Предрождественская суета в Двугорском уезде. (сериал Бедная Настя) (1/1)
Огромная просьба – не воспринимайте сей рассказик слишком серьезно… И не бейте автора слишком тяжелыми предметами… Особенно Вариными сковородками и Лизиными сапожками … Рождество тихими неспешными шагами приближалось к Двугорскому уезду… Лизавета Петровна Долгорукая подыскивала свои лучшие, самые тяжелые сапожки, авось в этом году гадание поможет ей найти суженого. Коли не укажет, с какой стороны жениха ждать, так, может хоть кого-то оглушит. А там, глядишь, окажется этот кто-то добрым молодцем, да жениться на ней… Марья Алексеевна недовольно подглядывала за всеми Лизонькиными приготовлениями – в прошлом году кузнеца Егорушку две недели после всех этих Лизиных гаданий месяц лечить пришлось. Не рассчитала княжна силы, пришибло малость кузнеца ее сапожком. Тут впору гадать, не когда и за кого выйдет Лизавета замуж, а кто на сей раз пострадает от ее гаданий. То ли дело ее младшая дочка – Сонечка, сидит себе целыми днями, некого не трогает, рисует что-то…Пару раз, правда и Сонечка, учудила… В прошлом году обрядилась, будто обычная деревенская девка, да пошла с Татьяной колядовать. Хорошо, хоть Андрюшенька вовремя их заметил, да домой воротил, а то кто знает, чем бы все кончилось… В соседнем с Долгорукими поместьем Корфов Варвара вовсю гремела на кухне кастрюлями, да сковородками, думая над тем, чем бы таким оригинальным накормить барина, а то не ест почти ничего, исхудал сердечный; видать надоели пирожки с капустой, только бренди свое пьет, да бокалы периодически бьет. Да и Анечка исхудала, сердечная, а все из-за чего? Не могут они найти с барином общий язык, любят ведь друг друга. А вместо того, чтобы признаться в этом устраивают то танцы распутные, то баталии словесные. Модестович, памятуя прошлый опыт с Вариной сковородой, тихо следил за всеми ее приготовлениями из-за угла и раздумывал над тем, стоит ли парочка бутылок хорошего коньяка повторных поцелуев со сковородкой или же нет. Полина, выбравшая более удобную смотровую позицию, попеременно следила то за Варей, то за Модестовичем, раздумывая не выдать ли того Варвариным умелым ручкам на перевоспитание? Впрочем, нет: Варвара руки на всех этих ударах сковородками уже, наверное, набила. Жаль будет, если не рассчитает силу удара и вновь лишит памяти рыжеусого хитрюгу… Начнет тот опять к Аньке лезть, а про нее, Поленьку-раскрасавицу, в миг забудет! Михаил Репнин в компании с вышеупомянутым бароном Корфом тихо потягивали бренди и думали каждый о своем. Владимир предавался мечтам о том, как он-таки сумеет изловить Анну в бесконечных коридорах поместья и поговорит с ней начистоту. А Михаил, оставивший мечты о белокурой красавице, думал о том, как зыбок это мир, как все порой в нем изменчиво и непонятно. Грустно и обидно было ему, что так все сложилось, что полюбил девушку, с которой не быть ему вместе…Но в тоже время что-то ему подсказывало, что встретит он скоро ту самую, единственную. Ведь не зря же говорят, что когда закрывается одна дверь в счастье- обязательно открывается другая, нужно лишь ее заметить. Анна же, та самая крепостная, вызвавшая у окружающих ее людей столь разные мысли, мечтала в тот самый вечер лишь об одном – о простом человеческом счастье.. Тихо мела поземка, в вышине улыбалась луна, лукаво поблескивали разноцветные глазастые звезды…И всем им, героям нашей истории, верилось, отчаянно верилось в то, что все-все будет хорошо. Что любовь придет ко всем, и к дворянам, и к крепостным. Что никого не обделит она своим вниманием….