4. Хранитель Печатей или Всему свое время (2/2)

Заметив пропажу Люси, Мира пошла в палатку парней и, разбудив Грея, они вместе отправились на поиски подруги и Лука, тот тоже мистическим образом исчез. То, что они увидели, когда дошли до речки повергало их в неизгладимый шок. Эту сцену они запомнят на долго. Лука, израненный и еле как держащийся, чтобы не упасть в обморок, стоит на коленях перед Люси, которая склонила голову и что-то шептала. Подняв свой взор на подошедших друзей, Люси ухмыльнулась уголками губ, кроваво-красные глаза блеснули холодом. Мира вскрикнула, но тут же обратилась Демоном.

– Что здесь произошло? – тихо спросил Грей, но ответом ему послужил болезненный крик влюбленной в него девушки, лежащей неподалеку на земле. Фуллбастер быстро подбежал к ней и начал приводить в чувства.

– Люси! Остановись, – на последнем издыхании молил синеволосый парень, смотря снизу вверх на сумасшедшую Хартфелию. Она лишь замахнула руку, решаясь на последний удар, готовый забрать жизнь Лука, но ее перехватила подоспевшая Мира.

– Да, что происходит, черт подери?! – крикнула Штраус в порыве гнева, когда Люси прошептала "простите" и со слезами на глазах упала в руки к девушке.

***

Когда начинается сон? Ответа на этот вопрос нет. Его не существует, хотя что-то похожее на правду мы предположить можем. Ведь когда засыпаем мы сначала не понимаем, что спим, а когдане чувствуем боли и одышки, то сразу осознаем что во сне.А есть ли сон наяву? Или реальность во сне? В будущем люди будут отличать такое как "сон, но реальность" и "реальность, но сон". На то оно и будущее, чтобы находить ответы на, казалось бы, риторические вопросы. Вот и сейчас я думаю, что тогда, во время гильдии Хвоста Феи, я и предположить не могла, что будут совершенно другие времена. И уж точно не думала, что проблемы будут только расти, достигая гигантских размеров…– Глупая, бесхарактерная девочка Люси. Что же ты не убила эту Джубию? – раздалось где-то рядом со стоящей посреди бескрайнего моря Хартфелии.

– Где мы? – севшим голосом спросила Заклинатель, подпрыгнув на водной глади, образовались круги.

– Там же где и всегда, просто ты подсознательно выбрала такое место встречи. Что водички не хватило? – иронично заметила Хранитель.

– Что со мной случилось? Почему я не контролировала собственное тело? Какого хрена тут творится? И кто ты, черт возьми?! – вопросы так и сыпались. Люси смотрела по сторонам в поисках брюнетки, но найти ее не могла.

– Если ты не видишь дальше своего носа, то извините, не мои проблемы! – помолчав какое-то время, будто ища слова для ответа, девушка показалась перед Люси. – Ты помнишь, что я тебе говорила? Насчет помощи ближнему? – увидев кивок, сопровождаемый печальным взглядом, Хранитель продолжила объяснять что-то только ей ведомое: – Так вот, его лучше спасти прямо сейчас или случится непоправимое.

– Ты мне не лжешь?– Лгать и верить, надеяться и бросать – присуще лишь людям. Я же не человек. И вообще, я не говорю, что ты должна. Делай, как велит тебе твой орган, гоняющий кровь по венам.

– Теперь я знаю, что ты не любишь романтику.

– Я ничего и никого не люблю. Иди, у тебя осталось мало времени…***Открыть веки, тяжелые и будто налитые свинцом. Почувствовать раздирающую боль в области рук. Прикусить нижнюю губу. Почувствовать приятный металлический привкус.

– Я не знаю, что с ним. Не врач все-таки. Но на глаз это огромная потеря крови.

– Святая Фейри! Конечно, это потеря крови, что же это кроме этого, если он лежит там холодный и с синева, как мертвый, но все еще живой? – услышать обрывки спора Миры и Грея насчет участи лежащего рядом Лука. Он и правда был таким каким его описала Штраус. Еще он тяжело дышал и с его пересохших губ слетали порой не связные слова. Парень бредил. Люси привстала на локтях и, для чего-то оглядев комнату, потянулась за своим рюкзаком, благо они были в палатке девушек. Достав маленький кухонный ножик Хартфелия пыталась вспомнить слова Хранитель из ее первого сна с ее участием…- Для того чтобы его спасти, тебе нужно будет дать ему испить свою кровь, – будничным тоном заявила Хранитель.

– Ага, а потом еще и накормить тортиком с ложечки! – в сердцах добавила Хартфелия.

– Ну, это уже тебе решать. Главное – твоя кровь должна циркулировать по его венам и пройти через сердце, – Люси заметила, что брюнетка не знает слова "сарказм".

– Так ты серьезно? – уже с испугом в голосе промолвила блондинка.

– Вполне… Если этого не сделать, то после того, как он увидит твои глаза в полу форме, он может умереть. Его кровь начнет отторгаться. Сердце не будет принимать ее, а в итоге летальный исход.

– Что за полу форма?– Всему свое время…Зажмурить глаза и провести лезвием по внутренней стороне ладони. Прошипеть что-то от боли, но терпеть, ведь от этого зависит его жизнь. Открыть глаза, затуманенные пеленой боли, и понять, что рана не столь глубока и крови будет мало. Приготовится к еще одной порции боли. Повторно пройтись по уже разрезанной коже, при этом кусая губу, чтобы крик не вырвался наружу, иначе она будет обнаружена, а ей это без надобности. Наконец достигнуть цели и поднести дрожащую руку до приоткрытых губ парня. Капли не попадают… парень выплевывает такой непривычный для него напиток, не подозревая, что от него зависит его жизнь. Но ничего… Люси уже знает, что делать. Руку к губам, но уже своим. Собрать столько, сколько сможет проглотить парень. Затем прильнуть к его устам, передавая алую жидкость. Так несколько раз, пока не осточертеет этот привкус железа и рука не посинеет. Боль ушла на второй план, когда эти поцелую стали приятными от того, что Лука стал отвечать на них. Даже не отвечать, а просто он стал забирать ее кровь. Еще мгновение и в глазах Хартфелии вновь темнеет.

– Спасибо… – последнее, что она услышит перед тем, как упасть в обморок…