбер и возможного сотрясения мозга спустя, ЧжиЁну удалось разнять СынХёна и СынРи. И сейчас макнэ сидел в своей комнате, сердитый и избитый. А лидер Биг Бэнг находился на кухне, держа в руках мокрое полотенце со льдом, прикладывая его к затылку своего парня.
Колёса в его голове совершали повороты в сторону мыслей, о которых он предпочёл бы не думать. Мысли были болезненные и неизбежные. Макнэ был прав: они были глупы. Он был глуп. Глуп в первую очередь за то, что не мог контролировать себя рядом с СынХёном, развивая события слишком быстро. Всё что он хотел, это любить и быть любимым, но вместо этого он почти разорвал их жизни на части. СынХён как-то раз назвал его эгоистичным ублюдком и он был прав, разве нет? Что если Ян узнает? Что если все, как и СынРи узнают об этом?– Мы не можем это продолжать, хён, – прошептал он.Он почувствовал свои слёзы, но он не позволил им выйти наружу. Сейчас ему нужно мыслить как лидер группы Биг Бэнг, а не как Квон ЧжиЁн. Он собирался разбить сердце мужчине, которого он любил, и за это он себя ненавидел. Хён не заслужил всё это. Он не сделал ничего того, за что должен был плакать.СынХён притянул парня к себе на колени и уткнулся головой ему в плечо.– Я знаю, детка. Прости. Он просто вывел меня из себя. Он не должен был так с тобой разговаривать. Этого больше не повторится.
ЧжиЁн отстранился от него и, не вставая с колен, облокотился на кухонный стол.
– Нет. Мы не можем это продолжать. Я имею в виду нас.СынХён нахмурился. Он знал, что ЧжиЁн не станет прекращать их отношения только потому, что мелкий поймал их на месте преступления. Он не мог так поступить. Ведь не смотря ни на что, это ЧжиЁн был первым, кто признался. Он был тем, кто захотел рискнуть... ведь так?
– О чём ты? Ты... ты хочешь расстаться со мной? – спросил он недоверчиво.Он чувствовал, как в уголках глаз собираются слёзы, от чего покалывало в носу. Этого не может случиться. Только не сейчас. Не после того, как они сделали решающий шаг навстречу друг другу. Не после того, как он, наконец, влюбился.– Я же говорил тебе, когда всё это начиналось: Биг Бэнг для меня важнее, чем кто-либо из нас. Ты со мной согласился. Нам нужно положить этому конец.Тот факт, что он сказал всё это с каменным лицом, даже без намёка на предательские эмоции, оставил СынХёна опустошенным. Он грубо столкнул парня со своих коленей и позволил слезам сбежать по его лицу. Он всегда был плаксой, срываясь даже по мелочам; из-за каких-то тривиальных вещей, вроде тех безобидных подколов его донсенов, когда они только начинали. У него просто не было никаких шансов остаться с разбитым сердцем, но с сухими глазами.– Но... ты же говорил, что любишь меня. Если ты любишь кого-то, ты не сдашься просто так, и неважно, что другие могут подумать, – в отчаянии он старался показать ЧжиЁну, как тот ошибается. Это могло сработать, если он, как следует, постарается. Они могут вместе решить эту проблему, и класть на весь мир.ЧжиЁн вздохнул и потёр лицо руками.– Хён, наши карьеры, да и все наши жизни, строятся на том, что другие люди о нас думают. Если кто-нибудь узнает, мы не сможем больше работать в этой стране. Так что нам нужно... двигаться дальше.СынХён резко встал. Паника охватила всё его естество. Он не мог перестать плакать, даже если бы постарался.– Нет! – крикнул он, вынуждая ЧжиЁна отступить на шаг назад. – И ты хочешь, чтобы я притворился, будто ничего не было? Будто я не влюблялся в тебя? Будто ты не значил для меня всё? И как мне это, блять, сделать, ЧжиЁн? И как можешь ты?Лицо ЧжиЁна было каменным, в глазах только лёд. Он посмотрел на СынХёна и покачал головой.– Ну и кто из нас теперь эгоистичный ублюдок? Иди, извинись перед макнэ, и уходи. У нас завтра самолёт.
СынХён смотрел, как он направился в свою комнату и хлопнул дверью. Этот звук, словно ведром с холодной водой, окатил его с ног до головы. Он почувствовал, что онемел, хоть слёзы и продолжали лить из глаз. ЧжиЁн даже не дал ему шанса побороться за их отношения, да он даже не дал сам себе ни малейшей возможности помучиться или изобразить скорбь. Он просто сдался.
Словно в тумане, СынХён медленно проделал путь к комнате СынРи, останавливаясь возле двери. Он не помнил, стучал он или нет, но спустя несколько минут раздражённый СынРи распахнул дверь, глядя так, будто готов был снова ввязаться в драку, если придется. С секунду разглядывая лицо СынХёна, все мысли о драке просто безнадёжно ликвидировались.
– Прости, что я был таким засранцем, макнэ. Прости. И тебе не стоит больше беспокоится обо мне и ЧжиЁне. Он... он об этом п-позаботился.
Его взгляд был увлечён разглядыванием своих штанов, и СынРи увидел как слёзы, скатившись по его щекам, падали на них, делая тёмные пятна на серой ткани.– Хён...– Ну, я пошёл.– Хён, подожди.СынХён, наконец, поднял на него свои чёрные глаза. Всё, что СынРи в них увидел, было отчаянием. Что ЧжиЁн сделал? Он что, думал, что это был лучший выход из положения, за день до тура по чужой стране?– Вся эта ситуация настолько запутанная. Просто... просто давай пройдём в комнату, – вздохнул он, хватая СынХёна за руку и втаскивая его внутрь. – Садись. Я принесу твои сумки. Ты можешь остаться сегодня со мной. Нет смысла ехать через весь город, если твои вещи уже здесь.Несколько минут спустя он вернулся, затаскивая в комнату синий чемодан своего хёна, полный вещей и обуви, и заталкивая его в свой шкаф. Как только он снова захлопнул за собой дверь, он увидел жалкое зрелище перед собой. СынХён свернулся калачиком на полу, рукой вцепившись в ковёр, и тихо ревел. Неожиданно, СынРи почувствовал себя самым ужасным человеком в мире за все те слова, которые он высказал своим хёнам ранее.Как давно они делали всё это? Как давно они... встречаются... видятся... чтобы это ни было и как бы они это не называли, если последствия делали ТОП-хёна невыносимо несчастным, как сейчас? СынРи понял, что СынХён имел в виду, когда сказал, что ЧжиЁн ?об этом позаботился?. Он порвал с ним, и очевидно разбил СынХёну сердце.– Как это произошло? – спросил он, садясь к нему на пол.
Когда он почувствовал, что тот не в состоянии ответить, СынРи опустился на колени и положил руки на ноги к старшему.
– Хён, скажи мне. Я знаю, возможно я не понимаю, но может ты сможешь сделать так, чтобы я понял? Пожалуйста? Прости, что был так резок. Я был ошарашен, понимаешь? Хён. СынХён-хён, – ткнул он, аккуратно тряся его за колено, пытаясь вырвать его из своего горя. Кажется, это сработало, потому что СынХён вытер лицо о футболку и сел, бесконечно грустный, с мутными от слёз глазами.
– Ты когда-нибудь влюблялся, макнэ? – услышал он грубый голос своего хёна.СынРи покачал головой.
– Нет. Не то чтобы...СынХён прижался к нему с самым несчастным выражением, которые он когда-либо видел на лице человека.
– Хорошо. И не надо.
Затем он закрыл глаза, поднося к ним руки сжатые в кулаки и утирая снова выступившие слёзы.
Но это уже было началом. СынРи принёс ему платочек и заставил его снова заговорить. СынХён рассказал ему всё: с первого осознания того, что ЧжиЁн относится к нему больше, чем как к другу, и до того, как он сам, начал испытывать к ЧжиЁну чувства... всё, включая их первый раз под звёздным небом. К концу его рассказа, глаза СынХёна были сухие и сам он был пугающе спокоен. СынРи опустил голову на колени и принял всё, что рассказал ему хён.Несколько минут они сидели в полной тишине, каждый думал о событиях этой ночи. В конце концов, СынРи встал и протянул СынХёну руку.– Давай, хён. Пошли спать. Утро вечера мудренее, я прав?
Он отправился чистить зубы, а когда вернулся, СынХён уже крепко спал, повернувшись лицом к стене на противоположной стороне кровати. СынРи вздохнул и скользнул под одеяло. Лицо ТОП-хёна было усталым, с дорожками от слёз. Он чему-то хмурился во сне, и младшему показалось, что он слышал, как тот бормочет имя ЧжиЁна.
?Что за пиздец творится? – подумал он.Будучи сторонним наблюдателем, он мог видеть две стороны медали. С одной стороны ты имеешь двух парней, которые очевидно любят друг друга; даже если СынРи всё ещё не понимал, как два, якобы гетеросексуальных парня, могут влюбиться друг в друга, к тому же прямо у него под носом. С другой стороны были все остальные из группы Биг Бэнг, каждый со своей карьерой. Как можно выбрать между любовью и средством к существованию? СынРи был уверен, что уж он-то и понятия не имеет, и чтобы он теперь ни сказал, не смогло бы исправить ситуацию. Ему оставалось только надеяться, что хёны решат эту проблему, пока один из них, или оба, не утянули в кризис себя и остальных членов группы.
Однако вскоре, его мозг начал выключаться, и он последовал за СынХёном в страну снов.Ни один из них не услышал горький плач ЧжиЁна на другом конце коридора.
___________P.S. Бинго всем тем, кто догадался о причине разрыва. Но не ругайте эту "причину" так сильно, ибо он понимающая няша, просто немного охренел от увиденного :D