Часть 11 (1/1)

(1*). К счастью, в моём подчинении не великовозрастные лбы мужского полу, а девчонки, но вот чего от них ожидать? Это сейчас они спокойные и послушные, да и то… Вон Акацуки со своим фетишем ?Благородная Леди? воду мутит. К примеру, недавно вбила себе в голову, что Леди обязательно должны ходить на высоких каблуках. И ладно бы сама попробовала, так нет — она всех эсминцев на это дело подбила. Результат впечатлил. Сначала малышня, пыхтя и сопя, полдня делала себе ?туфли Леди?. В ход пошли деревяшки, куски лиан и бог знает что ещё. Потом состоялось дефиле… По-моему, даже феи из ремонтной группы прибежали из дока — чисто поржать. Представьте картину: четыре малолетних канмусу, сосредоточенно пыхтя, пытаются пройтись по песку на самодельных шпильках. Представили? Вот то-то и оно. Я даже решил, что Акаши откачивать придётся, бедолага просто рухнула в свой склад, а из приоткрытой двери стали доноситься полухрюканье-полустоны. Кага, увидевшая эту картину, была и вовсе неподражаема. Девушка застыла на месте, а её глаза стали потихоньку превращаться в блюдца. Никогда я таких огромных глаз не видел. Так вот, это я о чём? А о том, что личный состав должен быть всегда при деле. Думаем дальше. Раз подчинённые — подростки, то нужно что-то типа Школы придумать. Интересно, есть что-то такое в меню строительства? Сказано — сделано,подхожу к Штабу и… пройти дальше не могу — стройка кипит вовсю. Угу… посмотрел. Хорошо, что стройку должны вот-вот закончить. В принципе, время пока терпит, но и затягивать не стоит. Ещё, думаю, нужно что-то для отдыха. Конечно, посиделки у костра это здорово, но нужно и разнообразие какое-то. А ещё… эх, баньку бы. Но это я уже совсем раскатал губу… Но помечтать-то можно? А, вот ещё что! — Акаши… — Ну чего тебе ещё? — Ты мне вот что скажи, когда твой приятель нас снова посетит? — К-какой приятель? — А тот что тебе бухло возит и журнальчики всякие… — А… ну… не приятель он мне вовсе! Вот! — девушка стремительно покраснела. — Ты мне теперь всю жизнь об этом напоминать будешь? Да? — Ага! — Довольно кивнул я. — Так вот, когда он появится? — Ну… не знаю точно, на днях обещал появиться. — Как приплывёт — сразу меня зови. Поговорить надо. Дальнейшие мои разглагольствования на тему ?контрабандисты и их полезность в современном мире для начинающих Адмиралов? были прерваны самым грубым образом. Сначала наметилось оживление среди феек-строителей. Они, побросав инструмент (небывалое дело), рванули к берегу. Чуть позже туда же побежала Мамия. Мы с Акаши недоуменно переглянулись. — Возвращаются, что ли? — уже на бегу предположила девушка. Возвращались… Одна, две, три… шесть. Вроде все. Стоп, шесть? Пять же должно быть? Вглядывающаяся рядом со мной в даль Акаши почесала в затылке и выдала: — Кажись, ещё кого-то с собой тащат? Ага, значит, я не ошибся, их действительно шестеро. Пока я раздумывал, более глазастая канмусу разглядела ?лишнюю?. Она озадаченно почесала в затылке, повернулась ко мне и задумчиво изрекла: — Слушай, командир. А тебя в жизни никто не проклинал? — В смысле? — я даже опешил от такого вопроса. — Ну-у, — протянула эта язва задумчиво. — Когда ты в кустах проглотку Кагу нашёл, это ещё можно было бы списать на случайность, но теперь твои подчинённые к нам на базу ?это? тащат… Это, знаешь ли, уже на диагноз смахивает… — Да кто там? — Честно говоря я слегка запаниковал. — Говори уже толком, кто это и чем грозит? — Это? — Ехидно переспросила Акаши. — Это лёгкий крейсер, а вот чем грозит… скоро сам узнаешь! Где я? Вокруг только непроглядная тьма… Такое чувство, что я зависла над Бездной и она зовёт меня, зовёт к себе, вниз. Это тёмное Нечто вытягивает из меня всё: силы, эмоции, желания, воспоминания… всё то, что делает меня мною. Каждую секунду я теряю частичку себя. Страшно. До жути страшно, что когда-нибудь я исчезну, добровольно нырну во Тьму под ногами. Ведь от этого меня удерживают только воспоминания. Девочки, Адмирал, наши весёлые деньки и наши слёзы по погибшим, всё это во мне, всё это как бы кричит: ?Не смей сдаваться! Держись!? Я держусь, правда. Пусть иногда и хочется просто опустить руки и поддаться этому настойчивому зову. Но это не мои мысли! Точно! Не может главный идол Базы такого говорить! Не может? А… а кто это — идол? Нет, я помню! Я знаю! Или… не помню? Ну вот опять… опять я что-то забыла? Нет! Помню! Идол не должен плакать! Идол должен веселить всех вокруг! Точно! А я идол? Правда? Мысли путаются. Воспоминаний всё меньше. Я уже не помню, как выглядит Адмирал. Что ещё важного я уже позабыла? А что такое — База? Дом? А что такое — дом? Я знаю — это что-то очень важное! Ну вот, впору заплакать! Так, где же я всё-таки? Наверное — в плену? Уже не помню, как я тут оказалась, но то, что не по своей воле — точно! Покажите мне дурочку что добровольно согласится в такой жути находиться! Нет таких! Тут и не споёшь и не станцуешь! Тут ведь даже зрителей нет! Эм-м… а почему это для меня важно? Ну как же — я же Флотский Идол! Так значит я — Идол? Да! Точно! Идол! Это важно! Это супер важно! Я не должна об этом забывать! Не должна! Не… должна? Опять мысли путаются. Зов Глубины всё сильнее. Сколько я ещё продержусь? Боги! Эта тишина меня доконает! Нет, стойте! Я что-то слышу? Какой-то гул? Знакомое жужжание, стремительно превращающееся в рёв, что это? Из дальних уголков памяти всплывает слово: ?пикировщик?. Пикировщик? Самолёт? Значит где-то рядом тот, кто его запустил? Казалось, навсегда исчезнувшие во мраке воспоминания стремительно оживают, наливаются смыслом и красками. Пусть пробелов ещё очень много, но сейчас главное то, что рядом идёт бой! Девчата нашли меня! Они пришли! Если рядом пикирующие бомбардировщики, значит, в бой вступил авианосец, а они девчата такие — по одной не ходят! Меня спасут? Стрельба, поначалу еле слышная, уже оглушает мои отвыкшие ушки. Это ничего, я запросто перетерплю! Зато пропала эта страшная тишина! Кто-то касается моего лица. Мгновение — и я щурюсь от внезапно появившегося света. Как давно я его не видела? — Эй, ты как? Хорошо? Хорошо? Не просто хорошо — замечательно! Превосходно! Изумительно! Чудесно! Слов не подобрать, как хорошо! На меня смотрит невысокая канмусу с серебристыми волосами. Я её знаю? Да! Знаю! Это же Хибики! Я неуверенно киваю головой. Заметно повеселевшая эсминец хватает меня за рукав и с силой тащит на себя. С противным чавканьем моё тело отклеивается от чего-то тёмного и противного на вид. Сознание уплывает… В себя прихожу уже в открытом море. Вокруг нарезают круги эсминцы, а меня буквально тащит на себе… Кага? Да, Кага. Авианосец Кага. Прямо по курсу островок. Мы идём туда? Как выясняется — именно туда. Но зачем? Там же нет ничего? Ни доков, ни причала — только лес, берег и пара поросших травой холмов на небольшой прогалине. Странно, откуда-то появилось несколько человек на берегу? Пара смутно знакомых женщин и мужчина в пятнистой форме. Его я точно не знаю. Кага направляется прямо к нему.— Адмирал! Операция завершена, флот вернулся. Адмирал? Она сказала ?Адмирал??! Значит… он теперь и мой адмирал? О-хо-хо… сил почти нет, но я не должна опозориться! Собираю в горсть все силы, что ещё остались, отлепляюсь от Каги и стараюсь выдавить свою лучшую улыбку: — Идол флота Нака-чан! Приятно познакомиться! Ох, кажется, на большее меня уже не хватит. Перед глазами опять темнеет. Что же, дебютное выступление ты, похоже, провалила, Нака-чан! Перед тем, как упасть в обморок слышу характерный шлепок, кажется, кто-то сделал ?фейспалм? * * * — Идол флота Нака-чан! Приятно познакомиться! Едва услышав это, Акаши звучно прикладывает себя ладошкой по мордашке. — Да уж… эту ничего не исправит. Между тем так оригинально представившаяся девица явно собралась грохнуться в обморок. Вон уже глазки закатились, ножки подогнулись… Офигев от увиденного, на автомате подхватываю грохнувшуюся в обморок девицу. Симпатичная, кстати. Смуглая кожа, каштановые волосы, карие (кажется) глаза. Постарше эсминцев, но младше Каги. Лет пятнадцать-шестнадцать на вид. Во что одета? В лохмотья, некогда бывшие оранжевой блузкой и чёрной юбкой. И то и другое висит буквально чудом. Да уж, представляю себе картину: небритый мужик в камуфляже и с ?калашом? за спиной (а как вы думали? Я без автомата не гуляю, мало ли что?) сграбастал девицу в разорванной одежде. Хоть сейчас на агитплакат: ?Безжалостные русские солдаты насилуют беззащитных школьниц?, ага… Ох, куда-то меня не туда понесло. — Акаши? — А? — Что ?а?? Может, объяснишь? — Ну ты и сам всё слышал. Это лёгкий крейсер Нака, класс ?Сендай?. По совместительству — самопровозглашённый ?идол флота?. Теперь нас ждут ?незабываемые? концерты в самых неожиданных местах. — В смысле — ?концерты?? — Ну, она же идол… — И? — Стой, — Акаши уставилась на меня, словно не верила своим ушам. — Ты не знаешь про идолов? — Ну… что-то слышал… кажется… — О-о-о! Ну так внимай! Идолы — это назойливые создания, которым нечем больше заняться кроме как петь, плясать и, — тут Акаши повысила голос, — клянчить дефицитные ресурсы на свои так называемые ?концерты?!!! Хм, кажется, я начинаю понимать всю пропасть недопонимания между прижимистым зав.склада и ?идолом? Нака. Несомненно, собака именно в последнем предложении порылась! — А ты чего лыбишься-то? Чего лыбу давишь? Вот я на тебя посмотрю, когда последние бокситы на очередной микрофон уйдут! Я пытался не рассмеяться из последних сил. Из-за угла склада, куда предусмотрительно смылись эсминцы, донеслись истерические всхлипы. Стоящая неподалёку Кага беззвучно тряслась, закрыв ладонями лицо. Сомневаюсь, что она рыдала по безвременно ушедшим бокситам… — Ладно, Акаши, я понял. Забери у меня этого идола и отбуксируй в ванну, тьфу, то есть в доки. Пусть отмокает. — Я тебе что, грузчик? Вот нашёл буксир… Пыхтящая и бубнящая себе под нос всякие нехорошести в адрес командира (которые я величественно пропустил мимо ушей) девушка отобрала у меня безвольное тельце и утопала в сторону доков. — Дурдом на воле… Кага? Как всё прошло? — Это было отличное сражение. С таким флотом я с нетерпением жду новых операций (3*). Враг не смог ничего нам противопоставить. Из доклада канмусу выходило, что сопротивление в проливе им почти не оказали. Пара стычек с небольшими группами эсминцев, да в самом конце разгром чего-то похожего на небольшой аванпост. Вот там была охрана посерьёзнее. Целых два лёгких, один торпедный крейсер и пара эсминцев. Были бы Хибики с девчатами одни, всё могло бы кончится плохо, а так… Палубная авиация буквально смела крейсеры, а полуоглушённые эсминцы не успели очухаться, как получили дружный торпедный залп. Весь урон — пара царапин от шальных снарядов. Зато очистили пролив, спасли пленницу, да ещё на обратном пути немного снарядов обнаружили. Слава Богу — число тринадцать оказалось вполне себе счастливым!