Знакомство. (1/1)
Я чувствую необычайную радость от?того, что еще кто-то попал в?мир иной, но?не?показываю эмоций, или от?того, что забыл?как, или от?того, что привык быть безэмоциональным. Мое тело наполняется адской силой после каждой смерти, совершенной мной. Что я?могу о?себе сказать, так это?то, что у?меня неиссякаемая жажда убивать. Убивать всех подряд. Убивать?тех, кто уж?точно не?достоин жизни. Кто совершил хотя?бы?один грешный поступок. В?моем сердце больше не?осталось ни?любви, ни?ласки, ни?доброты, одно лишь желание жестоко убивать. Почему я?это делаю, спросите?вы, да?потому что у?меня уже нет сил находится в?полном одиночестве не?смотря на?то, что дом полон людей, но?в?душе я?одиночка. Люди без внимания и?ласки становятся черствыми и?злыми, но?я?же?намного хуже. Мое детство вовсе не?так проходит, как у?других детей моего возраста. Моя мать, Нэнси Вагнер, после моего рождения, с?каждым годом отдалялась от?меня. Никакого внимания мне она не?уделяла, она лишь помнила?то, что я?ее?сын, но?больше ничего. Она думала, что оставив меня с?прислугами, которым я?не?был нужен, но?делали?вид, потому как им?платили приличные деньги, будут заботиться обо мне не?хуже родной матери, хотя сама Нэнси ничем не?занималась, кроме как гуляя по?особняку, что-то говоря себе под?нос. Лишь по?праздникам мать обращала на?меня внимания, да?и?то, не?долгое, чего не?могу сказать о?своем биологическом отце, Чарльза Вагнера. С?ним немного хуже. Как и?полагается, отцы должны играть со?своими сыновьями, брать на?рыбалку и?просто проводить время вместе, но?мой?же?занимался лишь своей работой и?ни?разу даже не?поиграл со?мной за?все мои годы. У?него просто не?хватало на?меня времени. Конечно, я?понимал, что содержать семью, прислугу и?огромный особняк ему не?просто, тем более, если он?работает один в?семье, но?уделить хоть немного времени своему ребенку он?просто обязан. Но?вскоре я?уже потерял веру, на?то, что это когда-нибудь произойдет. Мне не?хватало свободы. Я?мог гулять по?окрестностям своего дома и?двора, которые занимали место, как маленькая деревушка, но?даже тогда я?не?чувствовал свободы. Мне разрешалось?все, кроме как выйти за?пределы территории. Друзей у?меня, конечно, не?было. Все дети не?разговаривали со?мной, потому что боялись. Боялись меня. Я?ни?с?кем не?говорил и?никто, даже из?родителей не?слышал моего голоса. Лишь иногда я?ронял несколько слов, пытаясь выбрать самые короткие и?говорил я?их?с?холодом. Лишь игрушки, подаренные мне на?дни рождения, немного забирали мои грусть и?печаль. Каждый?раз, когда я?видел детей, играющих со?своими родителями, мне не?хотелось радоваться за?них или даже немного улыбнуться, меня даже зависть не?поглощала, одна лишь ненависть. Ненависть ко всему миру. Ненависть даже к себе. Я устал так жить, но кричать и звать на помощь не было смысла, потому что все равно никто меня не услышит. Но совсем скоро моя жизнь полностью переменилась.
Кстати, я?не?представился, мое имя Люциус Вагнер.