Глава 8 Вся моя жизнь ради тебя, Джеймс Поттер. (1/2)
? Сириус в коме, Гарри? ***— Джеймс? — Сириус ошарашенно уставился на друга. Тот стоял напротив него, в чёрных джинсах, простой белой футболке и кожаной куртке, которую подарил ему Сириус на день рождения.. Последний подарок, на последний день рождения.
Тогда Сириус вручил эту куртку как знак того, что Сохатый скоро вырвется на волю.
?Скоро всё закончится, Джей. Обещай надеть её на первую прогулку после этого всего. В ней ты просто мечта любой девушки. Кольцо можешь оставить дома? За последнюю фразу Бродяга тогда получил щедрый подзатыльник от жены именинника, под звонкий смех гостей скромного праздника.— Почему ты без очков? — Бездумно выпалил Блэк первую мысль, что всплыла в сознании.Джеймс прыснул.— Это всё, что тебя беспокоит, Блэки?
Сириус нахмурился, друг улыбался своей фирменной улыбкой, которая посещала его физиономию каждый раз когда удавалась очередная шалость. Осмотревшись вокруг себя и не увидев ничего кроме белого, похожего на сливки, тумана вокруг, он вдруг лучезарно улыбнулся другу.— Шалость удалась, Джейми? Я умер?
— Чего ты радуешься? Ты, между прочим, бросил там ребёнка. — Джеймс сжал губы в трубочку. Эта привычка у него с детства, он всегда так делает когда что-то, старательно, обдумывает и скоро вынесет вердикт. Сириус не мог перестать улыбаться так, словно его пришибло бладжером. Как же долго он не видел любимую оленью морду. Любуясь, он даже не услышал, что ему только что сказал Джеймс, все его мысли были о том, что теперь он рядом с Сохатым, он наконец-то рядом с ним! Снова! Спустя столько мучительных, адских лет! И только это сейчас имело значение.— Да твою аваду через кедавру. — Фыркнул Джеймс, и, в два шага преодолев расстояние между ними, обнял лучшего друга.
Сириус готовился ощутить родное тепло по которому так соскучился, он даже зажмурился в предвкушении, но.. Ничего не произошло. Сириус не почувствовал ничего. Совсем. Ни тепла, ни тяжести чужих рук на своём теле, ни родного запаха, ни даже прикосновения. Он попытался обнять, сжать до хруста, прижать к себе так, чтобы весь воздух из лёгких выбило напрочь, у обоих, но его руки легко проходили сквозь Джеймса. Сириус отшатнулся в страхе. Джей, от неожиданности, нахмурился, но, тут же, видимо,осознав причину такого поведения друга, мягко рассмеялся.— Сири, это потому что ты не умер. Вообще-то мы тут все можем обнимать друг друга, и.. Каюсь, я не подумал, что.. Что с тобой может быть иначе потому что ты не умер.— Как это? — Сириус свёл брови к переносице. — Я же здесь. — Он развёл руки, как бы демонстрируя местоположение, так как понятия не имел, где собственно, пребывает.
Джеймс словно прочитал его мысли. — Не бойся, детка, это я. — Шутливо-соблазнительно произнёс он, ухмыляясь. — Это правда я, и ты правда здесь. Просто.. — Кареглазый вдруг хохотнул. — Просто ты – безбилетник. Бродяга, ты – псина по жизни. — Джеймс хохотал всё громче, и в любой другой момент, Сириус заржал бы вместе с ним, или толкнул рогатую скотину в бок, ну или любовался бы его приступом смеха.. В любой другой момент, но не сейчас. Бродяга был настолько ошарашен, что просто тупо пялился на друга, не двигая ни единым мускулом.
Заметив зачатки паники в серебряных глазах, Поттер заставил себя успокоится и, всё ещё давясь смехом, изрёк:— Ты не умер, Сир. Ты в коме. Но, жив. Ты ни туда ни сюда, понимаешь? Бродяга, ты даже умереть нормально не можешь! — Парень снова прыснул. Тут уже не выдержал и Блэк, расхохотавшись, от души, на пару с другом.***? Сириус в коме, Гарри?Эта фраза пульсирует в висках Гарри Поттера уже который час. Хотя, который сейчас час парень даже не знал. У него не было ни сил ни желания даже опустить глаза на собственное запястье украшенное отцовскими часами. Да какая вообще разница который час, день или год? Сейчас ничто не имеет для Гарри значения. Ничто кроме того, что он сидит на краю большой кровати в которой лежит его крёстный. Лежит так, словно спит, но сон его слишком крепок. Его не разбудит ни прикосновения Гарри, ни даже сжатие его холодных пальцев в тёплой ладони. Гарри проверял. Не раз.В последний момент, перед прибытием шишек министерства, Дамблдор дал знак Тонкс и та перенесла Сириуса домой, чудом их не заметили. Да, Фаджу дошло, что вернулся Волон-де-Морт, но это никак не помешает ему дать приказ убить ? беглого заключённого Блэка? а в данной ситуации, скорее, добить. Какой там гриндилоу у Фаджа вместо мозга проверять не хотелось, так что, дабы не рисковать Сириусом, его перенесли на Гриммо 12. Потом Дамблдор приводил сюда своего проверенного колдомедика и Мадам Помфри, вместе они осмотрели и Сириуса и Гарри. Поттеру просто нужен был отдых, и все его ссадины и порезы заживут, с помощью мазей и зелий, что оставила ему Мадам Помфри, а вот Блэк.. Колдодоктор лишь развёл руками. Он бессилен. После его ухода Дамблдор, с грустью, поведал Гарри, что это был лучший магический лекарь, и если даже он не в силах помочь Сириусу то..
— То, всё, что остаётся нам, мой мальчик, – ждать. Ждать и надеяться. Сириус..— Сириус жив. — Резко ответил Гарри. — Он жив и он очень сильный. Он справится.Гарри был зол. На всех. На себя за свою тупость, за то, что даже не подумал про сквозное зеркало, ведь свяжись Гарри с крёстным тогда, ничего бы этого не было, на Дамблдора за то, что тот не запретил Бродяге идти на битву, на самого Бродягу, который вздумал бросить его и разлёгся в коме, видишь ли.. И на Снейпа.. Да, больше всего Гарри ненавидел сейчас именно Нюниуса.— А пока, я убью Снейпа. — Холодно и решительно отрезал Поттер.— Гарри.. — Мягко начал профессор, явно подбирая слова, видя, что подросток сейчас из последних сил сдерживает крик отчаянья и боли. А ещё, судя по всему, опасаясь, что заслеплённый горем, болью и жаждой мести, Гарри наделает необратимых глупостей, с одному Мерлину известными последствиями.— Вы не имеете права его оправдывать и защищать, он заслуживает смерти. — Гарри слушал свой голос будто со стороны, он никогда не думал, что сможет когда-нибудь так говорить, а тем более, думать. Желать смерти кому-то так искренне.
Он никогда раньше не ощущал в себе столько гнева, горя и отчаянья, и даже голос его был словно не его.. Тёмный и тягучий, как та боль, что окутала его сердце несколько часов назад. Чем-то этот тихий, шипящий, но в то же время, пугающе, острый и ровный тон напоминал тот, на котором нужно разговаривать со змеями. Раньше Гарри стало бы, до жути, неловко за то, как он разговаривает с директором. Но, сейчас никакой другой интонации, абсолютно ни для кого, у него просто нет. Он будто выгорел снаружи, как свеча в стеклянном подсвечнике, когда воск плавится и там остаётся почти догоревший, обугленный фитиль, и углубление в воске до самого дна. Вот примерно так сейчас выглядела душа Гарри Поттера. И Дамблдор, казалось, отлично это понимал, потому делал вид, что не заметил грубости ученика и продолжал ровно, и максимально мягко, словно гладил котёнка по росту шерсти, успокаивая:— Гарри, поверь, если бы я знал где сейчас пр.. Снейп, я бы сам лично доставил его в министерство.— Он сбежал? — Гарри внутренне охнул. — Ну разумеется.. — Он поморщился так, словно увидел душу Нюниуса во всей красе. — Значит я найду его. — Парень решительно выпрямился сидя за кухонным столом, на своём месте. Напротив него сидел Римус Люпин, а стул между ними, во главе стола, оставался пустым, ожидания хозяина. Дамблдор сидел рядом с Римусом, и хмурился, поправляя очки-половинки, ему, явно, было не по себе, глядя на него Гарри внезапно вспомнил, что в Ордене Феникса первого состава Сириус был правой рукой Дамблдора, на пару с отцом Гарри. И только сейчас Поттер осознал, что старик чувствует не меньшую вину чем он сам, а может даже большую, ведь он – взрослый, умный и рассудительный, и если Гарри и Сириусом овладели эмоции – желание спасти, и страх потери близкого человека, то Дамблдор должен был трезво видеть ситуацию и не пускать Сириуса на верную смерть. Осознав это, и ещё раз взглянув на притихшего старика, Гарри почувствовал укол стыда где-то под грудной клеткой. То, что ему больно, не значит что не больно больше никому. Все, здесь присутствующие, любят Сириуса, каждый по своему и в своей мере, но любит, так или иначе. И Гарри не имеет права перетягивать всё одеяло горя на себя. Будто в подтверждение умозаключения Поттера, из гостиной вдруг послышались тихие всхлипы. Поттер, Дамблдор и Люпин вскочили с мест и бросились на звук. На большом диване, одиноко горбясь и теряясь в подушках, плакала Нимфадора Тонкс, а Гермиона Грейнджер, в попытке успокоить, поглаживала её по спине, утирая тыльной стороной ладони собственные слёзы. Обе волшебницы вздрогнули от звука шагов и обернулись, открывая заплаканные лица. Только сейчас до Гарри дошло, что на самом деле, Нимфадора провела с Сириусом, если не больше, то примерно столько же времени, сколько и он.. Она тоже любит его и ей тоже больно. Сердце парня защемило при виде заплаканных девушек.
***Впрочем, они были не единственными плачущими девушками сейчас. Там, на той стороне, глотала слёзы Лили Эванс, наблюдая эту сцену. За её спиной стояли два лучших друга, с повлажневшими глазами, часто моргая, в попытке сдержать слёзы.
— Так вот значит как это происходит? — Чуть неровным тоном произнёс Блэк, кивая на некий портал, что образовывался прямо в гуще, похожего на взбитые сливки, тумана, через который, словно через сквозное зеркало, было видно происходящее в гостиной дома Блэков.— Не всегда. — Выдохнув, ответил Джеймс. — Обычно мы следим за Гарри сквозь личные маленькие порталы, в моменты когда он думает о нас, зовёт нас вслух или мысленно. Тогда мы можем попробовать связаться с ним когда он уснёт, пробраться в сон, на это, конечно, нужно много сил, но мы пытаемся и иногда выходит.
Переваривая услышанное, Сириус внимательно посмотрел на лучшего друга, приоткрыв рот в немом вопросе.— Да. — Кивнул Джеймс. — Я приходил к тебе в Азкабане, когда твои выкрики моего имени становилось слышать особенно больно. На эти визиты уходили все мои силы и потом приходилось долго восстановиться, но мне становилось легче когда я видел тебя, надеюсь тебе тоже..— Да.. — Пересохшими губами прошептал анимаг. — Ты даже не представляешь.. — Сириус почувствовал как дрожь пробирает всё тело, он вспомнил те моменты когда думал, что окончательно сошёл с ума.. Вспомнил как видел Джеймса..
После очередного полного боли, как физической так и моральной, выкрика самого родного имени, он, кажется, терял сознание, а потом.. Потом увидел Джеймса. Он успокаивал и обнимал Сириуса, шептал ласково: ?держись, пожалуйста, держись, родной. Ты нужен Гарри. Я люблю тебя, брат. Ты же сильный, Блэки. Самый сильный пёс в мире. Держись, пожалуйста.. Ради меня. Ради меня, пожалуйста. Ради Гарри, Сириус.? Джеймс шептал, крепко кутая в свои, самые тёплые в мире объятья, целовал в макушку, перебирая заросшую, грязную шевелюру. Совсем не морщился от омерзения, ему не было противно обнимать грязного заключённого. Может быть потому, думал Сириус, что они видели друг друга в абсолютно разных состояниях, от потного тела во время простуды, до сильной рвоты во время похмелья.
После таких видений Сириус, каждый раз, приходил в себя с одной и той же фразой на губах ?Ради Джеймса, ради Гарри? и с, непонятно откуда взявшимся приливом сил, терпел дальнейшие мучения, копил злость и обдумывал план побега.— Представляю.. — Отозвался Джеймс. — Ты затихал. Ты по-прежнему шептал и бормотал, звал меня, но какое-то время не так отчаянно и не с такой несоизмеримой болью. — Поттер, как обычно, прижался лбом ко лбу лучшего друга.
Они всегда так делали, вполне обычный для них жест. Только на это раз, Сириус, как не старался вжаться в ответ сильнее, так ничего и не почувствовал. Хотелось выть от отчаянного желания почувствовать, но он решил, что не стоит жаловаться, ведь он хотя бы видит и слышит. Это уже много. Гораздо больше чем было у Сириуса последние шестнадцать лет. Так что, он предпочёл не высказывать претензии вслух, а то и это отнимут.Джеймс тепло улыбнулся. — Я всегда приходил, когда мог, просто знай это. Я всегда слышу тебя, слышу всё, как ты говоришь, хоть вслух хоть мысленно. Я всегда рядом с тобой, родной.— И ещё, — подала голос Лили, оборачиваясь к Мародёрам. — Ты не виноват, Сириус. Ты ни в чём не виноват. — Лили Поттер улыбнулась, совсем как раньше, много лет назад. Тёплая, добрая улыбка. На ней даже было то самое белое платье, в котором она праздновала день рождения мужа.И глядя на улыбки своих друзей, Бродяга почувствовал как многолетний булыжник вины, который он сам вырастил у себя внутри, разбивается об искренность этих улыбок, и покидает уцелевшие клочья души. Сколько же лет он растил этот камень, сколько мучительных лет терзал и медленно убивал себя чувством вины. Скоро треклятых лет он мечтал попросить прощения у друзей за то, что тогда предложил дурацкий план по запутыванию следов. Сейчас Сириус Блэк готов разреветься как девчонка из-за сломанной помады.***Римус Люпин первым решился направится к плачущим ведьмам, он уже подошёл к дивану, по всей видимости, намереваясь сесть рядом с Дорой, но та вдруг вскочила на ноги, так резко, что вздрогнули все присутствующие. Не обратив на это совершенно никакого внимания, метаморфиня, утирая ладонями лицо, приблизилась к Дамблдору.— Есть зацепки, где Снейп? — Глотая всхлип, спросила она директора.
— Пока нет, — ответил тот. — но, я найду его. И он будет наказан.— Наказан? — Нимфадора нервно хохотнула.— Я убью его. — Встрял Гарри.— Дамблдору, в компании с Люпином, и, вышедшей из спальни Сириуса, Макгонагалл, стояло неимоверных усилий угомонить мини-отряд мстителей остаться на Гриммо. По крайней мере пока. Пока Дамблдор не обнаружит местоположение бывшего декана Слизеринцев.?Гарри, ты нужен крёстному. Когда он проснётся, ты должен быть рядом. А проснуться он может в любую минуту.?? Дора, Гарри один не справится с уходом за взрослым мужчиной. Да и вообще, мало ли что он может сотворить от отчаянья. Так как Римус нужен мне в Ордене, ты единственная кому я могу доверить Сириуса.. Сама понимаешь, если я приглашу Молли, Сириус мне этого никогда не простит.?Эти слова, сказанные каждому наедине, возымели ожидаемый эффект на обоих адресатов. Гарри и Нимфадора не отходили от Сириуса. Гарри даже спал в комнате крёстного, ведь кровать у него как и у Гарри, огромная. В доме кроме Люпина, Поттера и Тонкс осталась ещё и Гермиона. Она написала родителям, что пошла добровольцем в магический лагерь для детей, это бесплатно и там, за лето, она подтянет магические способности, что даст ей возможность в дальнейшем получить более высокие балы по окончанию школы. Она осталась с Гарри, постоянно поддерживая его и успокаивая. Терпеливо сносила все его вспышки агрессии, понимая, что это от отчаянья, а по ночам, стоя за дверью, слушала тихие всхлипы и шёпот ?крестный, пожалуйста.. Пожалуйста..?***— А мне здесь даже нравится.. — Расслабленно протянул Сириус, потягиваясь на тёплой, яркой траве.
Они с Джеймсом принимали солнечные ванны на пустынном лугу, лежа на спине и щурясь от яркого, тёплого солнца.
— Только есть одно но, Сохатый, какого боггарта я могу ощущать тепло солнца, но не могу чувствовать твои прикосновения? Так не честно, вообще-то, вы же с Лили очень даже чувствуете друг друга. — Бродяга скривил губы в полуусмешке.— Потому что тебе здесь не место. — Просто ответил Джеймс. — Ты не мёртв.
— Но, я и не жив. — Блэк повернул голову к другу. — Скорей бы уже..— Нет! — Внезапно резко ответил Джей, приняв сидячее положение. — Бродяга, нет, не говори так. Ты должен жить. Ты будешь жить долго и счастливо, и..Закончить фразу Сохатому не дал нервный хохот друга.— Ты себя слышишь, златорожек? Долго и счастливо? Ты серьёзно?
— Да. — Поттер кивнул с таким серьёзным выражением лица, что Сириус едва не задохнулся, толи от шока, толи от возмущения.
Не обращая внимания на реакцию лучшего друга, Джеймс продолжил:— Когда Гарри поймёт как тебя вытащить и сделает это, ты очнёшься и начнёшь новую жизнь. Полноценную жизнь, Бродяга, потому что ты этого заслуживаешь. Ты заслуживаешь дом и семью, которой у тебя никогда не было, и..— Ты – моя семья, Джеймс Поттер. И ты – мой дом. — Заявил Сириус, и в тоне его слышались оскорблённые нотки.— Разумеется, Сири. — Тепло улыбнулся Сохатый.— Но, я здесь. И отсюда мне уже обратно не попасть. Никогда не прожить той жизни, длинной и яркой, богатой на эмоции и приключения, о которой мы с тобой мечтали. Но, ты ещё можешь вернуться туда и, ещё ведь не поздно сделать это, Бродяга. Прожить ту жизнь и за себя и за меня. Сделай это для меня, братишка.Сириус задумчиво опустил голову, потирая пальцами лоб. Джеймс расценил это как добрый знак (по крайней мере, Борода слушает, не дуясь и не психуя) и, не теряя времени, продолжил:— К тому же, ты видел как убивается наш сын? — Козырь Поттер приберёг напоследок, добивая и обезоруживая. Гарри – лучше любого экспеллиармуса.