Туман слез // ГП // Джордж Уизли, Рон Уизли // Ангст // G (1/1)

*** Джордж, как и любой человек, любил иногда порыдать. Ничего страшного в этом не было. Случалось с ним такое, обычно, перед Фредом и исключительно в случае крайней вселенской несправедливости. К примеру, когда особо сильно задирал Билл или Чарли (Перси близнецов предпочитал не трогать на всякий случай. Они слишком легко могли дать ему сдачи).

Так вот, рыдания. Когда Джордж начинал рыдать, Фред всегда старался его утешить, так уж было заведено. Он обязательно забирался на кровать к брату, который тщетно пытался скрыть свой позор от мира, и легонько тыкал его в бок. Ничего не говорил, считая все эти разговорчики девчоночьей глупостью, но был рядом. Джордж всегда знал об этом и был очень благодарен. Годы шли, а детская привычка не пропадала. При любой несправедливости Джордж стойко держался ровно до того момента, пока не оказывался под одеялом в своей кровати. Следом появлялся Фред и их маленький ритуал проходил по все той же старой схеме.

После битвы за Хогвартс, Джорджа не отпустили в их с Фредом квартирку над магазином, а потащили в ?Нору?. Мама все смотрела на него с невыразимой тоской, а у Джорджа уже даже не было сил пытаться успокоить ее. Поэтому, обняв ее и всех остальных членов семьи, он отправился в свою старую комнату. В ней все было по-прежнему: даже старые записи, о которых они с Фредом забыли в спешке, лежали на столе. Его взгляд упал на старую кровать. Ни секунды больше не размышляя, он залез под одеяло и зарыдал. Он уткнулся в подушку, стараясь заглушить свой позор: как же, двадцать лет, а плачет как девчонка, но, видимо, ему не удалось, потому что в комнату кто-то зашел. Кровать продавилась под тяжестью чужого тела, а потом кто-то ткнул его в бок. Совсем как Фред. Джордж даже не поверил, что это действительно произошло, поэтому выглянул из под одеяла.

Рядом с ним сидел Рон. Весь заросший, ужасно печальный и абсолютно точно зареванный. Не выдержав, Джордж сел на постели и обнял Рона. Такую потерю один он пережить не мог. И пусть сейчас его глаза застилал туман слез, Джордж знал: однажды все образуется, пусть и не будет как прежде.