1.Жертва. (1/2)
Северск. 2005. 11 "б" класс
И бросить не могу,
Уехать не могу
В бессилии молчу,
От ярости хрипя.
Я драться остаюсь —
Я буду защищать тебя!
Д. Арбенина "Питер-никотин"
-Эй ты, дрянь. То-то у тебя парня нет. На такую ведь и не позарится никто.
Катя Вилкина беспомощно огляделась. Девушка понимала, что никто не станет вмешиваться: кто-то с интересом наблюдал за перепалкой девчонок, кто-то смотрел в окно, делая вид, что его очень заинтересовал пейзаж за окном, а происходящее в классе — совсем не касается. Кто-то восторгался показанным в кинотеатре фильмом. Петька Самойлов что-то рисовал на листе бумаги. Ден списывал с соседа "домашку" по алгебре. До бедной одинокой девочки никому не было дела. "А ведь с Ксюхой были подругами. Нечего мне было выпендриваться", — подумала Катя. И тут её взгляд остановился на задней парте — о рыжеволосой девушке, сидящей там, ходило множество слухов.
Когда Лена год назад перешла во 2 школу славного города Северска, над новенькой попытались издеваться. Впрочем, это участь всех новичков. Лена восприняла происходящее спокойно. Однако на следующий день подошла к Лизе, заводиле класса, и поцеловала ее. Взасос. А затем громко, чтобы все слышали, произнесла: "Я вижу, что понравилась тебе. Тогда давай займемся любовью." Красная от стыда, Лиза бросилась прочь. Вскоре она перешла в другую школу.
Попыток издеваться над Леной больше не было. Но вокруг нее образовался "круг отчуждения". С лесбиянкой общаться из одноклассников никто не желал. Впрочем, у девушки было много друзей среди "нефоров".
Лена отложила в сторону книгу и стала наблюдать за происходящим. На лице ее было неодобрение.
Для Кати то, что ей сочувствует эта извращенка, стало последней каплей. Она вскочила и выбежала из класса. Ксюша Каменева, она же Ксюха-Камень, которая и издевалась над одноклассницей, с усмешкой наблюдала слезы в глазах жертвы и бросила ей вслед: "Беги давай. Тебе не место с нормальными людьми!"
Слабые должны пасть. Таков закон жизни — естественный отбор. Социальный дарвинизм во всей своей безжалостной красе. У Ксюхи всегда были союзники. Они выбирали жертвы и доводили ее. Нет, их не били, однако легче беднягам не было.
"А ведь из приличной семьи. И не дура", — подумала Лена. Читать после этого расхотелось, и книга была убрана в торбу. Старшеклассница поглядела на Каменеву. Одетая в модную молодежную блузу, черные брюки и ботинки на высокой платформе, с дорогой косметикой и столичными духами, Ксюша чувствовала себя королевой и вела себя соответственно. Правда, на взгляд Лены, ей больше подошло бы название песни "Аристократия помойки".
У модницы были короткие до плеч светлые волосы, собранные за спиной в хвост. Дорогие прически Ксюша презирала, считая "выпендрежем". Черты лица у нее были красивые, но было в них что-то хищное. Лене одноклассница напоминала мелкого зверька: ласку или крысу. Взгляд больших карих глаз Ксюши глядел на мир с угрозой и едкой насмешкой, а когда она улыбалась, то были видны передние зубы. Это еще больше усиливало сходство: "Зверь ты, а не человек".
В кабинет вошла Людмила Ивановна — пожилая учительница русского языка и литературы. Она с неодобрением оглядела класс. Выросшая при советской власти, "русичка" считала современную молодежь грубой и пошлой. Учительница подошла к столу, уселась своим необъятным задом, поправила на носу очки и раскрыла классный журнал.