3 глава (1/1)

Всю ночь Захар ворочался в постели, ему снились ужасные кошмары. Во сне был тот самый трактир, где мужчина ужинал вечером прошлого дня, только вот люди были немного странные. Все они были отвернуты от чиновника, вскоре к мужчине подсел старик, но тот молчал, а Вышнеградский осматривался по сторонам, потому что ему казалось, что тот странный взгляд мертвеца будто был не один, будто их было очень много. И чиновник не ошибался, все посетители трактира, в том числе и старичок подсевший к нему, все обернулись и самое странное было то, что ни у кого не было глаз, складывалось впечатление, что их безжалостно вырвали. Захар не на шутку испугался и собирался бежать куда подальше от этого трактира, но не тут-то было. Когда мужчина вскочил из-за стола, перед ним появился мертвец, он был очень страшным, страшнее, чем в реальности. Вышнеградский стоял как вкопанный с широко открытыми глазами. И тут мертвый Акакий Акакиевич резво вытянул свою синюю мертвую руку и схватил за шею мужчину. Тот начал брыкаться, но наконец он проснулся в холодном поту от стука в его номер. Чиновник насторожился и осторожно подошел к двери взяв увесистую статуэтку. Захар Игнатович распахнул дверь и перед ним стоял глава столичного департамента и еще какой-то человек.—Здравствуйте, господин Выш...Вышне…О! Точно! Господин Вышнеградский! — воскликнул мужчина стоявший рядом с Ефимом Филатовичем.

—Я Егуп Алексеевич Данишевский, Ваш помощник со всеми делами и трудностями. Вы всегда сможете ко мне обратиться если возникнут сложности с работой, я ведь прекрасно понимаю, что вы только начнете работать и первое время Вам будет нелегко, но я обязательно буду помогать, — протараторил человек и как только закончил, широко улыбнулся.—Да-да, спасибо конечно, но я уже половину жизни работную Титулярным советником и у меня не возникнет никаких проблем с моей работой, так что я не уверен, что мне понадобится помощник, — Захар постарался вежливо отказаться от такой услуги, но не тут-то было.

—Захар Игнатович, Вы не можете отказаться, государство дает Вам руку помощи, и к сожалению, а может быть и к счастью, но у Вас нет права от этого отказываться. Государство заботится обо всех, никто ведь не хочет чтобы повторилась ситуация как когда-то с Акакием Акакиевичем? — тихо закончил глава департамента.— Но я ведь буду стараться поладить со всеми и за одеждой смотреть буду чтоб не отобрали, — возразил Вышнеградский.— А с чего Вы взяли что это все поможет гибели избежать? Вы уже успели выслушать нелепую историю от какого-нибудь сироты живущего на улице? Или быть может от пьяницы. На самом деле эта история, которая разлетелась по всему Санкт-Петербургу, ненастоящая, а вымышленная. Подлинник в разы страшнее, — без всяких эмоций и ужаса в голосе говорил Ефим Филатович.— Тогда чего же мы в дверях стоим? Проходите, гости дорогие, присаживайтесь и прошу меня простить за неубранную постель и мой внешний вид. Вы пока располагайтесь, а я на минуточку, — заторопился чиновник и схватив первую на глаза попавшуюся одежду и быстренько переоделся за ширмой. Далее выйдя с ночной одеждой в руках, он молниеносно и аккуратно заправил свою кровать, а уже потом сел напротив своих гостей и Ефим начал свой рассказ:— Жил у нас такой чиновник по имени Акакий Акакиевич. В нашем департаменте его все мягко говоря недолюбливали. И как-то раз, он связался с темним силами, что вскоре убило его и наградило только тем, что тащить под землю за собой людей срывая шинели и запугивая до смерти. Уж поверьте мне, я Вам не совру, да и тем более при дворе никто не лжет, — сидя выпрямился глава показывая всем видом, что он не только работает в департаменте, но и служит при дворе.—А Вы, Егуп Алексеевич, тоже как я понял благородных кровей, я имею в виду из придворной семьи?— поинтересовался Захар у Данишевского.— Ну в общем-то да, но не совсем. У меня есть брат Алексей, он богатый помещик, а наши корни из Польши, — отведя взгляд в сторону рассказал Егуп.

Хоть Захару Игнатовичу и было лет тридцать три года, но его главная черта была — любопытство.