Absinthe (1/2)

Даллон Уикс грелся под лучами солнца на улице, а осенний ветер развевал его тёмные волосы. В воздухе отчётливо ощущались запахи наступающей поры: опавшей листвой, лёгкими нотками дыма и немножко сыростью. Даллон чувствовал умиротворение, единение с природой всегда давало положительный эффект, успокаивало душу и приводило в порядокмысли. Сейчас снимали заключительные сцены видеоклипа на сингл группы, к которой он совсем недавно присоединился. Уикс жил музыкой, она значит для него очень много, с помощью неё он поддерживает внутренний баланс, и бросив это занятие Даллон скорее всего вместо голубого неба над головой видел бы белые стены психушки. На объявление о поиске басиста в группу он наткнулся совершенно случайно, и посчитав это знаком свыше, решил рискнуть. Некогда группа, состоявшая из четырёх человек, встретила его в меньшинстве. Хоть и потери были значительными, они не бросили начатое дело, а это уже заслуживало уважения. В сфере музыки нередко получалось так, что молодые исполнители после громких побед не могли повторить или закрепить свой успех (везде есть веянье моды,у всего есть срок годности). Бывшая группа Даллона развалилась из-за угасшего интереса других участников, они не были готовы пойти на некоторые жертвы, которые неминуемо возникают, когда наступает необходимость вылезать из родного гнезда. Белый грим ложился на худое тело тонкой вуалью подчёркивая и без того выступающие позвонки на спине и рёбрах. Синие венки на шее, руках отчётливо проявлялись на коже, а губы утратили ?живой цвет?. Смотреть на него было жутко, особенно когда он стоял и глядел в одну точку, не моргая. Находясь в таком виде, ради забавы Брендон пугал некоторых членов съёмочной группы. Когда весь материал был отснят, Ури решил пригласить ребят отметить данное событие. Йен, Спенсер и пара человек работавших над клипом согласились прийти, ему осталось спросить у Даллона. Медленными шагами он двигался в сторону басиста, стараясь как можно меньше производить шума, ступая по подсохшей траве. Приблизившись, он положил руки на плечи и как привидение из детских мультиков произнёс: – Бу! Уикс вздрогнул от неожиданности, но не больше. – Очень ?оригинально? Брендон. Ури улыбнулся и присел на траву рядом с парнем. – Это моё второе имя. У меня есть предложение, от которого ты не вправе отказаться, Даллон. Уикс хмыкнул и вытащил затёкшие ноги из под себя. – Какое же? Басист посмотрел на сидевшего рядом с ним парня, отмечая то, что будучи даже ?мертвецом? тот ничуть не стал хуже выглядеть. У Брендона были карие глаза, которые казались абсолютно чёрными из-за зашедшего за тучу солнца, а ресницы усиливали эффект двух ?бездн? внимательно смотревших на него. Даллон не мог отделаться от чувства, что он маленькая букашка, рассматриваемая под микроскопом.

– Я приглашаю тебя на скромную вечеринку в честь окончания сьёмок. Даллон плохо знал людей, с которыми ему предстоит в дальнейшем работать, так что он не раздумывая согласился (в коллектив нужно вливаться практически в прямом смысле). – Я приду. – Отлично! Я тебе позвоню вечером, до скорого, Даллон. Брендон задержал руку на его плече, чуть сжав, а затем поднялся и пошёл обратно к дому, ему нужно было переодеться и смыть с себя грим. Уикс ещё долго сидел на том же самом месте перед тем, как отправиться домой. Брендон в это время запивает две таблетки водой, которые ему назначил лечащий врач. От завтрашнего вечернего приёма ему придётся отказаться. Атмосфера ночного клуба не очень нравится Даллону: огромное количество людей, танцующих (если конвульсивные движения можно назвать танцем) под оглушающую музыку и невыносимая духота. К забронированному месту его довёл администратор заведения. Брендона легко можно было вычислить под Black light лампами[1] в белой рубашке, остальные оделись в более тёмные тона. Милая официантка принесла к столику меню. Спенсер, дабы вновь не уйти в запой, ограничивает себя стаканом вишнёвого сока, Даллон заказывает классический мохито, а вот Брендон и Йен решили не мелочиться, взяв серию шотов ассорти. – Тебе разве можно это всё пить, Брен? – спрашивает Смит, осматривая маленький поднос со стопками возле Брендона. – Сегодня я планирую нажраться, – шепчет Ури на ухо Спенсеру, потому что по-другому он бы его не услышал из-за музыки.

Кроуфорддотягивается рукой до тарелки с дольками лайма и берёт пальцами один из них. – Я хочу произнести тост, пока ещё мой язык способен на это. Никто не возражает? – сказал Йен, привстав и взяв шот в руку. Парни согласно закивали, и кто-то даже улыбнулся в знак одобрения. – Давайте выпьем за наше будущее. За успех! Раздаётся звон стекла, ударяемых друг о друга стаканов и стопок, и первая порция алкоголя обжигает внутренности. Даллон и Спенсер потягивали свои напитки очень медленно, а Брендон и Йен успели опрокинуть около пяти бокальчиков, и оставалось ещё столько же. Брендон уже под ?шафе? и не перестаёт делиться историями из своей жизни, иногда он так громко смеётся и не контролирует полёт своих конечностей, что коленом задевает столик. Его смех передаётся остальным по цепочке, заканчивая на Спенсере, который на трезвую голову не понимает в каком месте нужно проявлять эмоции. – А как называется этот горящий напиток? – спрашивает Даллон, указывая пальцем на одну изящную рюмку с плавающими белыми каплями внутри прозрачной жидкости. Вокалист смотрит на тот напиток, на который указал ему Даллон и тыкает в него коктейльной трубочкой. – ?Невинный секс?. Хочешь попробовать? – произносит он, как-то уж слишком интимно понизив голос. Уикс сглатывает, переводя свой взгляд с румяного лица Брендона и блестящих в полутьме глаз на предложенный напиток, а Спенсер пинает ногой Брендона под столом, чтобы тот вёл себя скромнее и не пугал с трудом найденного басиста. – Нет, спасибо, – вежливо отказывает Даллон. – Ну как хочешь… Брендон осушает шот и переворачивает его, кладя рядом с остальными. – Ок, парни, я пойду, разомнусь, – произнёс Йен, выходя из-за столика. – Подожди, я с тобой, – сказал Брендон ему вдогонку. Когда они ушли демонстрировать остальным кто здесь ?король танцпола?, Даллон остался со Спенсером. – Не обращай внимание, у него своеобразное чувство юмора, Даллон. Ты быстро привыкнешь. – Я видел пару концертных видео группы. У меня есть пару вопросов. Смит отпивает маленький глоток вишнёвого сока и ставит на стол, приготовившись слушать и отвечать. – Валяй. – То, как они вели себя – Райан и Брендон. Это было частью шоу? – Как два влюблённых голубка? Да, это часть шоу. Выглядит безумно для тебя?

– Немного да.

– Будь готов, что Брендон предложит тебе поиграть в ?сценического гея?, я более чем уверен, что так и будет. Иногда мне кажется, что некая половина всехфанатов ходило на наши концерты только для того, чтобы поглазеть на них, а не насладиться живым выступлением. Знаешь, они даже придумали название пейринга – ?Райден?. А теперь их сердца разбиты, увы. Под конец прошлого тура всё стало настолько хреново, что нас покинуло сразу двое – Джон и Райан. Ури и Росс стали не уживаться вместе, каждый тянул одеяло на себя, понимаешь? Они были не разлей вода, но с каждым годом всё сильней отдалялись друг от друга во взглядах на жизнь, творчество. Уикс молча слушал Смита и в конце речи второго сказал: – И в сердце поселилась ненависть. – Да, именно она. Но Брендон не умеет долго держать зла на другого человека. Сейчас ему всё равно, чем те двое занимаются и где находятся. – Неприятная ситуация. – И не говори. А что у тебя? Как так получилось, что The Brobecks распались? – Не все участники группы были готовы пуститься в тур за океан, а потом я расстался с девушкой, с которой встречался два года. И просто внутри будто бы всё умерло. Я ?отходил? долго, даже сейчас не уверен, что перестал думать о ней. Музыку я не могу забросить, она мой спасательный круг в море боли.

– А что с тобой Спенс? Я так понял, у каждого в группе есть свои скелеты в шкафу.Уикс не планировал открываться, но алкоголь развязал ему язык, он проморгался и сделал прерывистый вдох. – Наркотики и алкоголь, но сейчас я в завязке. Мне нравилось находиться под кайфом, я привык к эйфории, длящейся почти целый день. У людей разные причины, по которым они обнаруживают себя сидящими на унитазе со жгутом на руке и торчащей иглой из вены. С этого трудно слезть и зажить нормальной жизнью, которая не похожа на сказку. – А на дурной сон. – И снова верно! Ты мне определенно нравишься, Даллон. Давай выпьем. Пока одни философствовали, другие выветривали алкоголь из тела при помощи энергичных танцев. Брендон оказывается за спиной Йена и наклоняется к нему, говоря на ухо: – С тебя одна девчонка не сводит глаз. Ури кладёт на плечо парня руку и чуть его поворачивает в нужную сторону. – Используй свой шанс. После этих слов он легонько толкает Кроуфорда к цели, а сам растворяется в толпе, идя обратно к их столику.

– А где наш соло-гитарист? – спрашивает Уикс. Брендон берёт свой ранее заказанный шот со стола и выпивает. – Ну, там где и положено, если в рифму. Спенсер хохотнул. – А мы чего сидим, штаны просиживаем? Я вас сюда не для посиделок пригласил, вы это можете и дома сделать. – Хватит возмущаться, Брен. Я не умею танцевать, например. Тем более для такой музыки надо хорошенько ?накидаться?, чтобы причина неумения исчезла. А идея пойдти домой мне нравится! – произнёс Смит. – Окей. Даллон? Я тебе не поверю, если ты скажешь – нет. Спенсер ?слился? и выбора у тебя не осталось. – Я отвратительно танцую. – Самое время подтянуть свой навык, Уикс, – сказал Ури и протянул руку Даллону в пригласительном жесте. – Парни приглашают парней. До чего дошёл прогресс! Шутливо сказал Смит, и Ури цыкнул на него. – Ой, иди нахрен, Спенс! Даллон вложил свою руку в тёплую ладонь Брендона, тот помог ему встать и потащил за собой. Пробираться сквозь толпу было очень трудно: люди то и дело смещались из одной стороны в другую, толкались и отдавливали пальцы на ногах. Ури и Уикс были стояли друг к другу лицом, расстояние между ними было минимальным из-за притесняющих их людей. Оглушительная музыка не давала разобрать слов, которые пытался сказать Брендон Даллону, поэтому вокалист показал на свои губы пальцем и ?проговорил? ими: ?Читай по губам. Смотри на меня и повторяй?. Даллон кивнул и проследил за движением рук и ног Брендона. Басист копировал движения, первое время у него не получалось, где-то на четвёртом треке резковатые движения стали плавными. На пятом руки Даллона оказались на талии Брендона по его же инициативе, а задница проехалась ниже пояса. Тихое ?блядь? Даллона растворилось в удушливой атмосфере клуба. Он помнит слова барабанщика, о том, что Ури человек со ?специфичным? юмором, но вот так внезапно прокатившаяся по паху задница выбила из него дух. Даллон никогда не ставил под сомнение свою ориентацию. Ему нравятся женщины, определенно, он встречался неоднократно с представительницами прекрасного пола. Эксперименты в юношестве над собой не ставил (у него не было желания, к примеру, поцеловать мальчика). А сейчас к его груди прижимается тело, излучающее тепло как батарея и постоянно трущееся то тут, то там. Уикс объяснял это тем, что Брендон в усмерть пьян и не контролирует то, что творит, либо слишком увлёкся в преподавании. Даллону не пришло в голову, что коварный Спенсер Смит скрыл от него одну маленькую деталь – его друг любит девочек, мальчиков и мальчика, чей голос пел ?колыбельные? по ночам из динамиков наушников. О последнем знать Уиксу не обязательно, пока. Брендон пользовался положением, которое было очень шатким, он притворялся, что бухой: развязно скользил руками по рубашке и открытой коже шеи, запутываясь в тёмные волосы пальцами и наклоняя к себе ниже.Ему хотелось языком собрать те капли пота, которые образовались чуть ниже правого виска. Даллон не успел отойти от табуна мурашек, возникших из-заногтей Брендона в своих волосах, как его вдруг притянули за затылок и прошептали на ухо, что пора уезжать.

Спенсер уже давно смотался, а Йен вжимал в стенку кабинки туалета девушку, которая запала на него, он в мыслях благодарил Ури за прекрасное окончание вечера. Брендон и Даллон ехали в такси и разговаривали, они быстро дошли до обсуждения личной жизни. Уикс сказал, что совсем недавно порвал с девушкой и теперь боится заводить новые отношения, у него страх, что всё закончится точно так же, и в тоже время его пугает мысль остаться одиноким до конца своих дней. – Я боюсь облажаться, Брендон. Я мечтаю о дружной крепкой семье и совмещать это всё удачно с работой, которая мне по душе. – А у меня СДВГ [2] и я не принял свои таблетки по расписанию. Я нестабилен во всём, Уикс. Изменчивое настроение, импульсивность и много чего ещё. Кто ещё из нас рискует остаться одиноким? Пилюльки делают меня заторможенным, чутка подавленным и заглушают желание сигануть в окно. Это хорошо и плохо одновременно, я не ?я?, когда нахожусь под действием ?колёс?. Даллон смотрел на него сочувствующим взглядом. Он знал немного про это заболевание. – Поддержка близких очень важна при СДВГ. Разве тебе не с кем обсудить твои проблемы? – Ты про друзей? Родителей? Второй половинки? У Спенса свои проблемы, я не хочу его грузить своим нытьем. Родители и так намучились со мной в подростковом возрасте, а девушки или парня у меня нет. – Оу… – Что? – Ты би? – Да. Ты тоже из тех людей, которые считают, что такие как я будут гореть в аду? – У меня и в мыслях такого не было. Из-за ориентации? Это полный бред, я так считаю. Есть вещи и пострашнее, из-за которых можно там оказаться.

– Не всем это объяснишь, Уикс. Я слышал много печальных историй, о том, как некоторые родители отворачивались от своих детей, когда те признавались, что им нравятся люди их же пола. Даже друзья были в числе тех, кто обрывал все связи после этого. Мне относительно повезло в этом плане. Когда я сказал матери о том, что я влюбился в парня, она отнеслась к этому с пониманием.

– Классно, и она предложила пригласить его к вам домой на ужин? – Нет. Тот парень был натуралом, и я любил его на расстоянии. Односторонняя любовь – это тот ещё садизм. Брендон вздохнул и уставился вперёд перед собой, они практически доехали до его дома. – Грустная история. Насколько был красив тот парень по шкале от 0 до 10? – Одиннадцать. Даллон хотел что-то сказать, но был прерван таксистом. – Приехали. Машина тормознула, Ури открыл дверцу, и было бы уже вылез из такси, но Уикс схватил его за запястье. – Брендон, слушай, если тебе вдруг что-то понадобиться или тебе захочется просто поговорить, то ты смело можешь мне позвонить, я всегда на связи. Мне плевать, что скажет мама, – произносит шёпотом Даллон, стаскивая с Брендона футболку. Дерзость в голосе Уикса заводит Ури не меньше его музыкальных длинных пальцев, скользящих по оголённым лопаткам. Их могут застукать родители Даллона в любой момент, чувство опасности разгоняет по венам кровь, большая часть которой устремляется ниже пояса.

Уикс целует торчащие ключицы, опускаясь всё ниже, указательным и средним пальцами растягивая кожу около соска в разные стороны, чтобы затем накрыть его ртом, нежно вбирая внутрь. Брендон хватает ртом воздух и кусает губы, сжимает на спине ткань фланелевой рубашки Даллона одной рукой, а другой притягивает к себе за волосы ближе. Даллон прикусывает зубами сосок и облизывает напоследок, перед тем как опрокинуть тело Брендона спиной на кровать из сидячего положения. Глаза парня закрываются в этот момент и открываются, когда губы Даллона касаются живота, чуть всасывая кожу. Он доходит до места, где девять месяцев Ури был соединён с матерью и обводит языком по кругу, соскальзывая внутрь и кусая за краешек впадинки. Когда Уикс добирается до края тёмно-синих джинсов, он расстёгивает ширинку и спускает их сначала до колен, а потом снимает с худых ног. Головка стоящего члена выглядывает из приспущенных чёрных трусов и притягивает к себе взгляд уже мало себя контролирующегоДаллона. Он долго ждал этого момента, когда к Брендону можно прикасаться вот так, без опаски быть упечённым в тюрьму за растление малолетнего. Уикс, превозмогая своё животное желание загнать хер в нерастянутую задницу, решает для начала подготовитьпарня. Средним пальцем он оттягивает резинку единственной тряпки на Брендоне и освобождает эрегированный член. Даллон наклоняется к нему сбоку, целуя около основания, а затем скользит приоткрытыми губами по нему, выдыхая тёплый воздух. Брендон прикрывает ладонью лицо и кусает костяшки пальцев, для него сейчас всё происходит впервые и спектр ощущений совершенно другой, совсем не тот, который бывает у него при просмотре порнухи. – Даллон, пожалуйста… Уикс не отвечает, а накрывает головку губами. Одной рукой он придерживает Брендона за таз, чтобы тот не сделал резкого движения вверх.Техника минета не отличается от сосания или лизания эскимо, так что сложностей в том, как доставить удовольствие – нет. Уикс плотно сжимает губы вокруг члена и плавно опускает, а затем поднимает голову вверх. Накапливающая слюна изо рта стекает вниз к основанию, где ладонь свободной руки распределяет её по всей длине. Брендон уже не может тихо себя вести: он стонет откровенно, бесстыдно раздвинув ноги. Ему тяжело сдерживать порыв продвинуть свой член глубже в глотку. – Даллон! – звучит жалобно, голос Брендона дрожит. Тот стягивает трусы и отбрасывает их в сторону, они сваливаются с кровати и падают на пол. Уикс медленно перемещает руку с члена на промежность и накрывает увлажненным пальцем анус, он массирует его круговыми движениями, а затем мягко продвигает палец внутрь. Он чуть сгибает его, нащупывая простату, в тоже время Даллон не прекращает сосать член Брендона, уделяя больше внимания уздечке парня. Ури елозит по простыне и просит о большем. Уикс разгибает палец и продолжает массирующие движения внутри. Он чувствует, что Брендон готов вот-вот кончить от его ласк и отстраняется. Ладонь с тазобедренной кости смещается на член и обхватывает его полностью, надрачивая в быстром темпе. Ури извергается тонкой прерывистой струёй спермы прямо на лицо Даллона, белые капли попадают на идеальные опухшие губы, начинающие заостряться скулы и чёрные как смоль ресницы. Ури впитывает в себя эту невероятную по красоте картину и тянется к Даллону за поцелуем. Вкус собственного семени на языке ощущается безумно возбуждающей вещью, Брендону нравится посасывать губы Уикса и кусать их, оттягивая на себя. Он снова твердеет и дрожащими пальцами пытается вытащить ремень из джинсов Даллона, и тот помогает ему в этом деле. – Я хочу тебя внутри, Уикс, – вожделенно произносит Брендон, смотря в серые глаза заволочённые пеленой похоти. Даллон входит в его задний проход двумя пальцами, Брендон хватается за шею Уикса и утыкается в неё лицом. Он ощущает каждое движение пальцев внутри, как они расслабляют его круглые мышцы и пропускают уже третий палец. Даллон делает всё медленно и плавно, убедившись, что Брендон готов для чего-то большего, он останавливается и вынимает пальцы. Достав из прикроватной тумбочки презервативы и смазку, Даллон раскатывает резиновое кольцо по члену и равномерно распределяет по нему лубрикант. Брендон наблюдает за ритуалом приготовления, поглаживая себя внизу, а как только Уикс касается кончиком члена входа, раздвигает ягодицы руками, чуть приподняв задницу над кроватью. Даллон входит головкой и продвигается сантиметр за сантиметром внутрь. Брендон стонет, выгибаясь, принимая Уикса, заполняющего пустоту в его крошечном в сравнении с ним теле. Чудовищное давление стенок с трудом позволяет продвигаться глубже, но оно дарует восхитительные ощущения. Даллон останавливается, войдя полностью, Брендон обнимает его руками и забрасывает ноги на талию, скрещивая на пояснице. – Ты можешь двигаться, Далл, – шепчет Ури и давиться стоном, когда Уикс делает два неглубоких толчка. Даллон выходит полностью из Брендона и входит до конца, потом ещё раз и ещё. Он находит руку Ури и переплетает их пальцы, Даллон сжимает её каждый раз, когда оказывается целиком погруженным в тело Брендона. Ури зажмуривает глаза от растекающегося удовольствия и вскрикивает от неожиданного проезда головкой члена по простате. Даллон запоминает её местоположение и начинает чередовать короткие фрикционные движения с более длинными. Парень под ним не умолкает ни на секунду, выкрикивая его имя, как шаман в приступе экстаза. Даллон выскальзывает из растянутой дырочки и врывается внутрь, ударяясь об кожу Брендона. Ури кричит и до крови обдирает шею Уикса ногтями. Даллон стонет в подушку, он расцепляет ноги Брендона и забрасывает левую себе на плечо, вторая остаётся лежать на простыне. В таком положении проникновение становится максимально глубоким, коленка Ури постепенно покрывается красными следами от пальцев Уикса, который сжимает её очень сильно.

– Смотри мне в глаза, Брендон, я хочу видеть, как ты кончишь, я хочу прочесть это в твоём взгляде, хочу видеть в отражении человека, который довёл тебя до такого состояния! Грубые толчки вышибают весь воздух из лёгких и доводят до хриплых постанываний.Ури открывает глаза и сжимается , крича в пустоту комнаты: –Джеймс!!! Вокалист встречает новый день на холодном полу ванной с голой задницей. Брендон закинул одежду, в которой был прошлый вечер, в стиральную машину. Ему казалось, что ткань пропахла насквозь новым басистом, а ещё он позорно кончил в штаны из-за мокрого сна.

Репетиции перед будущим туром они посещают без опозданий. Однажды Ури подвозит Даллона до дома после похода в магазин музыкальных инструментов. Уикс обзавёлся новым басом и сейчас он покоится на заднем сиденье автомобиля в чехле.

– Почему ты выбрал бас, Даллон? – спрашивает Брендон, притормаживая перед светофором.

Уикс явно был в прекрасном расположении духа, и поэтому шутливо ответил: – Бас сексуальнее.

– Хах, ну вы идеальнодополняете друг друга. Ты так долго крутился около одного экземпляра, почему не выбрал его?

– Пока не могу себе такое позволить, но я ещё вернусь за ним, обязательно. ?А я могу? – хотел произнести Брендон, но не мог. Пока Уикс любовался покупкой на кассе в магазине, Брендон втихаря попросил консультанта упаковать тот бас, который Уикс не хотел выпускать из рук. Через день Ури доставили его на дом, он распаковал покупку, чтобы убедиться в том, что никаких повреждений нет. Глянцевая поверхность оранжево-белого баса красиво смотрелась на солнце, уходящем в закат. Сидя по-турецки около окна, Брендон касался струн, перебирая их. Ури, довольный результатом, положил покупку в заранее купленный кейс и убрал в шкаф. День рождения Уикса ещё не скоро. Саундчек в месте проведения первого концертав новом туре с представлением альбома ?V&V? [3] проходит хорошо, техника работает как надо, и никто не слажал в исполнении своих партий. Брендон догоняет Уикса в коридоре, ведущего в их гримёрные, и тормозит. – Даллон, нам нужно обговорить некоторые детали, – говорит Ури. – Я слушаю. Уикс замедляет шаг и ровняется с вокалистом, Йен и Спенсер отдаляются от них. – Ты ведь видел наши прошлые выступления? Даллон задумывается, копаясь в собственной памяти, и отыскивает нужный раздел. – Допустим, что да. А что? – Хочу тебя предупредить заранее, что во время некоторых песен я… – Будешь играть роль сценического гея? – Да. Удивительно, у тебяспокойная реакция. – Спенсер мне об этом уже говорил, что ты мне это предложишь когда-нибудь. У меня есть вопрос, раз речь зашла об этом. – Ммм, ясно. Хорошо, какой вопрос? – Почему я? – Кроуфорду тоже сделано такое предложение, но он пока ломается. На тебя я возлагаю надежды, у тебя есть опыт, ты знаешь, что из себя представляет толпа, что им нравится. Наши фанаты по большей части – это молодёжь, состоящая из девочек и малого процента мальчиков. Мы их должны ?завести?, покорить, затащить в болото… Брендон увлеченно рассказывает и не замечает, как они уже оказываются около двери с их вывеской – ?PANIC AT THE DISCO?. – Окей, я тебя понял. А где предел у этой ?игры?? – Не потрахаться на сцене. Ури громко хохочет и открывает дверь. – Эй, парни, у кого-нибудь есть маркер или ручка? – спрашивает он. Даллон в это время стоит всё ещё за дверью и переваривает информацию. Он приходит к выводу, что это будет самый весёлый тур в его жизни. – Хуючка, – говорит Смит и кидает в Брендона гелиевой ручкой со стола. Йен тихо смеётся и настраивает свою гитару, до их выхода осталось пара минут.Вокалист возвращается обратно в коридор, и, сорвав колпачок зубами, подходит к неудовлетворяющей его надписи. – Ты только посмотри на это дерьмо!

Тыкает Брендон пальцем на вывеску. Даллон смотрит и понимает, в чём состоит недовольство Ури – отсутствие восклицательного знака. Он жирно выводит егои закрывает ручку. – Так-то лучше. Брендон представляет каждого участника группы и радуется, что публика приняла новеньких вполне дружелюбно. Ури видел в зале пару плакатов с надписями про Райана, но разобрать слов не мог. Фанаты раскачиваются на старых хитах и даже умудряются вполне сносно подпевать на новых. Ури не решается заходить в своих ?подкатах? к Даллону слишком далеко: мимолётные касания рукой по спине; один раз он клал руки на его плечи и чуть наклонял назад, чтобы поцеловать воздух около шеи Уикса.

Девчонки в первых рядах визжат и прыгают, как ошалелые, были и те, кто встретил такие действия с кислой миной. Они хотели видеть кое-кого другого на месте Даллона.

Конец шоу. Сет-лист, бутылки с водой, полотенца, медиаторы, барабанные палочки– всё это летит в толпу. Когда парни идут к машине, которая отвезёт в отель, их окружает толпа. Кому-то нужен автограф, кто-то хочет памятное фото или просто задать вопрос. Участники группы, несмотря на усталость, стараются не пропустить ни одной вытянутой руки с маркером и расписаться на том, что им протягивают. Они медленно продвигаются к машине, и всё идёт хорошо, но из неоткуда выскакивают пару фанаток, которые со злостью выкрикивают неприличные слова в адрес ?новеньких? и пытаются прорваться через остальных стоящих людей. Последнее, что слышит Даллон, садясь в автомобиль, и почему-то он точно уверен, что эти слова обращены именно к ему: – Ты никчёмен, ты никогда его не заменишь, даже не думай, что у тебя что-то получится, слышишь! Когда ребята усаживаются на задние сиденья, Спенсер говорит: – Не обращайте внимание, такие люди есть везде. Не всякий будет выражать слова благодарности, восхищения и любви, что вы спасли их жизни и прочее-прочее тому подобное.

– Любовь и ненависть – родные сёстры. От одной до другой путь короткий. Хуже них – безразличие.

Йен согласно кивнул и стал шарить по карманам своей куртки, проверяя, на месте ли его пачка сигарет. Даллон привалился лбом к стеклу и прикрыл глаза. В чём-то та фанатка была права, он считал себя никчёмным, когда сидел в кромешной темноте спальни с лезвием в руке. – Самый лучший подарок для меня? Даллон, испытывающий постоянный недосып, мечтал всю неделю о здоровом сне. Хотя бы в эти краткосрочные выходные, но его и Брендона вытащили на небольшое интервью. – Сон находится на первом месте в списке подарков, которые я хотел бы получить. – Думаю, я тоже скажу ?спать? вместе с тобой…– произнёс Ури, задумавшись над сказанным. – Простите, это не так должно было прозвучать. Ури прерывает неловкую тишину смехом, а Уикс улыбается и поправляет край воротника рубашки. Его коллега плавно перетаскивает их ?отношения? со сцены в реальную жизнь. Уикс подыгрывает ему, но он обязательно спросит у Брендона, что это всё значит. Даллон краем глаза иногда замечает взгляды Ури, которые тот бросает в его сторону, он уверен, что таковых гораздо больше.

Брендон смотрит, как басист занимается привычными делами. Он ?зависает?, глядя на то, как двигаются пальцы Уикса, когда тот играет на басу. Брендон наблюдает, как Даллон разминается перед каждым выступлением, доставая руками до пола.

Брендон ?похищен?. После ?немного? палевного интервью Ури застаёт Уикса читающим, какую-то книжку. На часах пол первого ночи и сон ни в одном глазу. В мыслях мелькали весёлые картинки с рейтингом восемнадцать плюс с участием Даллона, которые толкали на принятие глупых решений. Например, одно из них: – Хей, что читаешь? – Теперь и тебя бессонница взяла в свои заложники? – спрашивает Уикс, положив книгу себе на живот. – Доктор Кто[4]. Обожаю его! – Ммм, слышал о таком. Ты, судя по гардеробу, фанат Одиннадцатого. Твидовые пиджаки, бабочки, подтяжки…Можно прилечь? Брендон стоит около спального места Даллона и ждёт, когда он подвинется, освободив ему место. Уикс молча придвигается к стенке, а Брендон, сбросив обувь, ложиться рядом с ним. – Говорят, что чтение книг отличное снотворное, – произносит Ури. – Мне почитать вслух? – спрашивает Уикс, беря в руки книгу. – Можем по очереди, люблю истории про перемещение во времени.

– ?Назад в будущее?… – О, да! Ахриненные фильмы! – Согласен. Я начну? – Да, давай. Введи в курс сюжета. Вокалист переворачивается на бок и придвигается чуть ближе к Даллону. Уикс начинает читать. Они менялись около пяти раз и читали диалоги по ролям, когда вновь наступила очередь читать Брендона, Даллон не услышал от того ни слова. Ури, привалившись к плечу Уикса, уснул. Даллону жалко будить парня, поэтому он закрывает книгу и тихонько запихивает её под подушку. Басист не замечает, как его глаза закрываются, и он погружается в сон.

Брендон просыпается ранним утром, и первое что он замечает, так это то, что лежит не в своей кровати, а в чужой. Ури убирает свою руку, запрокинутую на грудь Даллона, и ногу, лежащую между ног басиста. Второе, что он подметил, так это шторку, которая скрывала их от глаз членов команды и остальной группы. Для Брендона это было облегчением. Ури хотелось выдать медаль Даллону за предусмотрительность, хотя благодарить нужно другого человека. Новый город и выступление перед многочисленной толпой фанатов. После очередного сыгранного трека в переходе к следующему, Ури, пританцовывая боком, приближается к Уиксу. Даллон поворачивается вовремя и смотрит на стоящего перед ним вокалиста, тот тянется рукой к шее басиста и резко развязывает бабочку на нём. Не широкая полоска ткани отправляется в карман джинсов Брендона, её покачивающийся в воздухе краешек виднеется оттуда. Даллон потерял счёт всем вторжениям в личное пространство. В самом конце шоу на Брендоне остаются только трусы и Уиксу приходится уносить его со сцены на руках.

– Спасибо за ?доставку?, мистер Уикс! – произносит немного развязно Ури, держа в руке стаканчик с пивом. – Нет проблем, Брендон. Ты не хочешь мне вернуть мою вещь? – Вещь? Ты про бабочку? Если ты хочешь её забрать, то забирай. Брендон отхлебнул пиво и взглядом показал на свои спущенные по щиколотки джинсы. Даллон смотрит на него сверху вниз, поражаясь, что есть на свете люди, у которых нет комплексов по поводу собственного тела. Он не назвал бы тело Ури идеальным, но оно было привлекательным в некотором роде. Даллон не стал разглядывать его ниже пояса и произнёс: – Оставь себе. Уикс прошёл мимо него, идя в гримерку. Брендон выбросил остатки пива в мусорное ведро вместе со стаканчиком. Натянув джинсы, он застегнул ширинку, и поглубже запихнул трофей с шеи мистера ?упрямого?.

На следующем концерте эта бабочка украшала рубашку Брендона. Ури совершенно случайно услышал от толпы фанатов, стоящих в первом ряду, что ему ?слабо? поцеловать басиста. Брендон человек слова, и поэтому он подошёл, к стоящему около барабанной установки Даллону. Приблизившись к его лицу, он отстранил микрофон и прикоснулся губами к губам басиста. Короткое мгновение и зал ?взорвался?. По инерции Уикс потянулся за отстраняющимся Брендоном. Даллон не совсем понял то, что ощутил в этот момент. Он не знал, как реагировать на это. Его только что поцеловал парень, прилюдно. Они вместе творили на сцене всякую дичь, но до такого ещё ни разу не доходило. – Итак, извращенцы и извращенки следующая песня, имеющая длинное название, которое я забыл, специально для вас! – объявляет трек Ури. Концерт подходит к своему логическому концу. Парни валяться с ног и хотят побыстрее оказаться в горизонтальном положении на своей кроватке, желательно предварительно приняв душ. Уикс успевает раньше всех помыться и улечься на кровать, заснув мгновенно. Брендон был вторым человеком, подойдя, после похода в душ, к своему месту в фургоне, он остановился в проходе, привалившись к скрепляющей кровати балке. Вокалист смотрел на спящего Даллона, натянувшего одеяло до самого подбородка. Одна рука лежала на подушке, а пальцы на ней изредка сгибались.Брендон залюбовался. Черты лица Даллона смягчились, а губы были слегка приоткрыты. Волосы после душа до конца не просохли и казались абсолютно чёрными, ярко выделяющимися на белой наволочке. Ури наблюдал за тем, как тело опускается, делая вдох и выдох. Брендон не осознанно подстраивался под его ритм дыхания. У Даллона похож на манекен, когда спит. Но перетащить эту ?куколку? в свою кровать Брендон не может. Такой вид извращённого любования был в чём-то хорош. Ури не был ограничен временными рамками, когда нужно отводить взгляд, чтобы не быть пойманным за чем-то постыдным. Это просто наблюдение, можно смотреть, но не трогать. Этот факт огорчал. Они ещё не находились на таком этапе отношений, когда можно играть во взрослые игры. Брендон невзначай вспомнил документалку про Теда Банди[6], этот ?нейлоновый? убийца совершал действия сексуального характера с уже умершими жертвами. Мысли пугали до чёртиков. Брендон задумался о том, не начать ли вновь пить свои таблетки. Он не заметил, как сзади к нему подошёл Спенсер Смит. – Ну и чего мы тут стоим, Брендон? – произнёс Спенсер, напугав Ури. – Чёрт, Спенс, ты смерти моей хочешь? – Пока нет, чего ты не спишь? – спросил Смит и, заглянув через плечо Брендона, понял причину. – Я… – Таращишься на спящего Уикса?

– Эм. – Ты в курсе, что это ненормально? Окей, я сделал доброе дело и в прошлый раз прикрыл безобразие, но … – Это был ты? – А кто же? Конечно я! Не Иисус Христос же спустился с небес и закрыл своей портянкой срам! – Какой нахер срам, Спенс?! Мы же не голые лежали!

– Ещё бывы лежали в том, в чём мать родила! Я просто хочу напомнить тебе о том, что заводить служебные романызапрещено. Да, есть сраный пиар группы, который включает в себя ?брачные? игры на сцене и очень в редких случаях – в прессе. Но ты, блядь, заходишь каждый раз всё дальше и дальше. Останови эту лавину, пока она не поглотила всю группу. – Это такой толстый намёк, что я могу погубить группу из-за своей любви к этому человеку? – Погодь, ты что? Ты любишь его? – Да. Это не просто увлечение и временная страсть, Спенс. Всё серьёзно.

– Серьёзно, говоришь, а он в курсе? – Пока нет. – ?Пока нет?? Он может, пошлёт тебя нахуй с твоей любовью и уйдёт из P!ATD. Тогда нам придётся искать нового басиста. – И вокалиста… – Что? И думать забудь, о том, чтобы свалить, Ури. Теперь это твоя ноша. Мы поклялись друг другу, что группа будет жить, чтобы не произошло. Мы создаём музыку не только для себя, но и для других. Нельзя быть эгоистами. Это будет полный крах всего того, что мы успели сделать. – Хорошо. Ты в чём-то прав. А вот насчёт нас– нет.Я откроюсь ему, когда придёт время, и он примет меня. Если и отвергнет, то останется на ?корабле?. Даллон не глупый человек. – Ладно. Об этом можно говорить долго. Ложись спать, Брендон. Завтра у нас ещё одно выступление и мы вылетаем в Европу. Отоспимся в отеле хоть, наконец-то. – Леди и джентльмены, прошу минуточку внимания. Сегодня особенный день, четвёртое мая! – торжественно произносит Брендон. Фанаты потихоньку умолкают и ждут, что дальше скажет вокалист. Опираясь на микрофонную стойку, Ури поворачивает голову в левую сторону. – Сегодня день рождения у Даллона Джеймса Уикса! Давайте дружно все вместе искупаем его в аплодисментах и споём заезженную песенку! – громко произносит Ури. Свет прожектора оказывается на имениннике, который скромно улыбается, принимая поздравления. – Спасибо ребята, это очень классно и мило! – говорит Даллон, подойдя к своему микрофону. – Итак, мы, к сожалению, не успели подготовить тебе торт, но! – продолжает вещать Ури, ?нарезая? круги по сцене. – Есть подарок, который мне бы хотелось тебе вручить, Даллон. Ури удаляется за кулисы, там он берёт у одного из звуковиков заранее привезенный бас, тот самый, который он купил тогда в магазине. Держа инструмент за блестящий чёрный ремешок, Брендон возвращается на сцену. При виде того, что несёт в руке вокалист, у Даллона практически остановилось сердце. Он не верил в то, что видел.

Брендон шёл не спеша к стоящему Уиксу, чуть покачивая бас в воздухе. Остановившись в метре от Даллона, он протянул руку с инструментом вперёд.