Глава III (1/1)
Когда Гокудера проснулся на жестком полу, на часах уже было полдвенадцатого. Открыв глаза, первым делом он оглядел комнату в поисках шатена, но она была пуста, еле ощутимый ветерок колыхал белые занавески, что висели на окне, давая проникать в комнату солнечным лучам. Не смотря на то, что день был солнечный, солнце лишь создавало иллюзию тепла. Гокудера перевернулся на бок и отстранено посмотрел на открытую нараспашку дверь."Что я наделал?" - единственный вопрос, который крутился все это время в голове у блондина. Приподнявшись на локтях, он принял вертикальное положение, оперся спиной о кровать, порывшись в кармане брюк, извлек из него помятую пачку сигарет. Посмотрев на них, он сжал их в кулаке и отшвырнул от себя.
— Как я мог!? - Хаято со всей дури ударил кулаком об пол, что-то хрустнуло.
"Наверное, я сломал себе костяшку." - подумал Гокудера, игнорируя боль в руке, шатаясь, поднялся с пола и медленно подошел к распахнутой двери, остановившись на пороге, он обвел взглядом комнату. На полу поблескивала железная пряжка от ремня шатена, Хаято наклонился и поднял ее." Скорее всего, отлетела, когда я раздевал его." - Гокудера сжал ее в руке. - "Я должен перед ним извиниться."
Хлопнув дверью, он вышел из номера, спустившись на первый этаж и расплатившись с администратором отеля, он вышел на улицу. В полдень Кабуки-тё было весьма многолюдно,хотя, конечно, не так как вечером в самые злачные часы, но все же туда-сюда сновали прохожие. Среди этой массы людей Хаято заметил знакомую лохматую макушку, на миг его глаза заблестели безумным блеском, но присмотревшись, понял, что ошибся, и они снова потухли и стали бесцветными. Развернувшись, он пошел в сторону хостес-клуба, в котором работал шатен, стараясь не смотреть на прохожих. При дневном свете здание выглядело тускло, большие окна, занавешенные плотными шторами, потухшая вывеска, немного обшарпанная дверь. Внутри было еще хуже, одинокие столики, пустой зал, не слышно ни звонкого чоканье бокалов, ни смеха посетителей, в одночасье сказка превратилась в обыденную действительность. Взгляд Хаято был прикован к тому столику, где всегда сидел шатен, пустующий диван и оставленный кем-то бокал.
— Кто здесь? - навстречу Хаято вышел менеджер, невысокий мужчина средних лет в очках в толстой оправе, подумать только вот такой среднестатистический клерк управляет таким заведением.— Я - Гокудера Хаято, - холодно произнес блондин.— А! Хаято-сан, вы сегодня рано, - узнав посетителя мужчина расыпался любезностями, от приторности в голосе менеджера Гокудере захотелось блевать.— Я здесь по другому делу, - резко отмахнулся Хаято от дальнейших лобзаний.— Если вы по поводу Тенши, он ... - небольшая заминка. - Он уволился.Хаято попятился, назад падая прямо на грязный пол, из глаз ручьями текли слезы, он был ошарашен этим известием. Смотря на реакцию блондина Такао, так звали менеджера этого хостеса, немного растерялся.— Как!? - голос блондина,эхом раздался по всему помещению, - все его эмоции выплеснулись наружу.— Ну... Я сам очень расстроен... Господин Хаято, он так резко решил это... После того разговора с тем клиентом, а потом вы...
— Где он!? - безумие охватило разум Гокудеры, сейчас он был готов разорвать в клочья любого кто встанет между ним и шатеном.— Я-я-я.. не -не- знаю, - Такао не на шутку испугался, попятился назад, прижимая сильнее к себе папку с документами.— На чем он уехал? - немного успокоившись, спросил Хаято, он усмирил, то пламя что бушевало в его груди, он поглотил его, лишь горящие безумием глаза выдавали его.— На такси. Я вызвал ему такси. Мой знакомый я..я попросил его отвезти... Он сейчас где-то поблизости, белая машина с номером 0057 - едва смог выдавить из себя мужчина.— Ясно, - Хаято даже не посмотрел на перепуганного менеджера, быстро вышел из здания, окидывая взглядом, стоящие на улице машины, ища номер. Он плохо соображал, что делает, его единственной мыслю было найти шатена, как будто от этого зависела его жизнь. Тут он заметил нужные ему цифры, на другой стороне дороги стояло то самое такси, на котором сегодня утром уехал Савада. Наплевав на довольно-таки интенсивный поток машин,Гокудера поспешил к ней, не оглядываясь по сторонам. Оказавшись рядом, он осмотрел машину, шофер мирно похрапывал на переднем сидении, он резко подскочил, когда Хаято нетерпеливо забарабанил по стеклу.Это был пожилой мужчина лет пятидесяти пяти с седыми волосами и черными баками, одет он был в старую видавшую виды кожаную куртку и потрепанные шерстяные брюки, увидев клиента, онрассеяно улыбнулся, вышел из машины.
— Чем я могу помочь? - спросил он, улыбаясь, посмотрел на Гокудеру.— Вы сегодня утром подвозили шатена, он, скорее всего, еще немного прихрамывал?- спросил у него Хаято.— А! Да-да, припоминаю, он еще еле на ногах стоял, бедняга, - почесывая затылок, сказал мужчина, услышав его слова, Гокудера сжал руки в кулаки, боль от сломанной костяшки ударила в голову, немного отрезвив его.— Возможно... Вы не могли бы отвезти меня по тому же адресу, что и того шатена?
— Конечно, садитесь, - он открыл перед Хаято дверь, приглашая его сесть в машину. Гокудера уселся на заднее сидение, устало откинулся на спинку пассажирского кресла. Ехали они довольно долго, оказавшись на месте, Гокудера осмотрел стоявший перед ним домик, это была небольшой пансионат, двери комнат выходили сразу на улицу, в одной из этих безликих квартир живет его "Тенши", блондин посмотрел в зеркало заднего вида, его горящие глаза встретились с безразличными глазами старика.— Большое спасибо, - поблагодарил он его. - Можно узнать, вы случайно не помните, куда именно зашел шатен?— Да, я помню второй этаж третья дверь с конца, - сказал мужчина, отводя взгляд. Хаято протянул ему деньги за дорогу вышел из такси, направился к дому, поднявшись на второй этаж, он подошел к двери шатена, краем глаза заметив табличку с надписью "Савада"В этот момент его как будто парализовало, его переклинило, рука застыла в воздухе, не решаясь постучать в дверь."Это его настоящая фамилия... Сейчас он предстанет передо мной настоящий, не "Тенши" ... не мой... Должен ли я здесь находиться?" - вдруг прозвучал вопрос в голове у Гокудеры, его зрачки расширились, он не знал ответа на этот вопрос. - "Он не говорил мне своего имени, никогда не рассказывал о себе... Я для него чужой человек, а наша близость была лишь иллюзией... Что я должен сделать!?" - Хаято схватился за голову, усаживаясь на корточки перед дверью шатена.В этот момент дверь распахнулась, на пороге стоял немного заспанный парень, как только он увидел Гокудеру, весь сон как рукой сняло.— Как? - одними губами произнес Тсуна, смотря на сидящего на полу Хаято.— Савада значит? -горько усмехнулся Гокудера, поднимая глаза на Тсуну, смотря в его теплыеянтарные глаза.— Что ты здесь делаешь? - взяв себя в руки, уже нормальным голосом спросил Савада. - Уходи, нам больше не о чем говорить.— Тебе может быть и не о чем, но я хочу знать о тебе намного больше, - Гокудера поднялся с пола, сделал шаг навстречу Тсуне, тот попятился назад. Он хотел захлопнуть дверь, но блондин не дал ему этого сделать, встав в дверном проеме, оперся о косяк плечом. -К примеру, как тебя зовут?
— Уходи, - повторил Тсуна, смотря в безумные глаза блондина.— Я просто хочу быть ближе к тебе, - грубо бросил Гокудера, хватая Тсуну за горло, прижимая к стенке.
— Пусти меня, - Тсуна попытался отстранить Хаято от себя, упершись руками ему в грудь, но тот только сильнее сжал его горло, заставляя судорожно хватать ртом воздух.
— Ближе к тебе... - он облизнул Тсунен подбородок, по которому текла его слюна, поцеловал его, глядя в гаснущие глаза. Шатен потерял сознание от нехватки воздуха, его руки безвольно обвисли вдоль расслабленного туловища. Гокудера подхватил его на руки пошел вглубь квартиры. Кидая Тсуну на диван, нависая над ним, бережно проводя пальцами по лицу шатена, очерчивая егогубы, наклонился к его уху и прошептал:— Ты так и не сказал мне своего имени... -он прикусил мочку уха, зарылся носом в волосы шатена, вдыхая его сладкий аромат. - Просыпайся... ты мне еще не все рассказал. Знаешь, я готов ради тебя на все... Я впервые ощущаю такое, послушай мое сердце, сейчас просто разорвет мою грудную клетку и вырвется наружу... - Хаято схватил руку Тсуны и прижал к своей груди со стороны сердца.— Ты чувствуешь это? - он наклонился к всё еще лежащему без сознания шатену, положил голову ему на грудь, слушая его сердцебиение. Оно было ровным и спокойным, в отличие от бешено колотящегося сердца Хаято, которое словно птица в клетке билось о его ребра как о прутья. - Как мне заставить тебя почувствовать то же самое? - в голосе Гокудеры было слышно отчаяние. Он ударил Тсуну по лицу, тонкая струйка крови вытекла из уголка его рта, Хаято большим пальцем стер ее, облизав его. - Очнись! - перешел он на крик, принялся сильно трясти Тсуну.
Шатен приоткрыл глаза, пред ним сидел обеспокоенный блондин, который судорожно сжимал его плечи. Голова болела, все было как в тумане, Хаято что-то кричал, но Тсуна не слышал его. Он снова начал проваливаться в сон, но на этот раз ему не дали окунуться во тьму, Гокудера снова ударил его, на этот раз в живот, Тсуна согнулся пополам, закашлял, схватившись за живот.— Больно... - прохрипел он, поднимая глаза на Гокудеру.— Да? - голос блондина звучал удивленно, как будто это не он только что ударил его. - Боль скоро пройдет... - сказал он, толкая Тсуну в грудь, заставляя его снова упасть на диван. Целуя его в губы, сильно сжимая плечи шатена, оставляя на них красные отметины, которые через некоторое время превратятся в синяки. Тсуна снова попытался оттолкнуть его от себя, но Хаято ловко перехватил его руки, заводя их над его головой, крепко связывая их шнуром от лампы.— Я люблю тебя... - прошептал он ему в губы, затыкая его протесты, поцелуем, он оттянул голову Тсуны за волосы, заставляя прогнуться. - Я не хочу делать тебе больно... - сказал он, целуя изгиб его шеи, нежно прикусывая его кожу.— Ты только этим и занимаешься... - прошипел Тсуна, шнур больно впивался в его запястья.— Я люблю тебя...- как заклинание повторял Гокудера, нежно целуя, каждый миллиметр тела шатена, бережно проводя языком по синякам, которые он оставил прошлой ночью. Он резко сдернул с него спортивные штаны, в которых Тсуна ходил по дому, оголяя его худые ноги и вялый член, он провел языком по всей его длине, кончиком языка отодвигая крайнюю плоть, обводя головку, полностью вбирая ее в рот. Он медленно спустился вниз, посмотрел на все еще кровоточащую дырочку Тсуны, лизнул ее, отстраняясь, он снова поцеловал Тсуну в губы.— Я больше не сделаю тебе больно... - с придыханием произнес, он, облизывая свои пальцы, обильно смачивая их слюной. Он приставил один из них к дырочке шатена. Тот весь сжался, боясь предстоящей боли, он посмотрел в глаза Хаято, они были наполнены безумием, расширенные зрачки, хоть солнце ярко освещало комнату, пелена похоти сделала их из ярко изумрудных болото-зелеными.— Я люблю тебя, - соврал Савада, глядя в эти горящие желанием глаза. Он знал, если сейчас не дать блондину то, что он хочет,он слетит с катушек, через два дня Тсуны здесь уже не будет и его будет невозможно найти, нужно только перетерпеть эти два дня...
— Я так рад! - словно ребенок воскликнул Хаято, толкаясь одним пальцем в Тсуну, из-за чего тот закричал, пытаясь отстраниться, но Гокудера придавил его своим телом, не давая даже на миллиметр сдвинуться. Савада закусил губу, стараясь не думать о боли, которая разрывала его изнутри, через некоторое время добавился еще один палец, шатен прокусил себе губу до крови, сильно зажмурившись, сейчас для него не существовало ничего кроме этой боли, которая сводила сума. Гокудера что-то шептал ему на ухо, но Тсуна не слушал, ему было все равно, что за бред там несет блондин. И вот Хаято вытащил из него свои пальцы, даря небольшое облегчение, но практически сразу же заменяя их своим членом. Тсуна снова закричал, беззвучно, он уже давно посадил голос, сейчас из его горла вырывались лишь хрипы. Гокудера продержался не долго, через пару минут кончив в Тсуну, он вышел из него свалился на пол перед диваном, тяжело дыша, он закрыл глаза и погрузился во тьму. А Савада свернувшись клубочком на диване, тихо рыдал в подушку, кусая свои губы, старался тоже погрузиться в забвение.