38. (2/2)
– Резонно, конечно, – пожал плечами Влад, – но, знаешь ли, ты не из тех людей, что вызывают доверие.
"Мне страшно даже подумать, какую цену назначит этот сумасшедший. Как минимум сделает из меня грёбанного Ван Гога."– Насчёт цены не переживай, – у Влада уже который раз возникло впечатление, словно этот чёртов Голубин читает его мысли, – думаю, я бы обошёлся тем же, чем ты... уже расплачивался со мной однажды.
– Но Глеб... У меня же Паша. Мне придётся... переступить через себя. Это... будет сложно.– Я знаю. Думаешь, иначе я назначил бы тебе такую цену? – хитро сощурился Голубин.***Что Влад Кожихов пойдёт очень далеко, Глеб понял ещё при их первой встрече. Он был очень хорошо наслышан о нём из газет, радио, телевизора и так далее. Из каждого утюга тогда можно было услышать о шестнадцатилетнем мальчике, который свёл счёты со своим отчимом весьма жестоким способом, и о том, что его никак не поймают. По поводу первого Глеб думал, что парень, хоть и явно редкостный подонок, имел на то свои причины, а вот второму восторгался: как же ловко мальчишка скрывается от мусоров!Однажды, примерно через полтора года после всей этой шумихи, Голубин ехал в Кемерово. Ему нужно было встретиться с одним человеком и заодно навестить своего должника. И вот, проезжая неподалёку от какого-то городка, он увидел на обочине одинокую фигурку парня. Что-то в нём сразу привлекло внимание Глеба, и он затормозил прямо рядом с ним сразу, как только тот махнул ему рукой.
– Подбросишь до Кемерова? – бесцеремонно откидываясь на спинку переднего сиденья, скорее утвердительно, чем вопросительно сказал юноша.– Без б, – пожал плечами Голубин, – сам туда еду.– Я не спрашивал, куда ты едешь, – насмешливо сказал паренёк, – я попросил подвезти меня до Кемерова, только и всего.Глеб только присвистнул. Всматриваясь в лицо паренька, он подумал, что точно где-то его видел раньше.
До Кемерова оба ехали молча, потом Глеб спросил:– Где мне тебя высадить?
Они были на окраине города, проезжали мимо каких-то безлюдных гаражей.
– Тормозни тут, – равнодушно пожал плечами парнишка, и Глеб остановил машину.А через секунду он осознал, что юноша внезапно приставил к его виску "пушку".
– Деньги, – хрипло сказал он, – все, что у тебя есть. И обещание, что никому ни слова не скажешь.Глядя в его бледное симпатичное лицо, Глеб понял, кто перед ним.– Ты не на того напал, – мягко сказал Голубин, – твоя игра проиграна, дорогуша. А теперь опусти пушку, Влад.– Я не называл тебе своего имени, – озадаченно проговорил юноша, медленно убирая оружие, – откуда ты знаешь, что меня зовут Влад?– О тебе говорили из каждого утюга. Любая псина в любом занюханном городишке может назвать твои приметы.
– Ясно, – сказал Влад, – извини.Он собирался было ретироваться, но, видимо, ему пришло в голову что-то крайне охуенное.– Слушай, парень, ты можешь снять мне номер в отеле? Ну, хотя бы на эту ночь.– А мне что будет за это?И через минуту Кожихов самозабвенно отсасывал ему. Прямо тут, в машине, среди каких-то гаражей. Впоследствии Глеб запомнил это событие, как самый охуенный минет, который ему когда-либо делали. А потом Голубин перенёс встречу на завтра, и они заехали в первый попавшийся отель, сняли там номер, закупились алкоголем и провели вместе ночь, которая Глебу опять же надолго запомнилась.
Наутро Влад исчез. Просто исчез, как сигаретный дым, как видение. Утром Глеб увидел лишь записку на столе: "Ещё увидимся". А потом утонул в делах и лишь изредка вспоминал с какой-то горечью безрассудного и порывистого мальчишку, с которым провёл бесподобную ночь.
И вот теперь, спустя такое время и ещё несколько встреч, Голубин в очередной раз встретил Влада, такого похорошевшего и повзрослевшего, и именно это воспоминание в первую очередь пришло ему на ум. Да, прошло очень много времени, утекло много воды, Глеб очень сильно изменился, да и Кожихов повзрослел, обзавёлся парнем, вообще стал каким-то другим, но сейчас Голубин, заскучавший с двумя постоянными любовниками, подумал, что ему нужна именно связь с этим чертовски привлекательным юношей. Да и вывести его на эту связь оказалось куда как просто. Пара слов про то, что за такую цену он не сдаст Шнуру паренька Кожихова и его ебанутого братца, – и всё, считай, Глеб получил желаемое.
"Браво, Голубин. Держишь марку."Сейчас радость Глеба омрачалась лишь одним: Артём. Он не появлялся дома уже второй день. После конфликтов с Голубиным по извечному поводу его блядства он нередко уходил в лес, но... Так долго Артём никогда не отсутствовал. И в данной ситуации Глеба расстроило не столько отсутствие любовника, сколько то, что он переживает за него."Совсем нервы ни к чёрту, – подумал он, – очень уж расшалилась у меня психика из-за всей этой хуйни. Надо расслабиться."***Завтрак проходил в тишине. Паша отметил, что ни хозяева, ни Влад не были расположены к беседе, но особого значения этому не придал.– Глеб, у тебя есть бензин? – полюбопытствовал он, вспомнив про машину.– Литров двадцать оставалось, может, и больше, – на автомате заправляя за уши светлые прядки, лениво произнёс Глеб, – а что?– Перелей куда-нибудь пару литров. А ещё захвати растворитель и керосин. Пойдём к нашей машине.– Без проблем, – непринуждённо усмехнулся блондин, а потом обратился к Владу, – поможешь Славе на кухне?
– Конечно, – Кожихов попытался выдавить из себя улыбку, но что это получилось, сказать было трудно, – мне не сложно.Ему почему-то казалось, что Глеб что-то задумал.***"Опель" стоял там же, где его накануне оставили. Его заляпанные фары словно с укором смотрели на Пашу, будто вопрошая, зачем он оставил машину в лесу на произвол судьбы. Вообще-то, у Паши не было никакого желания снова залезать в эту чёртову машину, но иного выхода у него не было.
Он быстро заправил бензином бак, и теперь ему оставалось малое: отогнать машину в кусты и поджечь.
– Ты хочешь избавиться от этой тачки? – холодно спросил Глеб. По его лицу было видно, что ему вообще-то похуй.– Да, а у тебя есть предложения?
– Скажу тебе одно, – Глеб вынул из кармана пачку сигарет, и Паша про себя подивился, сколько же тот курит, – огонь разводить опасно. Ты можешь устроить пожар, и это привлечёт ваших преследователей, не одних, так других уж точно.
– С чего ты взял, что нас преследуют? – недоуменно спросил Паша.
Голубин понял, что ляпнул лишнее, но виду не подал. Снисходительно улыбнулся:– У меня просто хорошо развита интуиция.
Паша задумался. Да, хорош он был бы, если бы вместе с машиной сжёг весь этот чёртов лес!
– А что ты тогда предлагаешь?
– Неподалёку есть небольшой пруд, – в упор глядя на Пашу сощуренными глазами, проговорил Глеб, – там очень крутой спуск, и машину можно запросто столкнуть в воду."А он не лыком шит, – усаживаясь за руль, подумал Паша, – до такого ещё надо додуматься." Глеб уселся рядом с ним, на переднее сиденье. Он был заметно насторожен, но Паша не заметил этого.Автомобиль завёлся на удивление быстро, с первого раза, и Паша спросил:– Куда ехать?
– Пока прямо. Да прямо, блять, не налево! Вот, видишь сухую осину? Теперь возьми правее.
Машину затрясло на ухабах. Трава поднималась всё выше и выше, так что "Опель" напоминал ползущего среди растений огромного жука.– Ещё правее.Паша крутанул руль вправо.– Ещё.Под колёсами чавкнула грязь, и машину встряхнуло.
– Не бойся, мы не застрянем, – успокоил Глеб, – это после дождя.
В полумраке леса тускло сияли его зелёные глаза.
Машина выехала на небольшую полянку. Трава здесь стала ниже, а чуть впереди высились уродливо скрюченные деревья, напоминающие паучьи лапы. Паша не заметил, как рука Глеба потянулась к дверце. Пока он вертел головой, выискивая взглядом пруд, блондин быстро открыл дверь и по-беличьи ловко скакнул наружу.Паша понял всё слишком поздно, когда передние колёса "Опеля" уже завязли в мутной жиже. Глеб завёл его в болото.