Time won't be enough to make you fall in love with me (1/1)

Закончив полив рассады, Энди, удовлетворённый результатом своих трудов, улыбнулся. Два месяца назад идея выращивать что-либо в сумрачных тонеллях метро казалась ему абсурдной, но спустя время он увидел, что хоть и медленно, но ростки тянутся вверх, стал внимательнее относиться к их поливу, и даже вызвался работать на электрогенераторе, вырабатывавшем энергию для ламп, заменявших для зелёного питомника солнечный свет. Его старания были не напрасны, например, на грядке с тыквами уже показался малюсенький рыжий плод. Внезапно Энди пронзило болезненное воспоминание. Рыжий... как локоны Ширли. С тем самых пор, как он поселился среди "пещерной" общины, она ни разу не попадалась ему на глаза, хотя он знал, что она живёт неподалёку, и даже слышал о ней от новых товарищей.- Что-то не так? - раздался мягкий голос рядом с ним.- Ох, доброе утро, Рем. Все в порядке, с чего ты взял?- У тебя лицо, будто ты призрака увидел.Энди на мгновение задумался, а потом решил честно рассказать о своих переживаниях товарищу.

- Понимаешь, та тыковка... рыжая... как локоны Ширли.Ремингтон присвистнул.- Безнадёжное дело. Она ни разу даже не взглянула в сторону наших парней.

- У неё просто не было времени влюбиться в меня! Я пропадал на чёртовой работе, и она даже не успела узнать меня, а теперь скрывается!Энди вкратце поведал историю их неудавшихся отношений с Ширли. Ремингтон выслушал, и внимательно вгляделся серьёзными лучистыми глазами в лицо друга.- Знаешь... Думаю, вам стоит поговорить... Ничего не обещаю, но я постараюсь это организовать.- Спасибо! Ты даже не представляешь, как это важ... - он замер на полуслове, увидев, что Ремингтон просто уходит, не слушая его.

С лёгким недоумением он пожал плечами, и вернулся к ежедневным делам. Говорили, что уже скоро они будут готовы подняться наверх и убедить глупцов, толкающих весь мир в бездну, в том, что единственное спасение - их план. Этот план оказался до гениального простым. Первое время Энди даже не мог поверить в то, что спасение всегда было так близко, на поверхности. Община планировала убедить всех, во-первых, в необходимости принятия "детского закона", во-вторых, все должны были объединиться, а имущество планировалось разделить поровну, и наконец, в-третьих, необходимо было вернуться к выращиванию продуктов питания без применения химических веществ: хотя это было гораздо более времязатратный процесс, он позволял избежать загрязнения окружающей среды и равномернее распределить нагрузку на почву, спасая её от истощения. В качестве аргументов за введение этих изменений они собирались использовать жизнь собственной общины. Это звучало смело до безумия, на границе с дерзкими мечтами, но Энди верил: это сработает. Троица братьев обладала редким даром убеждения, он испытал его на себе сам в тот первый день, когда очарованный мелодией, уснул, а наутро обнаружил себя в выделенном для него секторе с твёрдой верой в то, что люди, способные творить такую дивную музыку могут и изменят мир, хотя бы им и пришлось противопоставить себя миллионам. Тогда же он понял, что странным юношам принадлежит роль лидеров, хотя они сами отрицали это, говоря, что они лишь артисты, и ничего более.Несмотря на то, что все трое относились к нему, как к равному, и у него за всё время жизни в общине так и не появилось друзей ближе, Энди мысленно преклонялся перед ними. Они действительно были рассудительны и хотели другим лишь добра. Жизнь до и после представляла собой слишком яркий контраст, уже давно убедивший Энди в том, что правильно, а что нет: на поверхности люди устраивали митинги, в которых сами толпами и гибли; мародёры, пользуясь ситуацией, грабили, не боясь возмездия; все, от самого маленького ребенка до старика дрались и порой даже убивали за еду; не хватало питьевой воды, да и та, что была выглядела не лучшим образом, и лишь маленькая горстка богачей жила нормально, возвышаясь над хаосом, но и их возвышение было иллюзорно, и в любой момент они могли потерять своё ложное величие, тогда как здесь было достаточно воды, благодаря фильтрам и системе очистки, которые столько лет собирались соорудить наверху, но так и не продвинулись дальше проектов, а "подземные" имея подрукой лишь обломки, собранные на свалках, смогли воплотить их в реальность; здесь, внизу, всего было по минимуму, но никто не голодал и не страдал, каждый заботился о каждом, и если это не было лучшей моделью общества, то такой модели, должно быть, не существовало вовсе.