4. (1/1)
Салли пришла к Баттерсу, сияя от радости.— Дорогой! Сегодня ты идешь в гости... Барабанная дробь... К Картману! — она громко воскликнула и зааплодировала. — Ты почему не радуешься?— Слишком много по алгебре задали. Я сначала все решу, а уже потом по гостям ходить буду, — Баттерс лежал на полу, обложившись учебниками, и никак не разделял радости Салли. Во-первых, ему действительно много задали, а во-вторых, ему очень не нравилась идея с переодеваниями.— Баттерс, солнышко, ты что, забыл о нашей миссии? А как же твои громкие слова, благородные порывы? Ты думаешь, супергероям алгебру не задавали? Но они ценили друзей намного больше, чем какие-то бездушные цифры! – казалось, Салли трясло от праведного гнева.— Но если я получу плохие оценки, меня накажут! — попытался отбиться Баттерс.— И что с того? Ты за свою шкуру трясешься больше, чем за жизни друзей?!— Они мне не друзья! — Баттерс вскочил, отчаянно сжимая кулаки. — Они меня за человека не считают! Я не хочу переодеваться в Кайла! Это мерзко!И Салли дала ему пощечину. Звонко и сильно. Баттерс замер, схватившись за щеку.— За что?— За то, что истерики закатываешь! Ты первый все начал, и теперь хочешь остановиться? — она спрашивала тихо, но от этого ее слова были только весомее. — Это ты все затеял. А я не дам тебе отступить.Она достала из шкафа парик и шапку и сунула Баттерсу.— Начал дело, так доведи его до конца.Баттерс несмело взял протянутые вещи.— Прости меня, ты, конечно, права. Я сейчас все одену и сделаю так, как ты скажешь.— Молодец.Салли достала из принесенной сумки одежду Кайла. Сегодня будет весело. Жаль только, что она не сможет всего увидеть.— Явился? — Картман презрительно осмотрел Баттерса, переодетого под Кайла. — Ну, проходи.— Спасибо, — Баттерс старался имитировать голос Кайла.— Пойдем в мою комнату.Картман пропустил гостя вперед, а сам пошел следом. У Баттерса сильно билось сердце — от страха и осознания, что он вот-вот провалится. Он попытался заговорить, но Картман попросил заткнуться, не забыв при этом упомянуть все грехи еврейского народа.Войдя в комнату, Картман закрыл за Баттерсом дверь. И запер ее. Баттерс развернулся и посмотрел на хозяина дома. В том было что-то пугающее, как будто он собирался переступить через какой-то свой внутренний личный барьер. Словно намеревался принять жизненно важное решение.— Эрик! — голос Баттерса осекся и стал совсем не похож на кайловский, но Картман этого даже не заметил. Он словно кошка к мыши приближался к Баттерсу. Взгляд Картмана был жуток.— Поймал, — хмыкнул он себе под нос.— Что?— Ничего, просто теперь ты не убежишь.Баттерс пятился назад, пока не уперся в стену, ноги подкашивались, он плохо представлял, что именно с ним собирался сделать Картман, но уже безумно боялся.Тогда Баттерс предпринял отчаянную попытку вырваться и убежать, но его перехватили и с силой швырнули в сторону кровати.— Что, боишься, кошерный? Сейчас ты почувствуешь мой авторитет, — Картман оскалился и подмял Баттерса под себя. — Ты ведь мечтал о таком, правда, еврейчик?У Баттерса даже голос пропал, ему было так страшно, что даже кричать не получалось. Картман навалился сверху и уже сдирал куртку. Баттерс вцепился в его руки, пытаясь остановить, и чуть приподнялся, стараясь выползти из-под тяжелого тела.— Лежи, тварь, и получай удовольствие, — зло засмеялся Картман и дернул ?Кайла? за волосы. Парик вместе со сбившейся шапкой упали, и перед Картманом оказался Баттерс, смотрящий на него большими испуганными глазами, в страхе прикрывая рот дрожащими пальцами.— Что за нахрен? — ошарашено пробормотал Картман и отпрянул прочь.— Прости! — воскликнул Баттерс и бросился к двери, прихватив шапку и парик.— Дверь открывается поворотом ручки направо, — пробормотал Картман, так и не отойдя от шока.Баттерс вылетел из комнаты.