15. Он был один. Теперь не будет... (2/2)

Дослушав Полюшку, все последовали её совету: кто-то пошёл собираться, кто-то, кто уже собрался, гулял вместе с гильдией, а кто-то спал.

***На завтра в восемь все уже были на месте. Шли в какой-то степени тихо, не считая вечных ссор и препираний между Миленой и Лука и смешков в их сторону от шагающих поодаль Лиссаны и Венди. Пока девушки готовили первый отвар, все занимались своими делами. Милена и Лука как всегда спорили и бросались колкими словами и фразами, а Рен и вовсе ушёл куда-то. Люси пошла искать его, ведь ей была сказано ходить с ним мало ли, что может произойти. Странно, но Хартфелия не была против его общества. Что не скажешь о Рене. Казуки старался не смотреть на Люси, а когда так выходило, его щеки покрывались еле заметным румянцем. Это было странно, очень странно.

?Наверное, это из-за поцелуя?, – думала вампир. Она сама была немного в шоке от своей выходки. Но что греха таить. Ей понравилось. Очень даже. Рен Казуки был мечтой любой нормальной девушки. Неприступный, холодный, сильный, казалось, невинный… Люси не была исключением.

Дойдя до реки, Хартфелия увидела Рена, сидящим на земле. Уже было холодно. Даже для Люси.

– Тебе не холодно? – спросила вампир, присаживаясь рядом. Казуки даже не шелохнулся.

– Есть немного, – честно сознался Рен. – Расскажи про отвар, ты же обещала.

– Этот отвар поможет нам, Драконо-Вампирам, преодолеть жажду. Мы сможем жить, как люди... – Люси улыбнулась.

– Но вы не люди, – напомнил Рен.

– Знаю, Рен, прекрасно знаю, – Хартфелия опять улыбнулась, но уже куда более грустной улыбкой. Казуки даже пожалел о своих словах. Стояла тишина. Шуршала река, где-то далеко сейчас их лагерь рядом с пустырём, где растёт "Лунная ночь". Люси посмотрела на ночное небо. И на саму Луну, необычайно большую и полную.

– Эм, Люси, – позвал девушку Казуки, поднимая взгляд туда, на что она смотрела.

– Что у тебя за магия? – неожиданно произнесла вампир, смотря на небо, усыпанное миллионами звезд, ранее близких для неё. Рен же перевёл взгляд на Хартфелию, сидящую рядом с ним на холодной земле. Длинные волосы спадали на прямую спину, ему всегда нравилось это. Губы чуть сжаты. Появилось желание коснуться их. Ноги подобраны под себя, руки сжимают колени. Она хочет знать правду. И он захотел ей её дать. И виной тому даже не проницательные крова-красные глаза, заинтересованный взгляд, направленный сквозь него, и теперь уже приоткрытые губы. Виной тому было другое.

– Когда я пью кровь, будь то маленькая царапина или глубокий порез, я в силах прочитать мысли людей.

– Похоже на… – начала было Люси, но осеклась. Глаза Казуки расширились. Она определенно что-то знала. Знала больше, чем хоть кто-нибудь. Руки сжаты. На коленях наверняка останутся синяки. Но они спадут за каких-то пару минут. Рен берёт её за руку и надавливает, она сморщилась. Всё равно больно. Будь она вампиром. Или не будь.

– Скажи, – попросил парень, – пожалуйста.

Люси повернулась к Казуки лицом. В её взгляде, которым она одарила его, читалось сомнение.

– Пожалуйста, – повторил Рен и опустил голову.

– Твоя магия похожа на магию Лука, Милены и мою до того момента, когда мы вспомнили, что являемся вампирами, – Рен медленно разжал руку Люси. Он что… вампир?

– Я не говорю, что ты вампир, – продолжила Люси, будто прочитав его мысли, – просто похоже, – на этом пора было заканчивать, но Хартфелии в голову пришёл план весьма интересного розыгрыша и она продолжила разочарованным голосом: – Хотя я была бы не прочь, будь ты такой же, как я.

Рен от такого заявленияподнял голову и прожигал Люси взглядом, пытаясь понять зачем она это сказала. Но не найдя ответа, он всё-таки спросил:– Почему ты "была бы не прочь"? – на этот вопрос Хартфелия и надеялась. Ответ не заставил себя долго ждать.

– Тогда можно было бы с тобой переспать, – сказала Люси. В глубине души она понимала, что говорит правду. Но ему, тому, кто заставляет ненавидеть его всех окружающих, знать не обязательно. Он ухмыльнулся, чуть приоткрыв рот. И она увидела. То, что не должна была. Или должна?

Не долго думая, Люси подалась вперёд и мимолётно коснулась губ Рена. В этот момент здравые мысли покинули голову Казуки. Он положил руки на талию Хартфелии и притянул её к себе. Она без особых усилий скользнула языком между его губ. Миг, их языки переплетаются. Его руки блуждают по её спине. Она старается как можно ближе притянуть его к себе, руками обвив его шею. От такой близости становится до невозможности жарко. Начав задыхаться, Рен прервал этот поцелуй. Хартфелия же, вздохнув, приблизилась к лицу Казуки, пытаясь возобновить сладостное занятие.

– Ты чего? – выдохнула Люси. Рен постарался убрать свои руки с её талии.

– Я не могу… – сказал Рен и опустил голову, пряча раскрасневшиеся губы и румянец на щеках.

– Ты что, того? – спросила Хартфелия, пытаясь заглянуть в глаза Казуки.

– Нет! – воскликнул он в ответ.

– Асексуал? – продолжала свой допрос Люси.

– Нет же! – сорвалось с губ парня.

– Тогда почему ты не хочешь? – закончились все веские причины, о которых знала Люси. Не все, но про самую главную Хартфелия забыла. Ей напомнил Рен.

– Я же стану вампиром, – грустно сказал Казуки. Драконо-Вампир выдохнула. Вздохнула. И прыснула в кулачок.

– Не станешь ты вампиром, – заверила она. – Если возражений нет, то я бы хотела продолжить начатое, – проговорила девушка и сняла с себя футболку. Рен прильнул к её губам, потеряв над собой контроль. Он не то что бы верил ей. Он хотел верить.

Он остался без футболки. Люси, не разрывая пылкий поцелуй, провела рукой от груди парня до пупка, изредка царапая ногтями кожу, оставляя красные полосы. Пока Хартфелия старалась расстегнуть ширинку на брюках Рена, сам парень уже освободил вампира от бюстгальтера. Ещё пару минут и они в одном нижнем белье. Ещё несколько секунд и Рен спускается, оставляя мокрые дорожки на коже, по шее, прикусывая через каждый поцелуй. Достигнув груди, парень тут же несильно кусает уже отвердевший сосок, а второй рукой разнимает другую грудь. С искусанных в кровь губ Люси срываются стоны, гулким эхом отдаваясь около озера. Они находятся далеко от их лагеря. Их никто не услышит, можно и пошалить.

Освободившись от лишних тряпок они приступили к самому главному… Рен долго не церемонился.Она уже давно не девственница, да и он не святой. Резко. Грубо. Полностью на животных инстинктах. Мыслей нет, лишь бы насладиться моментом сполна. Незатейливые движения, которые давно привычны, они, в конце-концов, далеко не дети, заставляют обоих стонать. Люси подаётся вперёд и целует Рена, тот же замедляет движения. Пользуясь моментом Хартфелия толкает Казуки, и теперь она сверху. Эта девушка не любит быть второй. А второй в её понимании это тот, кто снизу. Так они ощутят больше наслаждения. Так он будет полностью внутри неё.

Ещё пара толчков и сначала содрогается в приятной истоме Люси, а следом и Рен. Хартфелия чувствует тепло. Упасть бы на него и уснуть, они слишком устали. Так девушка и поступает...Я писала эту главу, предвкушая реакцию читателей. Как моя первая полноценная НЦ? :3Скоро первый том подойдёт к концу.