Le Conte №7 (1/1)

За первые дни в замке Элки поняла несколько простых вещей. Во-первых, то, что время тянется очень медленно, когда нечем заняться, а ей буквально нечем. Единственные развлечения?— прием пищи в королевской столовой, куда только допускаются члены королевской семьи, прогулка в саду или по коридорам. Сирена изучала замок, бродила по коридорам и пыталась заглядывать в некоторые комнаты, однако гвардейцы запрещали, аргументируя запретом короля на посещение этих комнат. А во-вторых, то, что тишина может оглушать. Впервые она прочувствовала это в заточении, однако не ожидала, что и замке будет стоять тишина с редкими отголосками разговоров из далеких коридоров, постукиваниями каблуков о камень или дерево. Элки чувствует одиночество, несмотря даже на то, что за ней следуют две девушки: то ли служанки, то ли придворные дамы. Сирена понять не может их статус по одежде, ведь те одеты и не в платье служанки, но и как знатные дамы не выглядят. Она попыталась с ними заговорить, но те делают вид, что не слышат и не понимают. Хотя и слышат, и понимают прекрасно все, когда к ним обращаются другие жители замка. Она до сих пор не привыкла к некоторым правилам, но старается их соблюдать. Хотя бы те, которые слишком сильно очевидны и просты: приветствие по статусу, реверансы. Порой, особенно, ночью ей кажется, что она здесь как игрушка, трофей, и Намджуну плевать на нее. Хотя в действительности так и есть. Но ночью мрачные и угнетающие мысли закрадываются в ее голову и вертятся, пока сирена не уснет. А заснуть она долго не может, ведь человеческое тело слишком слабо к холоду?— несмотря на огонь в камине и на закрытое окно, ей очень холодно, что принимает свою истинную сущностью, чтобы хоть как-то согреться и уснуть. Элки в очередной раз после обеда выходит в сад. За это время она немного привыкла к местной еде, однако видит, что ей готовят отдельно. Порой даже кажется, что за это ее ненавидят, но сирена тут же отгоняет эти мысли, ведь не она выбрала такую жизнь, хоть сама все и подтолкнула к этому. Элки нравится приходить в сад, просто ходить мимо красивых растений, сидеть на скамейках и наслаждаться солнцем. Она не раз сидела на той скамейке, где состоялся первый разговор с Со Сынён?— дочерью вдовствующей королевы. Не может выбросить из головы последнюю ее фразу: ?Не ошибись только с выбором туфель?, ведь та донельзя проста и понятна, но Элки прокручивает ее из раза в раз голове, начинает сомневаться в правильности своего отказа от помощи графини. Однако сирена помнит предостережение королевы, не желает подпускать никого слишком близко к себе, пока не оценит расстановку сил, не узнает, кто на чьей стороне. Может, она и выросла под водой, может, она у них и нет дворцовых интриг, и все довольно архаично и подвластно неписанным законам, однако сирена?— принцесса, а наблюдать, думать, анализировать она умеет. Глаза так и норовят закрыться, и Элки не противится?— она их прикрывает, продолжая сидеть на скамейке в светлом платье, расшитым какими-то цветами. Порыв ветра касается ее кожи, приятно охлаждая и перебирая несобранную часть волос, которая струится по спине. Она слышит, как кто-то идет быстрыми шагами, и с каждым новым шагом стук каблуков становится все громче и громче, пока неизвестный не останавливается около нее и не говорит:—?Леди Элки, прошу, проследуйте за мной. Вас ожидает король. Элки открывает глаза и видит молодого парня с легкой небритостью и румянцем на лице. Она узнает в нем личного слугу и оруженосца Ким Намджуна. Сирена хочет съязвить, сказать, что никуда не пойдет, однако понимает, что если скажет так, то король точно не смирится с непокорностью. Но все же Элки не собирается так просто подчиняться, она специально медленно поднимается, расправляет нижнее и верхнее платья и отряхивает от несуществующей пыли, наблюдая, как паренек нервно переступает с одной ноги на другую. Сирена не может не улыбнуться, но тут же поднимает голову и отвечает:—?Куда идти?—?Я вас провожу,?— облегченно выдыхает слуга и разворачивается, прибавляя скорость шага, отчего сирена чуть ли не ругается и не падает несколько раз, пока идет к замку.—?Я, конечно, понимаю, что у короля дела, и раз он прислал вас, то это срочно. Но не могли бы вы идти чуть помедленнее? Я не успеваю, все-таки только четвертый день с человеческими ногами. Оруженосец что-то шепчет, но сбавляет темп, что Элки наконец может спокойно идти, не боясь упасть. За четыре дня и все то время, что сирена ходила по замку, она запомнила только некоторые коридоры, но продолжает в них путаться. Она помнит места, но не помнит, где они расположены и как к ним пройти, хотя уверена, что если увидит какой-нибудь опознавательный знак, то сможет выйти к знакомому коридору. Оруженосец доводит ее до другого крыла замка, до комнаты, в которую стража запретила ей входить. Он стучится в дверь и входит, обращаясь к королю:—?Ваше Величество, простите за задержку, но я ее привел.—?Пусть войдет, а ты выйди,?— доносится до Элки. Она дожидается, пока оруженосец выйдет из дверного проема, и только тогда входит, делая реверанс и говоря: ?Ваше Величество?. Сирена поднимает голову и видит комнату со множеством столов, разными вещами на них, травами, смесями в колбах. И слегка поседевшего мужчину?— лекаря, которого уже видела и который вытирает руки о белое полотенце—?Проходи за ширму и раздевайся. Тебя сейчас лекарь будет осматривать.—?Зачем?—?Мне нужно убедиться, что у тебя нет никаких отклонений, и ты здорова и можешь родить наследника,?— строго говорит король, смотря на сирену с полным безразличием.—?А вам, Ваше Величество, только это и надо,?— не спрашивает, проходит за ширму из деревянного каркаса и белой натянутой материи и начинает раздеваться с помощью своих приставленных дам.—?Только это и не больше,?— отвечает и присаживается на стул, наливая вино.—?Мне выйти в центр комнаты для осмотра? —?спрашивает, хотя в душе надеется получить отрицательный ответ. Элки стоит за ширмой в одной камизе, без чулков, и ей очень сильно некомфортно, ведь за четыре дня приняла некоторые социальные нормы человеческого мира.—?Да, Ваша Милость,?— говорит лекарь, тепло улыбаясь. Сирена кивает и растягивает губы в вымученной и неуверенной улыбке, но все же выходит и встает лицом к Намджуну, который и не скрывает своего изучающего взгляда. Лекарь рассматривает ее пальцы, волосы, из-за чего прическа полностью растрепывается, все остальные части тела, заставляет сделать некоторые упражнения, чтобы определить координацию. Элки все это терпит, хотя горечь и обида жгут горло, но пиком унижения для нее становится тот момент, когда лекарь просит расставить ноги, чтобы через зеркало осмотреть половой орган. Сирена смотрит с испугом, хочет уже возразить, отходит на несколько шагов, однако Намджун хватает ее за руку и сильно сжимает.—?Быстро делай, как говорит лекарь. Иначе я заставлю тебя унизиться до уровня обычной деревенской шлюхи,?— король отпускает руку сирены и отталкивает ее от себя, что Элки падает на стол позади себя, сшибая некоторые вещи. Ей страшно, холодно, она дрожит, но выпрямляется и делает, как сказал лекарь. Он что-то смотрит, делает очередную какую-ту запись и говорит, что он будет произносить слова, которые Элки нужно будет повторить. Та кивает и видит, как мужчина отходит к окну и смотрит куда-то в сторону. Он говорит обычное слово, которое Элки прекрасно знает, дальше еще несколько, однако с каждым новым словом приходится повторять слова, которых нет в человеческом языке, ведь она их прежде не слышала в речи людей, но эти слова ей знакомы, ведь они очень похожи на слова из их древнего языка и диалектов других подводных жителей. Лекарь заканчивает, снова что-то записывает и наконец поворачивается к Ким Намджуну.—?Леди Элки совершенно здорова и может родить наследника. Также у нее не выявлены дефекты в речи, и она способна к изучению других языков.—?А что насчет ее невинности?—?Мне сложно сказать, потому что до этого она была в совершенно другой форме. Но в данном виде она девственница.—?Отлично, так даже будет интереснее,?— говорит король и поднимается, собираясь уходить, скользя по фигуре сирены хищным взглядом.—?Простите,?— обращается сирена к лекарю,?— но на каком языке были последние слова?—?Это был галльский,?— отвечает король, не давая лекарю открыть даже рот. —?В чем дело, маленькая русалочка?—?Ни в чем,?— мило улыбается и идет за ширму, чтобы дамы помогли одеться и привести в порядок.—?Жду тебя в тронном зале, как закончишь,?— на выходе из помещения говорит Намджун, и Элки кидает на него презрительный взгляд. Рука до сих пор болит, и красный след проступает даже. Она так хорошо жила эти дни в полном одиночестве, видя короля только в столовой и не разговаривая с ним, что сейчас ощущение, будто ее швырнули в кипящую воду, которая обжигает внутренности, а не кожу. Сирена дожидается, пока девушки оденут ее и вновь соберут волосы, и выходит из помещения, направляясь в тронный зал. Она плохо ориентируется, однако эти самые девушки останавливает ее в неправильном направлении и направляют. Хоть за это Элки мысленно говорит им ?спасибо?. Она доходит до закрытых дверей, смотрит на них, но не идет дальше, собираясь с силами. Глубоко вздыхает и сама открывает дверь, не дав гвардейцам сделать этого. Проходит с высоко поднятой головой, с еле заметной улыбкой на лице и оценивающе осматривает зал, будто она уже королева. Скорее, не хочет. Несмотря на хорошее понимание языков всего подводного мира, ведь разные кланы перенимают часть человеческих языков того региона, в котором обитают, и части языков человеческого мира, то Элки не может читать и писать на любом человеческом языке. Порой, ей стыдно за это, ведь старшая сирена из королевской семьи клана Кин, но ничего поделать с этим сейчас не может. Время не вернуть же. Но успокаивает себя мыслью, что переключается между языками за какие-то секунды и порой теряет грань перехода с одного языка на другой. Хотя не у нее одной так. Их всех, подводных жителей, обучают всем языкам, в том числе и человеческим. Как-никак, у них статусы не играют огромную роль, и дети, в большинстве своем, все равны.—?Может, вам почитать, леди Элки? —?единственный вопрос от Чан Еын, который услышала сирена и на который ответила отказом. Больше фрейлины не пытались заговорить с ней. Только вечером, когда солнце начало садиться и окрашивать небо и облака в яркие цвета, сирена вместе с фрейлинами выходит в сад на вечернюю прогулку. Она проходится по саду, вдыхает сладкий и пьянящий запах цветов, которые уже закрываются, проходит около скамеек, на которых сидят редкие жители замка. В это время, сирена заметила, их не так много встретишь. Элки практически доходит до середины сада, забывая полностью про уставших фрейлин, и не сразу замечает новую персону. Замечает ее только тогда, когда та обращается:—?Не думала вас встретить на вечерней прогулке в саду, леди Элки. Сирена оборачивается на мелодичный голос и, видя графиню Чхве, делает реверанс.—?Добрый вечер, Ваше Сиятельство. Сегодня прекрасная погода, не так ли?—?Да, соглашусь,?— графиня приближается к Элки и останавливается на расстоянии вытянутой руки. —?Мало таких вечеров, которые хочется провести на свежем воздухе. К счастью, сегодня один из таких. Мне не очень нравится мысль бродить по саду каждый день, как делаете это вы. И не только вечером. Однако у каждого свои причуды.—?Это помогает мне почувствовать хоть какую-то свободу и не дышать спертым воздухом в замке,?— сирена просто отвечает, но в манере, которую задала Юджин. Унижение на унижение.?— Когда начнутся наши занятия манерам и танцам?—?Как скажет Его Величество король. Сейчас ему нужно уладить кое-какие вопросы.—?Буду ждать с нетерпением,?— Элки только слегка приседает, оказывая формальную вежливость, но не более. —?Как долго вы живете в замке?—?Года три с тех пор, как наш король, так скажем, ?купил? меня у короля Королевства Менсис, Тан Тэхёна. У них тогда была пустующая казна, и король Ким Намджун пообещал, что поможет, если в качестве обмена заберет меня. С тех я живу тут и ни в чем себе не отказываю,?— улыбается графиня, но тень грусти едва касается ее губ, что Элки сразу же замечает.—?Обошлись словно с… словно… —?сирена пытается подобрать нужное слово, но не находит.—?Словно со скотом,?— заканчивает за нее Юджин, улыбаясь и проводя кончиками пальцев по щеке сирены. —?Но знаете, леди Элки, лучше жить так, чем как было по прибытию в Королевство Менсис,?— графиня слегка прищуривает глаза, присматривается к сирене, но ничего, что ищет, не находит.—?А вы разве не оттуда? —?удивляется Элки, полностью руша надежды Юджин.—?Нет,?— отвечает чуть жестче, чем следовало, но тут же растягивает губы в улыбке и спрашивает:?— Как вам живется в замке?—?Вполне неплохо, пока короля рядом нет.—?Тогда крепитесь, потому что после вашей свадьбы вы будете видеться гораздо чаще,?— слегка усмехается и, разворачиваясь и отходя на несколько шагов от сирены, говорит, не оборачиваясь:?— И не смейте больше обращаться к королю на ?ты? и без уважения. Это первый урок этикета при дворе. Сирена продолжает так стоять еще некоторое время, обдумывая их короткий диалог и совет графини. Она бы прислушалась, но не будет, потому что не желает показывать себя послушным скотом, как выразилась Юджин ранее. Может, совет правильный и нужный, но сирена подчиняться не намерена. Намджун стоит на переходе между башнями, смотрит на спокойное море, на пустующую ?клетку? для русалок и не замечает, как к нему подходит Хосок. Уже стемнело, и звезды покрыли все небо, но королю сейчас не до мерцающих огней, ему бы решить самый важный вопрос, касающийся Элки, который не дает покоя все эти дни со дня ее обоснования в замке. Намджун знает, что королева должна быть образованной, иметь хорошие манеры и быть последовательницей их религии, роль которой за последние года сильно выросла, но не хочет позволять Элки получить это образование, хоть это и надо для статуса самого короля и Королевства. Тем более, что на их свадьбе и коронации будут присутствовать все знатные семьи четырех королевств и королевские дома этих королевств. Намджун не имеет права отказать им в их присутствии, ведь влияние в их регионе имеют только Королевства Аурум и Ноли, а Королевства Менсис и Дилиджентиа в некотором смысле зависимы от первых двух по тем или иным причинам. И для Намджуна особое значение имеет тот факт, что его отец?— король Аурума будет также присутствовать, и он не упустит возможность так или иначе унизить Элки. Ким не хочет этого допустить.Ведь только он имеет право унижать эту маленькую русалочку. И только ему доставляет истинное удовольствие видеть обиду и ненависть в чужих глазах. Намджун не желает лишать себя такой радости.—?Я только что видел Чхве Юджин. Она тебя искала,?— говорит Хосок, нарушая тишину. —?И просила передать, что будет ждать тебя в своих покоях.—?Хорошо. Я зайду,?— кивает Намджун, но продолжает стоять на месте. —?Но сначала определюсь, что делать с Элки. Не хочу портить секс с Юджин мыслями о сирене.—?И чем же тебя так завлекла эта девчонка? —?смеется граф, но продолжает уже серьезнее:?— Что такое?—?Вот думаю, нанимать ей учителей или нет. Я попросил Юджин обучить ее танцам и манерам. Это точно нужно, но вот насчет правописания, чтения на древних языках, арифметики, логики я не уверен. И тем более не уверен насчет боевых искусств. Что думаешь? —?Намджун поворачивается к другу и смотрит на того пристально, видя отражение проносящихся мыслей на его лице.—?Оставь то, что ты назвал. Это ей точно пригодится в замке, ведь она то и дело слоняется по коридорам и саду,?— наконец говорит Хосок, слегка хмуря лоб. —?А насчет боевых навыков… посмотри, как она будет справляться с базовым набором. Но я бы посоветовал стрельбу из лука. Безопасно и недоступно.—?А что насчет религии?—?Пусть принимает. Поговори с архиепископом,?— жмет плечами Чон и тут же улыбается, подмигивая.?— Я пойду, а ты не забудь, что хотел зайти к Юджин. Намджун смотрит на отдаляющую фигуру друга, а потом и вовсе в пустоту, обдумывая совет. Кажется, что это совершенно простое решение, однако королю ровно столько не нравится эта идея, сколько и нравится. Ведь необходимо же. Король и сам не раз видел, как сирена прогуливалась по замку, саду, а потом гвардейцы докладывали, как она хотела пройти в некоторые комнаты, которые являлись библиотекой, оружейной, кладовой, сокровищницей. Будто Элки знала или чувствовала, куда ей следует идти. Поэтому Намджун и запретил гвардейцам пускать ее в башню королевы Сон и не прогадал, ведь уже в тот же день сирена чуть не направилась туда. И короля поведение Элки пугает ровно столько же, сколько и поражает: она была совсем близка к важным помещениям в замке, но до сих пор не спустилась в пыточную. Хотя, по словам гвардейцев, она не раз проходила мимо спуска туда, но ни разу не останавливалась и не пыталась пройти, словно не видела смысла или это место не вызывало у нее интерес. Намджуну крайне любопытна эта сирена, ему нравится наблюдать за ней и смотреть, что та делает. Поэтому король на несколько секунд поворачивается вновь к морю и принимает решение, что наймет Элки учителей, а после разворачивается и быстрыми шагами идет в покои Юджин.