Глава 3. Меня зовут... (1/1)

Глава 3. Меня зовут...Не смотря на все то, что я повидал за свою жизнь,Мне по-прежнему есть во что верить.Если я хочу выжить,То сделаю это, даже стоя одной ногой в могиле.Мне некуда спрятаться,Я поражен болезнью изнутри.Если я желаю выжить,То сделаю это, даже стоя одной ногой в могиле.Припев песниOceans Divide - Barely alive- Галт - кылт, - методично раздавался хор камня и стали. Замахнуться и ударить. Замахнуться и ударить. Цикл повторяется снова. Он не обращал внимание на других. Оно полностью и безоговорочно было захвачено внутренним миром.Ветер океана приносил ему обещания темных разорвать всех этих псевдо-магов; светлые в ужасе от обращения с детьми готовы были объединиться с темными, лишь бы прекратить все это; серые молчали и это молчание было гораздо страшнее всех предыдущих обещаний; магические существа рычали, пищали, шипели, скребли когтями, хлопали крыльями и скалили клыки. Все эти звуки сливались в единую какофонию.Его окружали невидимые крылья существа, не относящейся ни к одной из предыдущих объединений... сущностей, да так будет вернее. Над всеми ними стояли 22 могущественные ауры. Один из подобных им, но не дотягивающий до них своей силой, всегда находилась рядом с ним. От него исходили волны опасности, смерти и ужаса, отпугивая церберов (смех да и только, особенно одной из сущностей имеющей образ трехголовой собаки - Цербер) магов, а сами маги боялись подходить слишком близко. Про стражников и говорить нечего - они не рисковали попадаться под его "мертвые" аметистовые глаза. Его самого эти чувства не касались, нет, они облегали второй кожей и дарили ощущение безопасности и покорности. На других рабов эта аура не влияла, поэтому больше никаких странных ситуаций не возникало.Для всех сторонних наблюдателей, если бы они могли видеть его внутренний мир и сущности, сокрытые в нем, они бы сильно удивились - не каждое всемогущее существо станет покорятся тому, кто в сотни, а может и тысячи, раз слабее него. Но для них это было естественно. Он неоднократно доказал, что ему можно верить и что он достоин их служения. И такое единодушие темных и светлых поражала воображение. Нет, они спорили, ругались, а иногда и дрались между собой в его океане, но стоило только ему обратить на них свое внимание, как они сразу же успокаивались и обращали свое полное внимание на него и готовы были объединиться с концептуальным противником, лишь бы выполнить его желание, требование, приказ. Никаких сомнений, никаких колебаний - только действия.Поле стали звенела предвкушением славной битвы, готовая предоставить тот клинок, чьи способности и знания больше всего подойдут.Ветер приносил успокаивающие мелодии и сосредоточившись на них он не слышал никого из других рабов, пытающихся вырвать из него хоть звук, не говоря про слова и предложения. На попытки прикоснуться к нему он отвечал односложно и одинаково:- Не так близко, - ему казалось, что этот ответ будет самым верным. Почему? Он не знал не то что ответа на вопрос, даже значений слов, но мог сделать некоторые выводы и заполнить часть пустой памяти.Те радовались этому и отставали на некоторое время, о чем-то переговариваясь друг с другом. После первого подобного ответа аура силы, окружающая его стала плотней, а эмоции раздражения сущности, обильной волной изливающиеся в окружающую среду, мгновенно подавляли всю радость и веселье.- "Так вот как чувствуется... раздражение" - подумал он, заметив действия сущности. Из глубины пришёл ответ на не заданный вопорос - "Персона..."Слабый отклик внутреннего мира. Радость, соглашение, молчаливая поддержка.Кивнув чему-то своему, он, все так же не отвлекаясь, продолжил работать.Пот скатывался ручьями, но усталости и боли словно не было - лишь периодически повторяющиеся слова из внутреннего мира:- "Dia" - далёкий шёпот и тишина.Кирка давно уже стала продолжением руки и, что-то подсказывало ему, отпечаталась в одном из новых насыпей в безграничном поле.- На сегодня все, всем построиться перед входом! - донеслось до него крик. Отпустив кирку и оставив ее там же в шахте, он направился за другими наверх. На небе не было ни облачка и потому ясно были видны как скрывающееся Солнце, так и занимающее свое законное место Луна.Тысячи рабов построились перед выходом, как и было сказано. Новички ждали распределения по местам сна, а "ветераны" ждали приказа расходиться.Вперёд вышел старший маг и начал распределять рабов по их новым "домам", в то время как большая часть темных начала уводить другие группы, ни на секунду не отпуская свои оружия и концентраторы. Делили их между собой в группу из 8 человек. Над детьми деревни Розмарин поставили присматривать Роба, на что он был рад, хоть и не показал этого ничем.Он не хотел, чтобы маги передумали, заметив его выражение лица. Сказать честно: было трудно, ведь в Фейри Тейл все очень эмоциональные и они не привыкли их скрывать. В сопровождении двух стражников их повел один из последователей культа темного мага Зерефа. Их новые места жительства изнутри выглядели как обычный сарай. То тут, то там лежала солома, на которой и устроились другие рабы. Когда двери за ними закрылись, Роб осмотревшись вокруг, решил занят место в дальнем углу - там как раз хватало на всех соломы и мало кто занимал место рядом с ней.Присев на солому рядом с детьми он посмотрел на самого старшего среди них. Странный мальчик, которого не разговоришь, если он сам того не захочет. Даже сейчас он сел в стороне от них. Недалеко, но и не рядом. Удивительно, что с такой-то заметной внешностью, он умеет оставаться незамеченным в центре внимания толпы. Пепельные волосы, аметистовые глаза, утонченные черты лица и, что бы не говорили пираты и культисты, вполне себе хорошо сложенное атлетичное телосложение.Уставшие дети тут же прилегли и блаженно растянулись. Даже этот соломенный "матрац" не казался им таким уж жестким. Бедняжки. Им ещё и 11, а кому-то и 10, лет нет, а они уже познали на себе, что мир - отнюдь не такой светлый и добрый.Глаза старика снова поднялись на него. Удивительного, даже для него, многое повидавшего старика, глубокого и насыщенного фиолетового цвета глаза смотрели в пустоту перед собой. Задумчивая, ледяная и неподвижная статуя с пустым, мертвым взглядом. За этот день он не заметил ни единого проблеска эмоций и, казалось, что он их не имеет вообще, что было недалеко от правды. Он их имел, хоть и сильно подавленными, но имел.- Эй, ты так нам и не сказал, как тебя зовут! - сказала Эрза Скарлетт. Красные волосы девочки были растрёпанные, а одежда частично покрыта сажей и грязью.Все тут же подобрались и внимательно посмотрели на него в ожидании ответа. Взгляд немного прояснился и всё ещё немного рассеянно сосредоточилось на них.- Имя?.. - словно самого себя спрашивая тихо прошептал он. - не знаю... а что это?Это ввело их в ступор. Дети не понимали, как можно не знать самые простые истины. Тем не менее, Роб был немного другого мнения - он считал, что у мальчика амнезия. Но он никогда не слышал, чтобы человек забывал обо всем, тем более даже смысл некоторых слов, ведь он все же смог составить грамотный и ясный ответ, да и его фраза про личное пространство... А тем временем, дети, так и недовольные таким ответом наседали на него:- Как так?! У всех есть имя! По нему к тебе и обращаются! Ты ведь нам так и не сказал свое имя, хотя и помогал!- У всех... имя... - прошептал он, не став слушать дальше. Ему не было известно, как его звали раньше. Не было источников, откуда можно было уточнить. Только ОН мог знать. Но ему не было известно ни кто он такой, ни его имя и внешность. На мгновение он прислушался к себе. - Так ты не знаешь свое имя? - дождавшись кивка, Роб ненадолго задумался. И все же это странно - забыть абсолютно все. Возможно, он сможет вспомнить, если у него спросить, что именно для него важно. - Хм, а с чем ты ассоциириуешь себя?- Ассоциириуешь?.. - переспросил он.- Сравниваешь. Что для тебя важно? - терпеливо пояснил он. Дети сильнее навострили уши.- Важно?.. - было видно, как он погрузился в себя. Прошло уже больше десяти минут, как он вышел из состояния "полупустого". - Огонь, лёд, вода, ветер, металл, земля, шторм, молния, спокойствие и тишина. Роб с минуту сидел с круглыми глазами, уставившись на него, пока не опомнился и, прочистив горло, не сказал:- Странный набор слов, но да ладно. Давай я буду называть тебе знакомые мне имена и фамилии, а ты кивнешь на те, которые тебя зацепили больше всех, хорошо? - согласный кивок. - Артур.Имя зацепило струну где-то глубоко в душе. Что-то важное было связано с этим именем. Хотя, имя прозвучало... неполно. Он согласно кивнул, хоть и с заминкой и слегка неуверенно.- Адам, Аарон, Альберт... - Роб вспоминал все знакомые имена и называл их в надежде, что он остановит его, сказав,что вот оно - его имя. Она вдребезги разбилась на четвертом десятке имён.Зацепившие его имена Роб соломинкой выводил на земле: Артур, Адам, Арчи, Бронт, Гейл, Дарен, Дилан, Кайден, Коллер, Кэйл, Мор, Рэндалл, Хьюго, Эдан и Эйс.Это было трудно. Он не думал, что знает столько имён. К сожалению, ни одна из них так и не была признана его собственным. Мальчик задумчиво смотрел на имена перед собой и неожиданно выдал:- Аквариус Сильверфлэйм, - внутренний мир встряхнулся, словно приняв его новое имя. В конце концов, он может взять любое другое имя, ведь у него много масок, что бы это не значило. Он не понимал, но принимал. - Мое новое имя - Аквариус Сильверфлэйм.- Хорошо, - счастливо улыбнулся Роб, отчасти от того, что больше не надо напрягать и так старые мозги, в попытке вспомнить ещё имена, а отчасти из-за того, что наконец-то мальчика больше не придется тревожить попыткой прикосновения, чтобы он хоть на мгновение обратил на них внимание. - Скажи, а... - и тут он заметил, что Эрза и остальные уже уснули, как и сам... Аквариус, все также полулежа. - Ну ладно, спокойной всем вам ночи.В последний раз улыбнувшись, он закрыл глаза, наконец дав телу возможность отдохнуть.