Глава 171 - Добыча 8 (2/2)

— Ладно, мне уже без разницы, редактировать будет слишком сложно… В наших руках оказался Уилджек, и он никак не начинал говорить. Он крепкий парень, но только не говорите ему, что я так сказал. Но, может, если это смотришь ты, то пошел ты, я ничего не говорил… хм… Вот тогда-то и начался самый шлак… — Изо рта сикера вырвался тихий рык, и он раздраженно нахмурился. — Никому не было достаточно того, что я изменился, что я вернулся служить верой и правдой делу, с которым я был с самого начала. Не было достаточно, что я отдавал все, что у меня было, без остатка. — Он начал вскипать. — Им, ШЛАК, было недостаточно того, что я вынес и пережил, и все равно хотел вернуться к тем, кто меня предал и оставил ржаветь! А затем появляется Шоквейв, и меня снова отодвигают в сторону?! Мегатрон относился к нему так, словно все эти годы он никуда не пропадал со всех радаров и не прерывал связь! Он обращался с ним так, как будто… как будто он ему какой-то друг! А чем был я?! Просто временной необходимостью?! — Он мрачно посмотрел в камеру, больше не скрывая оскала. — Он дал ему все, чего тот хотел! Этот одноглазый урод того не заслужил, но он просто махнул манипулятором, и все сделано! А Мегатрон сидел на бампере так, словно я не сделал НИЧЕГО! Да единственная причина, по которой у этого глюка вообще ЧТО-ТО было, это Я, а он не сделал ничего, чтобы отплатить мне за мою преданность! — Тяжело вентилируя, он фыркнул, охватившие его эмоции начали утихать. — Я мог бы пойти к Автоботам. Серьезно, мне стоило так и сделать. Но у них были все причины опасаться меня в то время… если честно, как и в любое другое… — Его оптика закрылась, но затем вновь полыхнула обжигающей яростью. — Но как это оправдывает этот толстый бампер, когда он заменил Шоквейвом и его… — Старскрим быстро замолчал и замер.

Ему потребовалось много времени, его выдохи и чуть вздымающаяся нагрудная пластина были едва заметны на экране. Наконец, он снова смог продолжить:

—… Шоквейв сделал ужасную вещь, когда он это сотворил, — тихо произнес сикер.

Его оптика невидяще уставилась в пустоту перед ним, пока он продолжал говорить, словно он пытался рассказать об испытанном, но при этом отключиться от собственных слов.

Старскрим плотно свернулся в кресле и вздрогнул, пытаясь не думать о том, что он рассказывал:

— То, что он сделал, противоречит самому моральному коду. То, что вымерло, не должно возрождаться вновь… Я буду первым, кто это признает, я недостаточно силен, чтобы назвать имя существа, но если кто-то это смотрит и вам надо узнать, что случится в ближайшее время, я могу сказать, что П… — Сикер поморщился, цепляясь манипуляторами за нагрудник. —… Шоквейв сотворил Пр… Предакона…

Меха охватила ужасная дрожь, и он помахал на себя манипулятором, чтобы подсушить омыватель в оптике.

— Я, э… Я не сильно хочу об этом говорить… Но П-Предакон вызвал кучу проблем для обеих сторон… особенно, когда обнаружил, что является разумным и может трансформироваться… Эм… — Он крепко сжал кулаки, пытаясь вернуться к основной мысли. — И-итак, Оптимус получает апгрейд, да такой, что теперь он может летать… Ультра Магнус тоже появляется… Мегатрону понравилось, когда вокруг него летает огромное огнедышащее оружие, так что он приказал Шоквейву сделать побольше таких, а меня заставили помогать Предакону искать останки, чтобы извлечь из них код… Автоботы много вмешивались, чему я был не особо-то и против, поскольку это накладывало тень на проекты Шоквейва… Думаю, Мегатрон был чересчур рад назначить меня ответственным за то, чтобы сделать Пр… Предакона более управляемым… У меня это не слишком хорошо получалось… Затем… Я понял, что торчу на Немезиде чуть больше, чем мне бы хотелось. Нокаут отправился на миссию по поискам останков Предаконов и почти притащил с собой агента Фоулера и мать Джека…

Чем дольше Старскрим сидел, вспоминал и рассказывал свою историю, тем заметнее его покидал голос. Он громко прочистил горло:

— Е-если честно, я был даже рад, когда мне доводилось проводить время с Нокаутом и просто жаловаться, даже если он не слишком-то участвовал в разговоре. Все эти сплетни, нытье – в то время только они и давали мне силы идти дальше. Мы с ним провалили весь шлаков эксперимент, смешав неправильный синтетический энергон с темным. Мы ввели его С.А.Й.Л.А.С.у и превратили Немезиду в декорацию к фильму ужасов. Нам с Нокаутом удалось исправить этот беспорядок, Саундвейв отправил сбежавшую Эйрахниду и Инсектиконов куда подальше, а С.А.Й.Л.А.С.а убили… Нокауту пришлось передать свои разработки Шоквейву… Меня снова избил Мегатрон… — На его фейсплейте мелькнуло уязвление, а рот скривился. — Почему он всегда поднимал манипулятор только на меня? Никогда на Брейкдауна или Нокаута. И уж точно не на Шоквейва или Саундвейва. Когда что-то идет не так, мне совсем не обязательно быть виноватым, чтобы все равно стать целью его гнева… И я никогда не понимал… — Он на секунду замолчал и поставил опустевший куб на место, а затем скрестил руки, по-прежнему избегая взглядом камеры. — Примерно в то время Предакон осознал свою разумность. Я постоянно твердил Мегатрону, что идея с армией Предаконов обречена на провал, и ему потребовался один лишь взгляд на этого зверя, чтобы признать мою правоту. Он, конечно, этого не сказал, но все равно было приятно… Так что ко мне наконец прислушались, когда я сказал «приведи Автоботов к проекту «Предакон», дай им его уничтожить». Мы закинули приманку, и Автоботы его уничтожили. Это разозлило Предакона и заставило его поклясться в преданности Мегатрону… Было обнаружено, что КНК Предакона, совмещенная во время взрыва с синтетическим энергоном, образует чистую киберматерию. Она была не очень стабильна, однако у Шоквейва были кое-какие наработки по созданию нового Омега Замка. Автоботы поймали Саундвейва, когда он отправился собрать припасы. После того, как Лазербик нашел и реактивировал его, Саундвейв вернулся с Рэтчетом в качестве пленника…

Когти Старскрима начали нервно стучать по его предплечьям.

— Мегатрон убедил Рэтчета помочь стабилизировать формулу синтетического энергона, чтобы восстановить наш дом. Но после того, как он узнал всю формулу, он попытался утаить ее от нас. Как только Мегатрон получил то, чего хотел, он бросил Рэтчета Предакону, но медик рассказал тому, что на самом деле случилось с остальными Предаконами – как Автоботов заманили, чтобы их уничтожить… Тогда Предакон отправился за Мегатроном. Я спас его, я спас этого идиота, и в благодарность меня снова оттеснили на второй план… И затем Автоботы ворвались на Немезиду… Это было похоже на хаос и шторм из плазмы, Саундвейва поймали между двумя порталами, что звучит ужасно, потому что так оно и есть. Нокаут попытался объединиться с Автоботами, за что его поймали. Оптимус и Мегатрон сразились… однако убил Мегатрона Бамблби. Мы с Шоквейвом спаслись в спасательной капсуле после того, как Немезида с помощью космического моста переместилась к Кибертрону.

Старскрим замолчал и начал глубоко вентилировать. Его корпус ужасно трясло, а из оптики катился омыватель даже несмотря на то, что он сам пытался это прекратить.

— Шоквейв убедил меня построить новую, более послушную армию Предаконов в память о Мегатроне. Мы создали двух, и они покинули нас почти сразу, как снова появился первый Предакон. Мегатрон тоже вернулся, одержимый остатками Юникрона. Автоботы снова вмешались. И снова выиграли. Они избавились от Юникрона, а Мегатрон был… Они… Я не мог… — Он прикрыл фейсплейт манипулятором. Его всхлипы стали отчетливее. — Он посмотрел мне в оптику после всего, что я сделал ради него. Всего, чем я пожертвовал, что пережил. Всего, чем я стал, чтобы осчастливить его. После всех этих избиений, жестоких слов, пыток и насмешек, что я недостаточно хорош… он сказал мне, что насилие – это неправильно… что то, чему он подверг остальных, было неправильно. Не то, чему он подверг меня, чем заставил стать, в его понимании это было нормальным, потому что теперь мое мнение по поводу всего было неправильным, и теперь я был сам по себе… и он просто ушел. Насилие – это неправильно, Старскрим, но мне плевать на тебя, ты получил по заслугам… И-и потом…

Его голос сорвался, и он низко опустил шлем. Сперва были слышны только глубокие рваные вдохи, после чего он внезапно заорал:

— МЕНЯ УБИЛИ! Предаконы загнали меня в угол и разорвали меня на куски! Первый воткнул когти мне в грудь, и затем я оказался тут, почти в самом начале этой шлаковой пытки, и Я ВСЕ ЭТО НЕНАВИЖУ! Я НЕНАВИЖУ ВСЕ! В конце всего этого я знаю, что встречу только муки и смерть, так какая разница?! У меня никого нет! У меня не было никого тогда, так почему сейчас я пытаюсь обмануть себя, думая, что Нокаут, Брейкдаун или Саундвейв останутся со мной?! Они не останутся! Они не остались тогда, так с какого шлака им делать это сейчас?! Это только вопрос времени, прежде чем… прежде чем это все… прежде…

Старскрим тяжело откинулся в кресле. Его поверженный взгляд был направлен куда-то в сторону от камеры, а его корпус выглядел усталым и потертым.

—… Насилие – это неправильно… вот где меня снова оставят. Сначала я буду думать, что все будет хорошо, а затем все снова исчезнет. У меня не будет никого, кто будет стоять рядом, не будет ничего, что я мог бы назвать своим… — Он пару раз быстро втянул воздух, а затем снова посмотрел в камеру. — Я не хочу этого признавать… но теперь, когда я не собираюсь оставлять кому-то эту запись, я могу спокойно заявить, что он не предназначен ни для кого… только для меня… Кое-какие из моих изменений, кое-какие мои риски, и вся эта заварушка, просто все это… Я заметил, что все смотрят на меня несколько более… Нокаут и Брейкдаун, кажется, больше хотят со мной разговаривать. Иногда они говорят так, словно волнуются. Саундвейв тоже. Мегатрон выглядит немного странным, но посмотрим, надолго ли это… Даже Автоботы. Но, мне кажется, самое заметное изменение произошло с Оптимусом Праймом.

Оптимус остановил видео, недоуменно моргнув. До конца осталось всего несколько секунд, и последние слова сикера были о нем? Прайм зашел слишком далеко, он не станет останавливаться сейчас.

Оптимус нерешительно нажал на воспроизведение снова, внимательно прислушиваясь к словам Старскрима.

— Он улыбается, правда улыбается мне. Теперь я замечаю это каждый раз. Какая-то часть меня беспокоится, что он чего-то хочет от меня: информации, помощи, не важно… но я еще никогда не видел настолько искреннего выражения… это словно… он знает, как сильно я стараюсь. Он знает, что у меня есть в запасе план, и все равно мне доверяет… Он говорит со мной с уважением и заботой и… даже после всего, что я сделал, чтобы изменить события, чтобы предотвратить некоторые вещи, я, кажется, нравлюсь ему… — Он тихо вздохнул, ерзая в кресле. — Но, возможно, это просто я пытаюсь найти друга хоть в ком-то. Наверное, я слишком преувеличиваю… и поскольку я и правда записал это видео не для кого, полагаю, это доказывает, что у меня и вправду никого нет…

Видео остановилось, экран погас. Голубая, широко распахнутая оптика Оптимуса не отрывалась от того места, где только что был сикер. Информация металась в его процессоре. Наконец, он глубоко выдохнул. Каким бы полезным ни было видео, ему не было дела до предстоящих событий или того, что могло произойти следующим. Прайм просто хотел снова увидеть сикера, улыбающегося, уверенного, может, немного заносчивого, но все же веселого. Он хотел, чтобы сикер был в безопасности. Оптимус хотел найти Старскрима, спасти его, и дать ему знать, что это видео все же было записано для кого-то.