Глава 9. Последний бой Бесконечных (2/2)
Он видит меня, он меня слышит, но я для него не существую. Только сенсей, такой же Агнец как он, равный.
- Носитель имени - только один, - хрипит моим голосом тот, кто вот уже много лет не топчет землю.- Тем не менее, мы должны это исправить.Тьма жадно тянется к нам, ее щупальца проступают из воздуха, сплетаются в тесный кокон и разбиваются о щит, выставленный Кацу. Сенсей хватает меня за плечи, нависает надо мной, и я вижу по его лицу, что выбрал крайне неудачный момент, чтобы свалиться им на голову как подтаявший на весеннем солнышке снег.- Юки, как ты здесь очутился? Я же просил его присмотреть за тобой... Боги, ну почему этот ребенок именно сегодня решил всё делать по-своему?Так непохоже на сенсея, всегда невозмутимого и даже холодного. Я не отвечаю, у меня всё тело онемело, будто его обкололи анестетиком как у стоматолога, а тому, второму, сказать нечего, но взволнованные глаза сенсея, его пошатнувшаяся выдержка, стали последней каплей, которая переполнила чашу. Во мне что-то сдвинулось. Стрелка невидимых часов снова шагнула - на этот раз назад, и после одного раза она не остановилась. Пространство вокруг нас задрожало, будто кадры старой черно-белой ленты замелькали в обратном порядке. Я осел на землю, и сенсей опустился вместе со мной, подхватывая меня, прижимая, но уже не в силах ни утешить, ни помочь. Я сминаю лацканы его пиджака, пальцы сводит, не разогнешь, я заливаю ему грудь черной жижей, которая должна была быть алой, но мы же в старом кино. Тело больше не чувствую, в горле что-то сжалось, и я тщетно разеваю рот, пытаясь поймать хоть бы глоточек воздуха. Внутрь не проходит ни капли. Я умираю.- Юки, прошу тебя, дыши!
Всё будто во сне. Сенсей повторяет мое имя, но ощущение такое, что зовет он не меня, а кого-то другого, моего тезку.- Юки, это не по-настоящему! Их сила - создание иллюзий, ты не ранен, ты можешь дышать!А по-моему, очень по-настоящему. Перед глазами светящиеся точки, мир сузился до них, я уже не знаю, цепляюсь за сенсея до сих пор или уже выпустил. Я уже не помню, что у меня есть пальцы. Только точки, которых становится всё больше, будто на меня несется сверкающий звездный поток. Я умираю.
Если так пойдет и дальше, я действительно умру. Из-за того, что мертвец внутри меня вспомнил свои последние минуты.
Только подумал об этом, и невидимые часы остановились. Обратный отсчет прекратился, а среди звезд начали появляться лица. Совсем не те, которые вы бы хотели увидеть на смертном одре. Искаженные неутолимым голодом и злобой на всё живое. Раздутые, с выпученными глазами и непропорционально огромными ртами. Они склонялись надо мной, и я впервые в жизни от них не бежал. Они втягивались в меня, обдавали холодом, я стал воротами для моей странной и неудобной силы. Ее ледяные струи подхватили страх, сжавший мне горло, и его не стало. Легкие втянули спасительный воздух, перед глазами всё поплыло, а через мгновение я уже стоял под усыпанным алыми кляксами сводом Системы, Кацу и сенсей - оба за моей спиной.- Я продолжу бой, - прохрипел тот, кто пользовался моим голосом всего третий раз.
Я снова стал зрителем, хотя нет, сейчас уже скорее меценатом, от настроения которого зависит успех всего мероприятия. Это ли чувствуют Агнцы, когда стоят позади своей пары? У наших противников главное оружие это иллюзии, но так и у тебя, друг, было много лет, чтобы поднатореть в тонких материях. Твое мастерство - и моя сила, бери ее всю, мы или победим вместе, или... Додумать я не успеваю.- В каждой иллюзии содержится доля правды, но правда не всегда соответствует тому, что есть на самом деле, - срываются с моих губ слова, которые я не произносил. - Пусть победит тот, кто лучше видит суть вещей...Где я на самом деле? Лежу на земле, и над моим остывающим телом склонился враз постаревший на двадцать лет сенсей? Или стою лицом к нашему противнику? Не знаю. Это неважно. Главное, что я на своем месте.
- И готов ее изменить, - заканчивает чужой Боец. - Начав этот поединок, ты оказался в моем мире, и ты не выйдешь из него, пока я не скажу.*****Вечность спустя мы падаем сквозь бездонный, наполненный чернильным мраком колодец. Не только два Бойца - все, кто наблюдают за нашим поединком. Я перевернулся и лечу головой вниз, но того, кто по-настоящему контролирует мое тело, это не беспокоит. Он столько лет провел в качестве бесплотного духа, что для него такая мелочь как положение в пространстве? Никто не знает, наше падение - оно пока измеряется в минутах или уже в часах? Время в иллюзии величина относительная, как и всё остальное. Только ваше восприятие может сказать правду - или жестоко обмануть. Невидимые часы наконец-то пошли вперед, но отсчитывают они совсем не время нашего мира.
- Чего ты добиваешься? Тебе все равно не победить, - спрашивает Боец противника. Голос у него старческий, но, кажется, это всего лишь одна из его иллюзий.Я чувствую, как мои губы расползаются в торжествующую улыбку.- Ты еще не понял? Расшатываю стабильность твоей Системы, разумеется. Двадцать лет назад, во время нашего прошлого поединка ты сделал то же самое, так что я думал, ты быстрее заметишь.
- Мы находимся в моем мире, у тебя здесь нет власти, - парирует тот, но мне чудится легкая неуверенность в его тоне.- Мы находимся в моем времени, - произносит мой голос, - и это время воздаяния. У меня было двадцать лет, чтобы придумать, как я тебя уничтожу, как только представится шанс. В тот раз ты всё обставил так, будто я не справился с собственным заклинанием. Ты наградил меня посмертной славой слабака. Всё, что про меня помнят, это ложь, будто я оказался слишком слаб для Ритсу! Хотя в природных парах так даже не бывает.- Природа иногда ошибается, - усмехается старик. - А тебе, как я погляжу, даже после смерти правда глаза колет.
Во мраке мелькнула падающая звезда - я проводил ее глазами. С каких это пор звезды падают вверх? Неважно. Осталось недолго. Скоро наступит их время.- Ты сказал всё, что требовалось, - объявляет моим голосом тот, кого при жизни звали Иноэ Ичиго. - Тебя запомнят как убийцу, и моя справедливость совершится.Тьма под моей головой вспыхивает сотнями, тысячами, миллиардами светящихся точек. Мы больше не в чернильном колодце, а в звездном небе, где каждый огонек - это сбросившая телесный покров душа. Света становится всё больше, он стирает очертания, разрушает цепи и всё обращает в ничто. Звук оглушительно лопнувшей струны - и у меня под ногами возник бетонный пол, мир перевернулся, мы стоим посреди освещенного желтоватым светом огромного ангара. В мертвой тишине раздался хрип, и я повернулся к нему спиной. Или уже не я... Потому что прямо сейчас я всего лишь наблюдатель и смотрю со стороны на того, кто должен быть мной. Долговязый парень без кошачьих ушек, одетый в брюки и рубашку от полицейской формы. Его лицо я четыре года не видел даже во сне, пока не нашел в старом выпускном альбоме. Стрелке на невидимых часах осталось сделать последний шаг. Тот самый, которому давно подошло время, если бы только я не заклинил их будто крошечный камешек. Остановил естественный ход вещей, сказать кому - не поверят.
- Та сакура перед станцией, она до сих пор на месте? - спросил Иноэ Ичиго, как будто судьба дерева - самое важное, о чем можно спросить на прощание у своей истинной любви. Ради которой ты, на минуточку, обманул даже смерть!- На месте, - подтвердил Ритсу-сенсей, которого видимо не волновали ни смертные хрипы, раздающиеся неподалеку, ни тот факт, что его потерянный Боец опять уходит, и на этот раз окончательно.
Иноэ Ичиго улыбнулся, как будто вспомнил что-то очень хорошее, и в следующий миг я вернулся в свое тело, ставшее таким тяжелым. Я бы рухнул, но меня подхватили знакомые руки и осторожно опустили на землю. "Уже всё, мальчик мой, теперь уже точно всё." Правую лопатку обдало жидким огнем. Кажется, на этот раз действительно всё.