Глава 47 (2/2)

— Саша, — Кусанаги посмотрел на девушку с непонятной жалостью, но с лёгкой ухмылкой. — Я тебе вечером счёт выдам за штрафы за эти два дня в баре.

— Поняла, ошибку осознала, убираю, — вскинула девушка руки и потушила окурок. — Так и что, кто будет передавать нашего тройного Предателя?

— Я пойду, — кивнул Мисаки. — И Бандо пойдёт.

— Чего? Я? — Бандо был возмущён, но всем было похер, его голос мало что решал в принципе.

— Ну, в таком случае, и я пойду, — хмыкнул Изумо, и на него все очень удивлённо покосились.

— Кусанаги-сан? Вы уверены? — Мисаки немного опасался такого решения, но оно было очень логичным.

— Если не я, то объявится либо Дженнифер, либо Микото, а это нам ни к чему, лишь потеряем время.— Что за... — Саша посмотрела на Рейши, который какого-то хера стоял до жмуриков довольный. — Тебя что-то рассмешило, мой гордый друг?

— Да, ещё как рассмешило, — Рейши усмехнулся, облокачиваясь на барную стойку и прикрывая глаза. — Что каждый в Хомре упорно продолжает игнорировать отношения между теми двумя, делая вид, что ничего не происходит. Сарухико нахмурился. Он знал о том, что Рейши на дух не переносил Дженнифер, пусть и старательно это скрывал, но кто бы подумал, что всё ничего же не происходит. Именно поэтому Дженнифер готова повесить на собственную шею петлю своего соглашения с Золотым и Серебряным Королями, чтобы спасти главного не понимает всего происходящего? Вы настолько слепы или глупы? — парень ухмыльнулся, вдыхая никотин в свои лёгкие. — Дженнифер никогда, повторюсь, Предателя. Вас же.., — тут Мунаката сделал паузу, окидывая всех взглядом, — удивляет и раздражает именно этот факт? Саше понадобилось провертеть его монолог в голове ещё раз, чтобы сложить все пазлы. Соглашение с Королями, чтоб его. Изумо не успел её остановить, она слишком быстро сорвалась с места, никто бы не мог так быстро среагировать. Кроме Рейши. Раздался звон двух энергий: Саши, попытавшейся напасть на Синего Короля, и самого Рейши, который поймал женскую ладонь и сдерживал её силу своей.

— Да, что тебе знать, — она попыталась ударить второй рукой, но и та была заблокирована. — О ней. Она всегда подставляется под удар, абсолютно всегда! Доказательства? Я бы была уже мертва, если это не было бы правдой! Её колено была нацелено ему прямо под ребро, что было очень умно, ведь ещё ночью девушка заметила там небольшое тканевое повреждение в виде воспаления и опухоли (Мунаката был настолько напряжён в последние дни, что на одной из тренировок пропустил удар). Но реакция Рейши была быстрее, чем её, и он зажал её ногу под коленом, защемив нервы.

— Кх, она всегда так делает, когда есть возможность! И знаешь, что ты сделал? — её рука оказалась свободной, и Саша не потеряла возможности схватиться за его шею. — Ты дал ей эту возможность! Она воспользовалась совсем секундным замешательством Мунакаты, ведь тот не сразу понял, что она не использует силу стрейна, а его собственную (за такое время Саша полностью подстроила её под себя. Окажись они на поле настоящей битвы и в более стабильных состояниях, у Синего клана могли бы быть огромные проблемы только из-за этой небольшой детали). Всего на секунду, такую короткую секунду, она перекрыла ему доступ к кислороду. Это его напугало, чертовски, если честно, ведь он полностью потерял контроль над всем, что имел, именно в эту грёбанную секунду (он о~очень надолго запомнит это мгновение).

Саша смогла сложить пазлы, как два плюс два. У неё всегда были вопросы о том, в чём причина таких отношений между Дженнифер и Рейши, и ей понадобилось пару секунд, чтобы всё осознать, стоило Королю немного взболтать лишнего. Так же быстро, как потерял контроль, Рейши взял себя в руки, почему Саша оказалась всем телом прижата к барной стойке, а её рука с силой заломлена ей за спину.— О, да, дорогуша, Предатель. Так скажи мне, почему же мне не смеяться над тем, что происходит? Сарухико вздохнул, почесав затылок. Мунаката Рейши никогда не отличался нормальным взглядом на вещи, а уж тем более характером. Но даже так, то, что он сейчас сделал было слишком" по двум причинам: во-первых, всю правду-матку высказал именно Синий Король, а, во-вторых, он был... прав. Саша и сама забыла, как дышать, когда он заломал ей руку. Она забыла, насколько травмирована, и даже каждый резкий вдох отдавался нескладной болью в мышцах. Сейчас же ей понадобилось очень много сил, чтобы в принципе начать дышать из-за резкой боли.

У неё была обида, такая большая обида. Мунаката привык ходить по головам ради своей цели, со стороны это смотрелось дико. Но Сашу мутило от того факта, что она точно такая же. Более того, пострадало людей ещё больше из-за её целей. И она не знала по большей части, стоили ли вообще эти люди чего-то.

— Знаешь, если бы она, и правда, уничтожила всех Королей, как ты и говоришь, то так было бы даже лучше. Ещё лучше, если бы я попала в этот список смертников. Так в мире стало бы на двух ублюдков меньше.

Она зашла за бар, схватила бутылку виски, но та сразу выпала из её рук и разбилась. Девушка посмотрела на травмированную руку и, коротко кинув что-то вроде "я заплачу", взяла вторую бутылку уже двумя руками и ушла наверх.

— Так, я не понял... — Мисаки тихо обратился к Изумо. Они оба сидели рядом и смотрели на это, как парализованные. — Они встречаются или...— Не, — хмыкнул Кусанаги. — Они трахаются. Это разные вещи.

Сарухико рядом закатил глаза, но всё-таки одобрил это высказывание, однако повисшее напряжение не давало никому более высказаться вслух.*** Акихиро, конечно, быстро догнал Дженнифер. Но некоторое время шёл просто молча с ней, позволяя всё переварить.

— Если мы сейчас не развернёмся и не пойдём обратно, нас найдут люди Зелёного Короля, мы подставим твой клан, а единственный план окажется на износ.

Он взял её за руку, и только тогда Дженнифер остановилась.

— Не нужно жертвовать собой ради меня, — вздохнул Акихиро. Дженнифер избегала с ним зрительного контакта, и ему пришлось поднять её лицо рукой, чтобы поймать её жгучий, обиженный на всех взгляд. Но с тем же потерявшейся, будто бы она не знает, что ей делать.

— Ты слышала их? Я — Никакого! Впервые с того момента, как девушка стала частью Красного клана и приняла их, как родную семью, она говорила нечто подобное о хомровцах и даже о своём Короле. Но даже вернись назад, Дженнифер сказала всё то же самое, что и сейчас, повторив слово в слово.— Да, ты Предателем, который эгоистично думает лишь о своих желаниях, чем героем, который отдаст себя в жертву из-за того, что чёртовы Короли решили показать, у кого из них больше прав на власть над обычными людьми, — она крепко сжала его ладонь, опуская голову. — Я устала разбираться во всём этом. Меня держит лишь чёртова привязанность к Хомре и Микото. Но страдать тебе из-за них, а уж тем более моих ошибок я не позволю. Называй меня наивной идиоткой или как тебе ещё там заблагорассудится, но я не могу так. Акихиро, не могу. Я тоже человек, я тоже умею чувствовать. Это было эгоистично с её стороны, настолько же эгоистично, насколько недавно поступил он, когда заставил признать её чувства к нему, дав ни одну причину, чтобы они не угасли уже так просто. Но Дженнифер знала, что Акихиро не даст ей сделать задуманное. Знала и злилась на саму себя, на чёртовых Королей, на все мир, но только почему-то не на него. Акихиро хотел сказать, он мог говорить ещё много и долго. Но не стал. Он лишь вздохнул, приобняв её и уткнувшись носом в её волосы.

— Не думай о том, что я спасаю кого-то. Забыла? Я же, по словам твоей сестры, эгоистичный мудак. Разве стал бы я что-либо делать без собственной выгоды? — мужчина посмеялся. Не умел Акихиро утешать кого-то, но обиднее всего было то, что именно её он не мог успокоить и дать обещание, что всё пройдёт гладко. Наоборот, мужчина не был даже уверен, что все выживут, не то, что он.

— О какой выгоде может идти речь, если я умру? Поэтому я не умру, — Акихиро прикрыл глаза. Он хотел будто бы выбить на себе иглами, выжечь как корень эти её прикосновения на коже, её облик по ту сторону века, её запах. Но тогда он окончательно потеряет себя, а вместе с этим и саму Дженнифер.— И когда я вернусь сюда, — он улыбнулся, мечтательно и грустно, и хорошо, что Дженнифер не видела его улыбку, — ты уже не будешь признавать свою любовь. Но я пойму. Дженнифер было больно, настолько больно, что впервые за долгое время, она хотела рыдать, не останавливаясь. Акихиро снова заставляет понять свои собственные чувства, снова направляет её действия умелой рукой, снова умудряется переубедить её. Как же она его ненавидела за это. Только за это. Больше, как не пыталась, ни из-за чего не могла.— Ты и есть эгоистичный мудак, который не даёт сделать мне хоть что-то, чтобы спасти такого идиота, как ты, — Дженнифер прижалась к нему сильнее, пытаясь хотя бы так скрыть свои слёзы, предательски покатившиеся сейчас по её щекам. — Ненавижу тебя за это. Ты никогда не даёшь мне сделать хоть что-то для тебя. Всегда всё пытаешься решить сам, меня же ограждая и оставляя в стороне, чтобы я не испачкала руки. Но они у меня и так уже давно по локоть в крови. Какой теперь уже смысл. Если бы он не влез, то она бы пошла в Золотой клан, собственноручно открыла затвор своей клетки, которая заставит её умереть в страшных муках и страданиях лишь спустя несколько десятилетий. Но Акихиро знал, что именно ему Дженнифер не сможет воспротивиться. И всё потому, что его жалкая шкурка была ей дорога настолько, что она была готова умереть.— Если только к тому моменту, я сама вернусь сюда, — тихо усмехнулась Дженнифер, крепко сжимая руками куртку Акихиро на его спине, стараясь унять дрожь. — Я ведь тоже... Она не смогла заставить себя договорить. Повторить с ним ту же ошибку, которую когда-то совершила с Микото? Нет, больше Дженнифер не позволила себе что-то подобное. Впрочем, в отличие от остальных, даже Микото, Акихиро не нужно было слов, чтобы понять её. Может быть, потому что они были слишком похожи, а, может быть, потому что он любил её. Акихиро в последний раз прижал её тепло к себе, а после отпустил и легонько потряс, будто бы говорил, что ей нужно собраться.

— Пойдём, здесь опасно стоять у всех на виду, — мужчина кивнул ей на дорогу и сунул руки в карманы, заставляя себя из всех сил не возвращаться больше к этому разговору и к этому притяжению никогда. Он чувствовал, это погубит их обоих.

Вошли они в бар, как в гробовую тишину. Никто не сказал о том, что произошло, но Саши не было видно, а на Мунакату все смотрели, как на тигра, который внезапно может наброситься. Да и сам Рейши как-то был слишком недоволен и задумчив. Так что вывод напрашивался сам собой.

— Твой кофе остыл, я приготовлю новый, — первый отреагировал Кусанаги, ведь с атмосферой в баре нужно было что-то делать.

— А мне стопку виски, — мало кто видел, как Бандо пьёт, но, видимо, ситуация была безвыходная.

— Итак, — Кусанаги взглянул на часы. — Мисаки, начинай обратный отсчёт. Готовимся к осуществлению плана.

— Да, сэр, есть, сэр! — ухмыльнулся Ята, поправив шапку. Дженнифер вздохнула, прикрывая глаза и морщась от собственнооо бессилия. Теперь пути обратно нет.