Глава 5. Почему, Володя? (1/2)
?Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети. ?. Пальцы дрогнули ложа кусочек бесполезной пластмассы с проводами натумбочку.
- Аннушка, ты зачем встала? – раздался за спиной голос Варвары. – Ну ,что за упрямаядевочка?! Только утром в бреду лежала – а тут, пожалуйста, мы по квартире расхаживаем… И! Да ещё и босиком! А ну быстро в постель! – грозная домработница чуть ли не за руку повела белокурую девушку к кровати.
В квартире было тепло – батареи работали на полную мощность. А хрупкая девушка куталась в теплую шали и не могла согреться, и не одеяла, ни горячий чай не помогали.Когда замерзает душа...все это... Горло резко цапнуло и Анна протяжно закашляла. Варвара взяла девушку за руки - Ну вот, не руки а льдинки, самые настоящие льдинки. Анют, ну нельзя же так. Пять дней в бреду пролежать…- , Варвара покачала головой,-не шутки ведь. Доктор после обеда… Голос доброй женщины уплывал, Анна уже не слушала. Её взгляд остановился на прикроватной тумбочке – белые ромашки Пять дней…Прошло целых пять дней.Рука, дрогнув, автоматически потянулась к тумбочке. Кусочек пластика с электронной памятью о дорогих людях. Одиннадцать цифр на кнопках, несколько электронных сигналов - невидимых глазу импульсов и долгожданный голос из маленького динамика…Одиннадцать цифр и дорогой человек рядом… Пальцы снова набраликомбинацию цифр … ?Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети. Попробуйте позвонить позднее.? …и она звонила. Этот механический голос словно давал надежду вот этим ?Попробуйте позвонить позднее.?.И она звонила снова иснова, уже в сотый, а может быть и в тысячный раз.
- Аня, нужно лекарство выпить! – словно очнувшись, девушка перевела взгляд на сидящую рядом женщину, которая протягивала ей стакан с подозрительного вида жидкостью. Девушка молча взяла протянуты стакан, выпила содержимое и отдала обратно.– Девочка моя, как же ты так? А если бы я не зашла вечером ? Господи! Я подумать боюсь, что могло бы быть! – Варвара сокрушенно покачала головой, - почувствовало сердце беду видать!
А ведь действительно, что бы было ? Анна плохо помнила события того дня, особенно вечер…
Концерт и чувство тоски, гардероб и улыбающееся доброе лицо… ?Старший лейтенант, кажется…? и белые ромашки, а с ними записка и инициалы ?В.К.? Сердце взлетело до небес. Володя! Володенька! Увижу, наконец-тоувижу! Двери, парк …никого …надежда разбитая в дребезги, а потом холод, одиночество и длинные гудки а за ними?Аппарат абонента выключен, или находится в зоне действия сети…? Сколько прошло времени? Не осталось ничего кроме этих слов и записки с инициалами ? В.К.? Больно, страшно и холодно. Не захотел говорить. Тогда зачем? Зачем записка? Зачем цветы? Зачем, скажи мне, Володя? А дальше только краткие просветы. Холодно и в голове гул , словно тысячи пчел одновременно взлетели , а упрямые пальцы снова и снова набирают цифры.Она не помнила, как оказалась дома, и что было потом. Анна и не могла помнить того, как её в бессознательном состоянии нашла Варвара, как приезжал семейныйдоктор Илья Петрович, как Варвара молилась сидя около неё, мечущейся в бреду и повторяющую ? Ответь, пожалуйста? и ?Вернись?. Анна не знала об этом.
Илья Петрович поставил диагноз ? Нервное переутомление. Сильное переохлаждение.? Главное лекарство – покой и никаких волнений. Что ж… Но вопросы ЗАЧЕМ И ПОЧЕМУ не отпускали. Почему, Володя?А впервые она задалась этим вопросом больше восьми лет назад.Почему, Володя? Почему ты изменился? Что с тобой вдруг произошло? Почему я стала для тебя чужой?Я помню тот день, когда ты стал далек. Ты пришел в увольнение домой и был задумчив как никогда, тонкая морщинка прорезала твой лоб, а глаза смотрели, словно сквозь меня. Я обняла тебя, как обычно, стала расспрашивать как дела, говорила что-то ещё…а ты молчал, только морщинка пролегла ещё глубже. Короткое объятие, и ты, извинившись, ушел к себев комнату, а я стояла и не могла понять, что случилось. Позже, я спросила в чем дело, а ты сказал что просто устал… И это было только начало… Постепенно мы стали меньше общаться, в увольнение ты все реже приходил домой, а оставался где-то с друзьями… А еще ты стал избегать моих объятий. Я уже не могла прибежать к тебе в комнату, усесться на колени, и играя с твоими волосами рассказывать как прошел день в школе, или улечься возле тебя на диване и смотреть телевизор, или читать с тобой по очередикнигу, помнишь, ты строчку – я строчку. Постепенно всё это исчезло из нашей жизни. Мой самый замечательныйВолодя постепенно исчезал, оставляя непонимание и пустоту . Ты по прежнему помогал мне с уроками, если я просила, наказывал моих обидчиков, если кому-то вдруг вздумалось рискнуть - все страшно боялись моего брата-суворовца.Я помню, как гордилась тобой, когда ты впервые надел форму. Такой красивый и серьезный, но все тот же мой самый лучший Володя, все тот же сероглазый мальчик, который целовал мою руку при первой встрече. Тогда мне впервые захотелось тебя нарисовать. А на следующий день дядюшка отвел меня в художественную школу. Знаешь, я ведь нарисовала.
Почему ты изменился ? Шло время, а я продолжала тебя рисовать, даже до конца не осознавая – какой ты красивый, а еще как сильно ты вырос… А помогли мне это понять мои одноклассницы. Мне тогда шел четырнадцатый год.Была суббота, и ты пришел забирать меня из школы, дядюшка попросил, зачем правда уже не помню. Ты стоял у вороти ждал меня.Последние лучи осеннего солнца играли в твоих волосах, глаза казалось, сверкали, рука в тонкой перчатке держала фуражку, а черная строгаяшинель подчеркивала тонкую талию и широкие плечи. Я помню, как разом замолчали, идущие по обеим сторонам Таня и Полина. Как я увидела ошеломленные лица, смущение на щеках Тани и алчный блеск -в глазах Полины. А я не понимала, что с ними вдруг произошло. Но короткий диалог мне многое объяснил : - Кто это? – голос Полины подрагивал.
- Где? – не поняла я.
- Ты что, не видишь? У ворот. Суворовец. – я проследила за её взглядом и увидела тебя, Володя, улыбнулась и повернулась к девочкам. - Это Володя. Это мой… - я замялась, не зная, как обозначить наши с тобой отношения, а говорить брат мне почему-то не хотелось.
- Неужто парень ?! – Глаза Полины стали больше юбилейного рубля. Я смутилась. – Ничего себе! Вот это ты даешь, Анька!
- Не говори чушь, Поля! Это мой брат … названный! – как-то защемило в груди от этих слов, но тогда я не осознала, что это было.
- Брат?! Ну, ничего себе брат! Это, с каких пор у тебя появился ТАКОЙ брат?! – Поля специально выделила слово ?такой?,подмигнула и мечтательно улыбнулась.
- Я не понимаю, о чем ты, Поля!- я нахмурилась. – Брат как брат. Самый обычный старший брат. – ?и самый любимы?, добавила мысленно.
- Ну, ничего себе, обычный?! Аня, да открой глаза! У тебя брат такой…такой…такой!...- Полина не могла подобрать слова
- Красивый . – вдруг неожиданно вступила в разговор Таня.
- Он не просто красивый, он – будто с картинки. – мечтательно закатила глаза Полина. А я смотрела на тебя и не узнавала. Ведь нет того мальчика, который у меня в альбоме. Есть юноша, уже молодой мужчина. Твои черты стали тверже, от тебя словно исходили лучи уверенности и силы. Я залюбовалась. И осознала, что не смотрю на тебя как сестра. – А девушка есть? – А вот этот вопрос меня ввел в ступор. Девушка. У тебя девушка ? У тебя ведь действительно может быть девушка, ведь тебе уже 17. Амне это даже в голову никогда не приходило, а ты ничего не рассказывал. Ты о своих чувствах вообще стал очень мало говорить, только события и мало эмоций.
- Я не знаю. Я не задумывалась. Я… - и в этот момент ты повернулся и увидел нас. Слегка улыбнулся, совсем чуть-чуть, уголками губ, но потом твое лицо приняло строгое выражение, и ты направился к нам.
- Аня, познакомь! Пожалуйста ! Что хочешь, проси, только познакомь! – Полина стала судорожно поправлять волосы, а Таня покраснела еще больше и робко провела рукой по вороту пальто. В твоих движениях я видела нетерпение, но в тоже время от тебя волнами исходила сила. Дыхание почему-то перехватило.