Пролог (2/2)

"Чинук", описав дугу, начал заход на посадку, поливая из "Минигана" на борту всё, что находилось дальше двадцати пяти метров от позиции группы. "Дворняга-4, говорит Бритва-7, — раздалось в рациях бойцов. — Зона посадки слишком опасна, на посадку у вас будет ровно 30 секунд. Советую поторопиться, иначе вам придётся искать другое место для выхода из зоны операции".

— Ебать, спасибо нахуй! — не выдержал сержант, меняя ленту на Миними. — Обнадёжили, прям преисполнился!

— Отставить разговорчики! — воскликнул командир, доставая из подсумка дымовую. — Поставить завесу и приготовиться к рывку! Это наш единственный шанс выбраться с этой злоебучей горы!

Наконец, аппарель вертолёта опустилась и на площадку один за одним вывалило около десятка морпехов, которые тут же принялись поливать огнём всё, что хоть немного походило на талиба. Что же, морпехи. Им только дай кого-нибудь убить ради Дяди Сэма.

— Пошёл, пошёл, пошёл, бегом! — подрывая своих солдат завопил Исайя, заливая в сторону противника остатки своего магазина.

Все четверо дружно рванули в сторону вертолёта, отстреливая остатки своего боекомплекта, в надежде создать как можно более плотную стену огня, чтобы хотя бы выиграть время на взлёт.

Внезапно рядовой запнулся и упал, сильно ударившись головой о камни.

"Сука, сука, сука!" — уже второй раз за последние двадцать минут подумал капрал, оставляя винтовку болтаться на ремне и подхватывая рядового за лямки жилета. Задача "дотянуть этого бедолагу до вертушки" сильно усложнялась тем, что помимо собственно туши рядового, ему пришлось тащить дополнительные сорок килограмм снаряжения Купера.— Чертовски рад видеть вас, парни! — пристраиваясь рядом с морпехами крикнул Исайя. — Вы охренеть как вовремя! Из вертолёта выскочил ещё один морпех с М240 наперевес, который тут же принялся плотным огнём подавлять любые движения талибов. "Керри, и ты тут?!" — воскликнул командир, завидев знакомую рожу.

— Ну а как же я мог оставить в беде моего любимого сержанта Исайю Миллера, м? — с задором в голосе ответил ему морпех в перерывах между длинными очередями.

"Белые рукава" начали один за одним грузится назад в вертолёт. Следом за ними в пташку заскочил сержант Гонзалес, однако Миллер продолжал отстреливаться и ожидать Доусона.

— Дворняга-4, у вас осталось десять секунд, грузитесь быстрее! — любезно напомнил о своём существовании пилот.

— Да подожди ты, ёб твою мать! — последнюю часть фразы заглушила ещё одна очередь из М240. — Я никуда не уйду без своих людей!— Мы не можем рисковать жизнями десятка ради...— Вон они! — Исайя ткнул на фигуру Иана, показавшуюся из плотного дыма. — Купер ранен! Купер, блять, ранен! — с этим криком он в два прыжка оказался рядом с капралом и подхватил рядового за свободную лямку жилета.

— Дворняга-4, мы не можем больше ждать, ищите другое... — пилот резко прервался.

— Только, сука, попробуй двинуть эту хуйню хоть на дюйм вверх, я тебе башку нахрен снесу, — ткнув пистолетом в шею пилота прорычал сержант.

Как только последний человек взошёл на борт — как ни странно, им оказался лэнс-капрал Уинтерс, уже подкуривавший сигарету об ствол своего М240 — сержант тут же убрал пистолет назад в кобуру со словами "из боя выходят либо все, либо никто" и сел рядом с Миллером. Вертолёт поднялся в воздух и направился в сторону базы, не забыв дать пулемётчику на прощание дать ещё одну длинную очередь из Минигана.

— Адская заварушка, да? — Мэт толкнул сержанта в бок и достал пачку красного "Мальборо". — Сигарету?— У нас на борту не... — начал было пилот, но было уже слишком поздно.

Повисла долгожданная тишина, прерываемая лишь стрекотанием лопастей и щелчками предохранителей.

— Слушайте, — подал вдруг голос капрал, расположившийся на полу отсека. — А ни у кого ложки нету?

Повисла тишина. Все смотрела на капрала, держащего в левой руке пакетик с чернично-вишнёвым пирогом из MRE, а в окровавленной правой пачку сигарет.

— А твоя куда делась, капрал? — спросил Миллер, внимательно глядя на подчинённого.— Осталась в одном из талибов, судя по всему — безмятежным тоном ответил Иан. — Так ни у кого ложки нет?*** Золотое правило любой армии.

После тяжёлого дня солдату нужно три вещи: горячая еда, холодный душ и женщина в постели.

Всё это, за исключением третьего пункта, конечно, было на АБ "Баграм".

Вертолёт мягко коснулся взлётно-посадочной площадки, и пассажиры один за одним начали покидать машину. "Мастер-сержант, можно вас на пару слов?", — окликнул его пилот. Разговор, судя по всему, предстоял серьёзный.

— Вы не представляете, как же я рад, блять, наконец-то ступить на эту Землю Обетованную, — начал капрал, поворачиваясь к морпехам, которые на носилках выносили из вертолёта рядового.

Купер отделался, судя по всему, лёгким испугом и небольшим сотрясением, которое на несколько недель даст ему отдых от операций. Остальные же лишь каким-то чудом вышли без единой царапины.

База, тем временем, жила своим, не до конца понятным, распорядком. Она стала прибежищем для сотен солдат из разных подразделений, от морпехов до пилотов "Ночных сталкеров". И, казалось бы, так сильно конфликтующие дома, на войне они все спокойно уживались в одних бараках, работая как слаженный и единый механизм. По крайней мере, они прикладывали все усилия для того, чтобы так это и было.

А скромная компания морпехов и спецназовцев, тем временем, разделилась, разбредаясь кто куда. В приоритете, конечно же, было доставить рядового в лазарет — а дальше уже решать только врачу. Остальные же либо пошли сдавать оружие и снаряжение, либо направились в сторону "зала ожидания", отведённого специально для ГБР.

— Спасибо ещё раз, парни, — отозвались "береты", прощаясь с морпехами. — Без вас мы бы там не справились.

— Вечером отработаешь, Миллер, — отозвался Уинтерс, закуривая очередную сигарету.

Истории о взаимной "любви" Керри и Исайи идут ещё с самого начала командировки, когда один случайно зацепил плечом другого, отчего оба опрокинули подносы со своим ужином. Слово за слово, а всё же когда сталкиваются ирландец и потомственный британец — жди потасовки. Вот и случилась та самая пресловутая драка. И разнять её смогли только прибежавшие на шум патрульные.

И, казалось бы, на этом всё и должно было закончится, но так уж вышло, что почти всегда прежде чем отправлять морпехов в атаку, в тыл высаживали "беретов", которые оказывали всю возможную поддержку наступающим подразделениям союзников. И не раз на таких операциях случалось, что "двести сороковой" Уинтерса прикрывал жопу Миллера. Равно как и точное целеуказание Миллера спасало жопу Уинтерса.

Так и сработались.— Который час? — поинтересовался Гонзалес.

— Без десяти семь, — ответил Исайя.

— По йогурту и спать,— заключил Доусон.