6. (2/2)

Тыльной стороной ладони провожу под носом, чтобы вытереть влажность на коже и обнаруживаю красный развод на руке. -Ну вот,-недовольно простонала я, едва не топнув ногой,-придурок довёл меня до давления,-чем я обычно не страдала. Вытираю платком ещё свежую, не засохшую кровь и прячу его в маленькой сумочке, висящей через плечо, продолжая дорогу.

Спустя ещё несколько минут пути, получаю в грудь уже знакомый мне тупой толчек в области лёгких и в голове зарождается странный, не мой голос. Может, мне кажется но… -Ааа блин,-шиплю я, зажимая пальцами виски, в которые как гвозди вколачивают, боль усиливается вместе с неясным бормотанием в ушах, заставляя болезненно застонать и присесть на корточки. Нет сил оторвать руки от головы, кажется, сделай я это и она треснет на две части, а так я держу её в целосности. -Ах..дерьмо..блин..что со мн…,-порция крови размером с кофейную чашку потоком выплескивется из моего горла и впитывается сухой землёй под моими ногами, пачкает балетки и джинсы красными брызгами. Я закашливаюсь, чувствуя как уже знакомо перекрывает дыхание и пронзает боль солнечное сплетение невидимым ударом. Если это месть Кая, о которой я буквально умоляла своей дерзостью, то..то мне конец. А если это мои старые друзья, то..то мне тоже конец - я слишком далеко ушла от дома и обратится за помощью мне не к кому. Превозмогая давление в висках, трясущимися от навалившейся слабости руками вытаскиваю из сумочки телефон, надеясь быстро отыскать нужный номер.. -Чёрт!-роняю телефон на землю, а голос в голове становится отчётливее и громче, настолько громкий, что перестают слышать шум природы вокруг, гул машин, а только эти незнакомые слова, повторяющиеся друг за другом и заново. Новая порция крови растекается по моей майке в сопровождении мигрени новой силы в голове, которую я терпеть уже не в силах, оседая на землю. С губ срываются неконтролируемые стоны и всхлипы, даже не рыдания, на них сил у меня не хватит. Телефон разрывается от назойливого, бесконечного звонка, наверное от Тайлера-я должна была набрать его, когда сяду в автобус. Растянувшись на обочине дороги, пытаюсь позвать на помощь, но из горла доносятся только слабые хрипы, булькания и сгустки крови, растекающиеся по обем щекам и шее. Вот теперь я готова задаться вопросом За что?,сраженная невозможным жжением в груди и горле, действительно не понимая почему Бонни идёт на это, она ведь всегда была пацифистка не меньше Елены, а теперь заставляет меня захлебываться кровью на холодной земле такого красивого леса. Это будет последнее, что я увижу? Хотя нет, даже этого я не могу увидеть, только красный цвет повсюду, только ощущение мокрого на ладонях, уже изрядно испачканых в комьях земли, которые прилипают к свежей крови, на шее, лице и груди.

Тело словно онемело от боли, словно оно и есть боль, спазмированные мышцы, окаменелые и этот раздражающий голос Беннет в голове, повторяющий заклинание. Кажется будто я стекол наглоталась и одно застряло в гортани, а часть уже переваривается в желудке.

15 минут оглушащей тишины в лесу, 15 минут оглушающего звона в ушах, даже сердца стук не слышно. Я в оцепенение свернулась калачиком на земле, не чувствуя под ладонями ничего, совсем ничего, хоть и намертво вцепилась пальцами в голову и не молчу, тихие поскуливания постоянно срываются с моих губ. -Хейли? Хейли! Хейли, мать твою! Отзовись, мелочь! Это Кай? Я правда его слышу? Это же его такой красивый грудной голос доносится откуда-то со стороны, пробиваясь сквозь этот писк в мозгу? Или это галлюцинация осенила меня от болевого шока? -Хейли! Но откуда он здесь? Пожалуйста, иди сюда,Малакай. Пожалуйста! Я здесь. Я пытаюсь позвать его, но мешает какая-то вязкая жижа во рту, заглушая мой голос, не пропуская ни слова, ни писка наружу. -Ммм!-я уже готова звать мамочку на помощь от нового ощущения, пронзившего все тело, даже кончиками пальцев ног чувствую это жжение в мышцах и я сдаюсь.

Перестаю сопротивляться ощущениям и начинает казаться, что все отступило. Но это всего лишь как замерзнуть в мороз, когда по-настоящему продрогнешь начинает казаться, что тебе тепло. И вот мне теперь тепло. До смерти тепло. -Ты меня слышишь, мелочь?-Кай приподнимает мою голову от земли, пытаясь отыскать хоть какие-то признаки жизни, встретится взглядом. Не обнаружив никакой реакции, пальцы стискивают правое запястье, прощупывая пульс.-Отличненько,-говорит сам себе, встречая хаотичное постукиваение жизни под тонкой кожей в сеточке переплетённых вен. -Хейли? Хейли, не теряй сознание. Я сейчас все прекращу, слышишь? Держись, я уже здесь. Держись в сознании, идиотка! Не слышу я ничего, не могу разобрать ни слова из того, что он говорит, только волнующий сердце звук голоса, перебивающий бесконечное тошнотворное бормотание ведьмы в моей голове и режущий слух писк. Я даже не чувствую прикосновений ко мне,из последних оставшихся сил держась в сознании и то,наверняка,только само ощущение боли даёт понять, что я ещё не отключилась. -Ну и паршиво же ты выглядишь, мелочь,-пальцы ведьмака погружаются в мои волосы, захватывая голову в свой плен и Кай начинает шептать уже знакомые мне слова наперекор словам Бонни, как тогда в его комнате несколько дней назад.

В глазах наконец появляется его размытый силует, который я узнаю всегда и из всех, вызывая в груди щемящий наплыв радости , что он здесь. И я хочу сказать ему об этом,но выдавить из себя получается только жалкие болезненные поскуливания. Я готова простить все, все обидные слова, забыть всю ту глупую ссору,только бы прильнуть к нему поскорее, в его успокоительный омут, в это его глубокое море неуравновешеного равновесия, я испытываю к нему такую разнообразную гамму чувств, с десятками оттенков и именно сейчас приходитэто осознание , видя его обеспокоенное лицо.

Глаза Паркера прикрыты, а между бровей пролегла складочка сосредоточенности, губы шевелятся в только ему известной таинственной силе,вынуждая магическое воздействие без шансов на успех покидать моё тело. Голос набирает силу и властную твёрдость с каждым новым повторением заклинания, за шкирку вытаскивая меня со дна этой тёмной бездны, и этот звук кажется мне приятной многозвучной мелодией. “Я тебя слышу”-на радостях пытаюсь ему воскликнуть, но во рту язык прилип к небу, удерживая слова в пределах грудной клетки. Пелена потихоньку уходит с головы и я отдалённо, кроме голоса Малакая, начинаю слышать шум поднявшегося осеннего ветра, играющего с редкой листвой на ветках деревьев, слышу звуки проносящихся на трассе машин.. К телу медленно возвращается прежняя чувствительность и яощущаю покалывание холода леса и человеческое тепло исходящее от Паркера, радость зарождается в каждой моей, очнувшейся от оцепенения, клеточке.. Кай резко замолкает, одновременно с ним смолкает и звон в ушах,исчезнув вникуда, и я закашливаюсь от непонятного очередного комка в горле. Парень переворачивает меня на бок, чтобы я могла избавиться от всей той дряни скопившейся во рту, что я и делаю незамедлительно, брезгливо выплевывая все, что могу. -Эй,Хейли,как ты?-взгляд красивых серо-голубых глаз нервно бегает по моему лицу, выжидая ответа, выискивая признаки серьёзных последствий, вкрадчивый голос Кая звучит как-то обеспокоенно, озабочено. -Все хорошо,-тише шепота отвечаю я, от невыносимого жжения слёз в глазах, от боли в горле, животе, голове, говоря неправду, естественно. -Встать можешь?-руки бережно придерживают меня за плечи, но я все так же лежу на холодной земле, не в силах подняться, не желая подниматься. Мне больно не только физически в разных частях тела, чувствую себя подавлено, чувствую себя раздавленной, слабачкой. В ответ лишь отрицательно качаю головой, поджимая губы, чтобы сдержать всхлип. Я такая жалкая сейчас, что даже не могу найти в себе духу посмотреть на него. -Иди сюда, толстушка,-поддевает он,чтобы как-то разрядить обстановку, и сгребает меня к себе на руки, отрывая от земли. Я не могу сдержать стонов боли, намертво вцепляясь пальцами в толстовку парня, оказываясь на руках и тут же утыкаюсь носом в его шею. Мне сейчас жизненно необходимо почувствовать его дурманящий сознание запах, его тепло, его мягкую кожу,я так соскучилась за этот час, я так нуждаюсь в нём сейчас. -Плакать будешь?-легонько подпрыгиваю на руках ведьмака от каждого шага по дороге в направлении дома. Снова отрицательно двигаю головой, ещё сильнее вжимаясь губами в шею, дабы сдержать непрошенные слёзы, а ладонь прижимаю с другой стороны его шеи-хочу касаться Кая,чувствовать его. -Умничка. Потерпи, это скоро пройдет,ну я ,конечно,обманываю тебя,это не пройдёт так быстро,как я обещаю,но пройдёт же когда-нибудь может быть. Знаешь, Всё-таки нужно было добить эту выскочку-самоучку Бон-Бон,это все сыграла моя человеческая слабость. Точнее, Люк сыграл во мне, не того близнеца я поглотил, нужно было Оливию.. Хотя нет, она ещё более сопливая, чем Люк, я бы не выдержал это бесконечное нытье в голове. Короче, они оба отвратительные сопляки, при чем с самого детства, веришь? Я когда-то решил напугать их в темном подвале.. -Забудь..что я сказала..кхе..за твою болтовню.. Она мне нравится,-шепчу яна ухо,честно признаваясь и ему и себе. За эти минуты проведённые без Кая, когда злости и обиде не осталось во мне места, это было единственное,что боль не смогла вытеснить. Чувства к этому идиоту не оставляли меня ни на минуту, какой бы силы воздействие не применялось, они пульсировали вопреки. Краем глаза замечаю едва заметную сдерживаемую Каем улыбку и не могу сдержать своей, но не подаю вида, что заметила это небольшое проявление, понимая, что это толькозаставит его снова оттолкнуть меня на необходимое расстояние. Остаток пути к порогу дома я сдержанно молчу, прижимаясь к телу Малакая, балансируя на грани сна и реальности. Мне паршиво так, как давно не было паршиво, я начинаю вспоминаю эти чувства, такие забытые за последние два года, вспоминаю всю ту ярость, живущую втихоря во мне, порожденную своей семьёй, как защитную реакцию на затаенную нанесенную обиду и непонимание.

Я снова вспоминаю борьбу двух моих сторон, перетягивающих одеяло каждая на себя, часовые рефлексии, взвешивания , уговоры массой аргументов. Я не могу позволить себе снова погрузиться в апатию тёмных мрачных цветов, слишком большая работа была проделана мнойС трудом улавливаю суть слов болтливого парня, цепляясь за неё как за маячок, ведущий меня к свету, не смотря на воплощение в нём самой тьмы. -Я хочу тебя,-с усилием выжимаю буквально из себя слова, пальцами повиснув на вороте футболки, оттягивая ткань весом руки,-ты нужен мне. Вкусно пахнешь. И голос...очень..красивый, успока..ивает.. -Ты извращенка, Хейли,-как же самодовольно это сейчас прозвучало. Победно. Удовлетворённо. Восхищенно. С наслаждением. Ему явно нравится моя нездоровая сторона, родившаяся во мне в тот момент, когда я впервые осознала мысль, что моя семья меня не любит, когда впервые услышала от мамы,что она жалеет о несовершенном аборте, что я ничтожество, я не должна была появляться на свет, что меня не хотели, не хотят, я не такая... -Да,-выдыхаю, удобней устраивая голову на плече.*** -Я уже 40 минут разговариваю сам с собой, у меня заканчиваются темы для разговора… "Быстро же ты сдулся,Малакай"-могла бы я сейчас пошутить, но мне не хочется произносить ни одного слова, мне хорошо лежать вот так, в моем оцепенении, под тёплым одеялом насыщенным пьянящим мужским запахом, и слушать весь тот бред, что Кай обсуждает без моего участия. Всегда удивляла и забавляла эта его черта характера, которая не к лицу ни одному парню в мире, но в случае Паркера-это отличительная черта, особенность, изюминка, добавляющая ему ещё больше шарма, харизмы, притягательности, обаяния...психопатости. И к прочему набору умений приплюсовуется ещё одна его способность-раздражать болтовней, он мог бы и до смерти заговорить своего врага, если магия внезапно перестанет ему помогать. -...нет, я, конечно, уже минут через 15 подумал, что ты уснула или прикидываешься спящей, но вовремя заметил ту дыру на обоях, что ты расковыряла пальцами и успокоился. Кстати, переклеишь мне обои. Кстати, они такие старые, что их уже не выпускают, поэтому я даже не представляю как ты будешь решать эту проблему, ну это так тебе, для справки. Наличку не принимаю, безнал тоже, только минеты. Ты, конечно, его не особо умеешьделать, но чёрт, мне почему-то это так нравится..,-экспрессивно произносит Малакай,-ну твоя непрофессиональность, неспособность, неумелость...как сказать? Неуклюжесть, да? Подходит? Нет, не то. Неопытность? Ну более-менее. Не.. Не.. Дерьмо, не могу вспомнить. Ну вообщем, твоё Не, это какое-то такое очень приятное Не, сексуальное Не, такое...такое.. Ну такое Не, которое я бы принимал три раза в деньи натощак. Мм, хорошая идея. Ты так не считаешь? Почему я сразу не додумался это сделать валютой, твоей оплатой за проживание в моём доме? Идиот. И вот подобную чушь я уже 40 минут слушаю, отвернувшись к нему спиной, к стене лицом ,пока он сидит в кресле-качалке недалеко от кровати и зудит хуже девченки. Как ни странно, но меня это успокаивает, умиротворяет, именно поэтому я до сих пор не психанула и не пресекла этого. Сегодня, сейчас для меня его излишняя разговорчивость не пытка, а сильнодействующее успокоительное, размягчающее мозг. Горячий совместный душ меня порядком разморил после произошедшего по дороге на остановку и до него я была как желе, а после, стала совсем размазня, еле дотащив себя до кровати, хоть на дворе ещё далеко не ночь, скорее, глубокий вечер. -Давай поговорим о твоей семье?Как зовут твоих братьев и сестру? Что дарили тебе на Рождество? У тебя тоже есть семейные фотографии в таких идиотских одинаковых свитерах? Всегда раздражал этот инкубаторский видок ,но отказать я не мог, поверишь? -У меня нет семейных фото,-едва слышно наконец-то отзываюсь я, впервые за весь вечер. -Ну Слава Богу, а то я уже хотел было сходить за зеркальцем,чтобы проверить если у тебя дыхание. Ты так не молчи больше, я могу решить что ты тихонько умерла и закопать тебя на заднем дворе. Почему? -Я не являлась их семьёй. Поэтому и нет,-мрачно отвечаю я, не чувствуястраданий, не переживая, просто чувствуя пустоту внутри от этих воспоминаний, холодное ужасающее безразличие.

Кай затронул мёртвую, отмершуючасть моей души, уже не в первый раз. Почему бы сейчас не ответить на все интересующие его вопросы, может тогда он отвалит от меня наконец. Хотя, возможно, это всего лишь очередная манипуляция Паркера, попытка прошупать ещё одни мои слабые места. Ну и пожалуйста, не могу же я вечно воевать с ним. Сейчас самое время ковырнуть мою поджившую рану. -Как ты переехала к своей маме-тете-Роуз или как ты её называешь?-он ещё и раскачиваться начал в этом скрипящем старом кресле. Отлично. -Я столкнула младшего брата с лестницы и он сломал обе руки. Это стало последней каплей,-мой голос звучал сухо, холодно и безразлично. -Жалеешь об этом? -Нет. -Повторила бы это? -Да. -И за что же ты так жестоко, я бы даже выразился, безжалостно расправилась со своим любимым младшим братиком, Хейли? Ух, как-то боязно становится от мысли с каким монстром мне приходится делить кровать. А с виду такая хорошая девушка, из порядочно семьи, а способная на такие мерзости. -Он взял мой мобильный. В очередной раз. За это и поплатился. Что-нибудь ещё?-мой голос звучит слишком резко и от прошлой слабости не осталось и следа. -Это единственный инцидент, Хейли?-Малакая так заинтересовал этот разговор, что он даже прекратил раскачиваться в кресле, нагнулся вперёд и облакотился локтями в свои колени, внимая. -Нет,-в том же спокойном тоне отвечаю я, продолжая отрешенно ковырять обои. -Расскажи,-мне сейчас показалось или в его голосе действительно звучала нездоровая заинтересованность? Не любопытство, а заинтересованность. -Что ты хочешь ещё услышать? -Что тебе за это было? Ну кроме ссылки в изгнание на 18 лет. Ой прости, это же меня упекли в параллельную вселенную, без шансов на самоубийство. А что было с тобой?-нет, он точно псих. -Меня никто никуда не ссылал. Тётя сама забрала меня, не выдержала. Отчим не расчитал силы и рассек мне губу за своего любимого старшего сынка. Подумаешь ,пара переломов и разбитая голова, это он ещё отделался лёгким испугом. -Продолжай.. -Как раз за два месяца до окончания школы, а потом тётя забрала меня к себе. Решила,что лучше мне закончить свою школу, а потом спокойно поступать в колледж. Она и до этого постоянно присылала мне деньги, иначе я бы в рванье ходила в школу. Таков был у них договор-мама постоянно винила Роуз во всех бедах, связанных со мной, во всех тратах и потому финансово я была зависима от тёти. И все каникулы я проводила в Мистик Фоллс с ними и моим двоюродным старшим братом,их сыном,он сейчас в колледже. Долгое время я не понимала в чем дело,что я делаю не так, почему мама вечно недовольна мной. Старалась учиться на отлично, постоянно помогала по дому, с младшим братом и сестрой, а в ответ получала фразы что я путаюсь под ногами, мешаю, все не так я делаю, неправильная дочь, зачем я лезу не в своё дело, зачем я вообще родилась такая безрукая, тупая, нужно было избавить от меня,когда я ещё не нанесла столько урона. -Что на счёт твоей младшей сестренки? Кстати, сколько ей? -15. Мелкая дрянь. Все время доносила на меня отцу по любому поводу-запах алкоголя, сигареты, парни, не сделанные уроки, разбитая чашка.. И мне каждый раз доставалось от него, а она тем временем стояла у него за спиной и ехидно улыбалась. -И как ты её наказала за это? Поделишься?Трудно сдержать удовлетворённую от содеянного улыбку. -Обстригла ей волосы, когда она спала,-тихонько смеюсь в одеяло, вспоминая тот ужас на её лице,когда утром Тиффани проснулась в окружении своих волос.-Ты бы слышал этот визг, да наверное вся улица это слышала. Мои оберезанные в наказание волосы стоили того. Она была похожа на головастика. -А самый младший? -Мы почти не общались с Беном. Его так хорошо настроили против меня, что я едва могу о нём что-то рассказать. Мы могли находится в одной комнате 2 часа и не сказать друг другу ни слова. Смешно, да? Маленький огрызок. -Ты их ненавидишь,правда? -Ага,-улыбаюсь сама себе. -Ты говорила про алкоголь, сигареты, не думал, что ты так рано пристрастилась к этим прелестям жизни. Расскажи про свой первый раз? -Я его не помню,-беспечно выдыхаю, выводя пальцами крупные узоры на обоях, чуть вынырнув из одеяла, отстраняясь от реальности, потерявшись в этих своих губительных эмоциях. Малакай намеренно вывел меня на них ,вытянув на поверхность все то дерьмо, от которого я два года пытаюсь избавиться. -Он был настолько хорош? -Нет,-я пожимаю плечами,-я не знаю какой он был. Я была пьяная, я не помню с кем.

Кай что-то невнятно бормочет себе под нос и смеётся. -Занятно, Хейли. Мило. Даже очаровательно. Обещай мне потом подробней рассказать про свою семью, уж очень интересно мне узнать по-больше о тебе.

Я так увлеклась разговором о своём богатом на событияпрошлом, что не заметила Кая, прильнувшего ко мне под одеялом. -А представь себе такую картину,-парень повернул меня на спину, устроился между моих ног сидя на пятках, закинув их себе на талию. Тёплые ладони мирно покоились на моей талии, на ребрах, не шевелясь. Комнату освещал высокий торшер, стоящий в изголовьи кровати, и его свет позволял разглядеть странный рисунок на футболке Паркера, смотрящего на меня взглядом с известным только ему блеском.-Представь себе картину, вспомни. Родители вернулись из больницы, нервно бегая вокруг твоего брата,-пальцы парня едва заметно двигались, поглаживая мои ребра через футболку,-внимание твоей семьи приковано к нему одному, а до тебя никому нет дела. Почти. Тебя видеть не хотят,велят запереться в своей комнате и не выходить, от чего твоя ненависть закипает с новой силой, бурлит прямо вот здесь,-пальцем указывает в самом центре грудной клетке. -Но наступает ночь и у тебя есть возможность рассквитаться с ними всеми за причиненные обиды, незаслуженную боль, побои на твоём красивом теле, одним разом отомстить за все, что тебе пришлось стерпеть. Ты бы повторила то,что сделал я? -Да,-не задумываясь выпаливаю я, не шевелясь, глядя глаза в глаза с Каем,взгляд которых в течение своего повествования словно гипнотизировал меня, сверлил ,через зрачки проникал в мозг. -Хейли,-возбужденно выдыхает он и обрушивается на мои губы с жадным поцелуем, попутно стягивая с бедер моё незначительное бельё, что я одела после душа,откидывая его в сторону.