Часть 20 (1/1)

Зелёная ?семёрка? ехала довольно долго?— за окнами успела промелькнуть добрая половина города. Промелькнуть?— потому что машину Лало водил лихо. ?Семёрка? не внушала такого доверия, как, например, огромный ?Гелендваген? Малиновского, поэтому Соня на всякий случай сжалась в комочек, вцепилась в ручку двери, а на особо крутых поворотах старательно вжималась в спинку кресла. Наконец цыган остановил машину возле жутковатого дома колоссальных размеров?— этажей девять в высоту и несчётное число подъездов?— Лошало припарковался у первого, а дом уходил влево, и его край терялся в буйно зеленеющих деревьях. Огромный двор был захламлён, как балкон среднестатистического катамарановчанина: горы щебня, залежи песка внутри и вокруг деревянной песочницы, выкрашенные чересчур яркими красками и тронутые ржавчиной кое-где погнувшиеся качели, турники, прочие гимнастические приспособления, развешанное разномастное бельё, лавки всех мастей… Огромный двор был на удивление пуст, очевидно, обитатели дома в массовом порядке отбыли на службу и в школу.Выпустив Соню из машины, цыган кивнул на дверь первого подъезда.—?Пойдём.—?Куда Вы меня привезли? —?озираясь, спросила Софья,?— Зачем? Отпустите меня, пожалуйста…—?Послушай,?— заговорил Лало, приблизившись к Соне,?— Поправь, если ошибусь. Ты ушла от мужа, верно? Верно. Продавала серьги?— тебе нужны деньги. Ты что-нибудь забрала, когда уходила из дома?Соня, насупившись, покачала головой.—?Деньги, вещи? —?настаивал цыган,?— Документы?—?Нет.—?Значит, убегала в спешке,?— резюмировал Лошало,?— Иначе хотя бы паспорт захватила бы. Муж не знал, что ты ушла? Сбежала? Почему? Вы поссорились? Из-за чего?—?Перестаньте! —?Соня даже отшатнулась под градом вопросов,?— Я не хочу говорить, я не буду… Что Вам от меня нужно? Вы хотите вернуть меня мужу? Или что-то получить от него взамен?Лало смерил её колючим взглядом.—?Мне ничего не нужно от твоего мужа,?— ровно сказал он,?— Он тебя обидел? Ударил? Напугал?Соня упорно молчала.—?Нам с Романэ нечего делить,?— продолжил Лало,?— Понимаю, это звучит странно, но ты ведь знаешь, чем мы занимаемся? Так вот, наши сферы влияния практически не пересекаются. Я не являюсь его конкурентом, напротив, нас в каком-то смысле можно назвать партнёрами. Стабильный нейтралитет, понимаешь?Девушка насупленно кивнула, а цыган продолжил:—?Так что я не собираюсь его шантажировать. Напротив, я хочу помочь тебе. Вам обоим. Ну куда ты пойдёшь?—?Уеду,?— надувшись, предположила Соня.—?Без паспорта? Даже если ты продашь наконец свои серьги, без документов тебе некуда деваться. Тебе нужна помощь, ведь так? Я могу тебе помочь, но мне нужно знать, что случилось. Ты мне не доверяешь, я понимаю, но ещё я понимаю, что тебе больше не к кому обратиться. Прошу тебя, поверь мне. Пойдём,?— он протянул Соне унизанную кольцами и браслетами руку. Помедлив пару секунд, Софья нерешительно вложила свою ладонь?— дрожащую, холодную?— в его?— тёплую, сухую. Он ободряюще улыбнулся и повёл девушку в подъезд.***К началу просмотра роликов Дарья чуть было не опоздала?— все уже были в сборе, даже Багдасаров?— какой-то потерянный, скучный, подозрительно тихий.—?Где ты опять ходишь? —?шёпотом спросила Ольга у плюхнувшейся в кресло Даши,?— Каждый раз одно и то же…—?Ага,?— рассеянно кивнула пиарщица. Оля закатила глаза.—?Можем начинать? —?глухо пророкотал Стрельников. Настя протянула Анатолию дискету, тот ловко вставил её в компуктер, экран замерцал. Все обратились во внимание.Экран под печальную музыку демонстрировал разбитую в пух и прах дорогу и не менее печального Марка Владимировича в джинсах и светлом пуловере бредущего куда-то вдаль. Одухотворённое и грустное лицо политика выражало всю скорбь катамарановского народа по хорошим дорогам. Внезапно Марк на экране остановился и рявкнул прямо в камеру, ни разу не заикнувшись:—?Так быть не должно!Музыка, как по заказу, сменилась бравурной и жизнеутверждающей, экран продемонстрировал группу рабочих, споро ремонтирующих ямы и ухабы чуть ли не прямо под ногами Багдасарова. Дополнял картину умытый и переодетый в чистое по такому случаю Игорь Катамаранов, на катке выравнивающий свежий асфальт.—?Работа уже идёт! —?провозгласил Багдасаров за кадром и тут же появляясь на фоне ремонтируемой дороги.—?Марк Багдасаров?— работал, работаю, и буду работать! —?воодушевлённо сообщил красивый дикторский голос. Видео оборвалось.Все, как по команде, повернулись к Марку. Кандидат заёрзал в кресле. Гриша покосился на Дашку?— вопреки его ожиданиям, она не хохотала над роликом и вообще сидела с каким-то странным рассеянным видом, на экран почти не смотрела, таращила глаза в стену, в потолок, изредка улыбалась. Стрельников кашлянул и быстро посмотрел на Ирину. Та сидела с каким-то озадаченным видом.—?Ну что ж,?— немного натянуто начал Гриша,?— По-моему, получилось довольно… э… неплохо. Свежо.—?Динамично,?— подсказала Настя.—?Да, убедительно,?— подхватила Ольга,?— А главное?— нет никакой привязки к выборам. Просто даём понять, что в городе есть небезразличный человек, который решает проблемы.—?А не будет так, что это воспримут, как должное? —?глухо спросила Ирина. От её голоса Багдасаров вздрогнул и поднял на адвоката какой-то затравленный взгляд,?— Думаете, обойдёмся без призыва голосовать?—?Ближе к выборам эти призывы всех мастей у населения оскомину набьют,?— парировала решительно Ольга,?— Все баллотирующиеся только так по старинке и агитируют, я уже проверила. Не исключено, что кто-то проголосует за нас вообще из вредности, в пику тем, кто призывает…—?За меня,?— вякнул Марк. Оля непонимающе обернулась. Ирина закатила глаза.—?Ты сказала ?за нас?,?— пояснила она. Марк просиял. Ольга с десятый, юбилейный, раз поймала ощущение, что они продвигают в мэры второклассника.—?Ладно,?— подытожил Гриша,?— Давайте дальше…Дальше экран продемонстрировал Марка, машущего руками чуть ли не на краю свежевырытого котлована под больницу в компании всё тех же рабочих и Катамаранова, не отрывающихся от процесса, а после жмущего руки растерянным, но бодрым врачу и почему-то водителю ?Скорой? на фоне той же ?Скорой?. И наконец?— старательно ремонтируемый Дом культуры, на пороге которого Багдасаров, светящийся от счастья, маячил в компании донельзя довольных Всеволода Старозубова и известной киноактрисы Алёны Пантелеевой.—?Артистку-то откуда взяли? —?тихо спросил Гриша, наклонившись к Ольге.—?Она местная,?— так же вполголоса ответила Оля,?— Случайно вышло… Она невеста вашего милиционера, Жилина…Гриша понимающе кивнул. Работа девушек его впечатлила.—?Красиво,?— подытожила Ирина,?— Молодцы.—?Должно выстрелить,?— согласился Стрельников,?— Как тебе, Марк Владимирович?—?Мне подходит,?— ажиотированно заявил Марк, косясь на Ирину, старательно его игнорирующую,?— Я, кстати, узнавал?— ДК закончат ремонтировать в субботу. Нужно торжественное открытие!—?Будет,?— кивнула Ольга, строча в блокноте,?— Организуем. Пригласим Старозубова и ещё кого-нибудь…—?Можно моих ребят-рокеров? —?спросила Настя.—?Можно,?— Оля метнула быстрый взгляд на Багдасарова, что-то активно вполголоса втолковывающего Грише,?— Молодые коллективы?— это очень хорошо, пусть захватят кого-то из своих, только поприличней, ладно?—?Я спрошу.—?Тогда я повезла дискету в телецентр,?— поднялась Ольга,?— Насть, договорись с музыкантами, кроме Старозубова, я его сама отловлю, остальные на тебе, ладушки? Даш!—?А? Что? —?встрепенулась пиарщица, благополучно провитавшая в облаках всё заседание.—?Отсмотришь вместе с Настюхой артистов для открытия ДК.—?Ага…Ольга вздохнула и промаяковала Насте ?проконтролировать?.—?Ну, всё? —?Ирина тоже поднялась с места,?— Я тогда домой. Гриш,?— тихо добавила она,?— Заедешь за мной, когда освободишься. Оль,?— она повернулась к подруге,?— Поехали, до телецентра подкину.—?Я в ДК,?— протрубил Марк, с сожалением косясь на удаляющуюся вслед за Ольгой Ирину,?— Нужно проконтролировать… Без меня никуда!—?Я такси вызвала,?— сообщила Настя, откладывая пейджер,?— Даш, поедешь?—?А? Нет… Я… Пройдусь…—?Ладно… Счастливенько…Когда в зале остались только ?Железные рукава? и пиарщица, Гриша подошёл к всё ещё потерянной Даше.—?Всё в порядке, мать? Ты какая-то сама не своя.—?А? Нет, всё в порядке! —?чересчур радостно воскликнула Даша,?— Тебе понравилось?.. По-моему, неплохо получилось…—?Неплохо,?— согласился Гриша слегка настороженно, но с улыбкой,?— Может, тебя подбросить куда?—?Нет, спасибо, я… прогуляюсь…—?Ну смотри,?— Стрельников чмокнул Дашу в щёку и повернулся к что-то обсуждающим ребятам,?— Пойдёмте работать, парни…***По ходу рассказа Алисы Жилин пару раз хватался за графин с водой и, игнорируя стакан, хлебал тёплую воду прямо из горлышка. Когда Алиса наконец замолчала, полковник сдвинул фуражку на затылок, потом на лоб, почесал в затылке и выдавил:—?Голубушка… Вы признайтесь… Вас этот бешеный того… скипидаром своим угостил?—?Вы мне не верите? —?печально спросила Алиса. Катамаранов неодобрительно крякнул.—?Ну, хорошая моя, в такое мудрено поверить… Вы мне что тут рассказываете? Прямо ?Сказки Катамарановского леса?… Ну, не Венского, а… Ухухухуху… Не соображаем?—?Я поняла…—?Ну вот,?— Жилин отёр пот со лба,?— Вы уважаемого человека в таком обвиняете…—?Уважаемого? —?Алиса насторожилась,?— Вы… про Стрельникова? Я не обвиняю, я… Подождите, Вы что, знали его?—?Так я его и сейчас знаю, голубушка,?— подтвердил Жилин, что-то строча свежезаточенной ручкой,?— Григорий Константинович в нашем городе?— не последний человек, уважаемый коммерсант, с депутатом нашим, Багдасаровым, на короткой ноге, ухуху… Вы чего?Лицо Алисы по мере рассказа полковника стремительно теряло краски.—?Я… Я не знала, что он здесь…?— пролепетала она,?— Я думала, он в Москве до сих пор… Мне нужно уехать… Сделайте мне паспорт!—?Подождите, хорошая моя,?— остановил её Жилин,?— Это так быстро не делается, Вы что? Я ж Вам не старик Хоттабыч, у меня даже бороды нет, только усы, и те не волшебные, ухухухуху… Из воздуха Вам паспорт никто не спроворит, надо сперва установить личность, все документики поднять, убедиться, что вы мне тут не с три короба наплели…—?Слышь, плковник,?— Игорь слез с Риткиного стола и качнулся навстречу Жилину,?— Я тя как человека прошу, чё те, сложно что ли?—?Мне-то не сложно, Игорёш,?— печально отозвался Жилин,?— Но нужно же, чтобы всё по закону было. А у нас сегодня человечек, который документами занимается, выходной. Так что приходите, как говорится, завтра, мои хорошие, всё…—?Мент, блин,?— Катамаранов, уже изрядно раздражённый, придвинулся ещё ближе,?— Чё ты из ся корчишь хрен пойми, чё? Помоги ты девке, видишь?— из-звелась вся! Из-за этого твоего… Стр-рельникова! Эт она ещё заяву на него не накатала…—?Я не буду ничего писать,?— вскинулась Алиса,?— Мне только паспорт нужен!—?Вишь? Пзвони Ритке… Будь чловеком!Митя тяжело вздохнул.—?Что с вами делать,?— пробормотал он, терзая диск телефона,?— Алло, Ритуль? Голубушка, у нас тут форс-мажор, что называется… Да нет, все живы-здоровы… Ты не подскочишь в отделение, буквально на часик, нам тут компуктер нужен и документики кой-какие поднять… Ритонька, знаю, что выходной… Завтра на час пораньше отпущу. Ай спасибо, ждём, ждём… Так что, гражданочка,?— обратился он уже к Алисе, положив трубку,?— Не надумали-таки заявление писать?***Рома валялся на больничной койке и отчаянно хотел на работу. За пару недель он страшно соскучился по лесу, азартной беготне, по телецентру, монтажу, ругани с монтажёрами и спорами с Грачевичем в курилке. Но, конечно, не так сильно соскучился, как по Варе.Любимую Рома не видел с зимы. Второго января Вишневская неожиданно примчалась в Катамарановск на каникулы, и в тот же день Роман был уже в избушке Гвидона. Две недели были просто сказочными: приезжали Ритка со своим странным, но душевным другом и его приятелем, вместе с Гвидоном ездили кататься на санях, топили баню, угощались хозяйской настойкой, гуляли по лесу, по городу, ходили вместе на концерт Старозубова, наконец решили отметить старый Новый год, ради чего нарядили ещё одну ёлку?— громадную, живую, прямо у дома Гвидона, полночи веселились, танцевали под старый граммофон и живую музыку, исполняемую Риткиным другом и его товарищем… Это был, наверное, самый чудесный праздник в жизни Ромы…Варя и Рома тогда засиделись далеко за полночь. Уже давно ушёл спать Гвидон, пригрозив молодёжи не засиживаться, Рита со своим музыкантом вдвоём ушли в небольшую спаленку, второй товарищ закемарил прямо в большой комнате на тахте в обнимку со своими барабанными палочками. Рома долго не хотел уходить в отведённую ему комнатку?— Варя уезжала через день, а он всё не мог на неё насмотреться, наговориться с ней, чтобы вновь отпустить на полгода…—?Я боюсь,?— шёпотом признавался он,?— Боюсь, что ты уедешь и не вернёшься…—?Глупенький,?— Варя льнула к нему ближе, заглядывая в глаза,?— Конечно, вернусь… Ну как я без вас всех… И без тебя…Он прижимал её к себе, задыхаясь от счастья. Рома даже не представлял, что может чувствовать что-то подобное…Когда они наконец распрощались и разбрелись по комнатам, Рома долго не мог уснуть, ворочался на холодной свежей постели и смотрел, как за окном неслышно падает снег. Деликатный стук в дверь заставил его отвлечься.—?Кто там? —?вполголоса спросил он хрипло.Дверь приоткрылась, и в комнату проскользнула Варя, в домашнем платье, наброшенном поверх длинной ночной рубашки. Сердце Ромы пропустило удар. Он вскочил с кровати.—?Варенька, что случилось?—?Ничего,?— смущённо шепнула Вишневская, в нерешительности остановившись посреди комнаты,?— Ты ещё не спишь?.. Я просто… Ром, я… Я уезжаю завтра… Надолго… Я хочу…?— она храбро тряхнула головой и сделала шаг вперёд,?— Я хочу… быть с тобой. Сегодня. Сейчас.Роме было так хорошо только тогда, когда он очнулся в больнице после укуса крысы-мутанта и понял, что будет жить.—?Варь,?— его голос от волнения казался ещё более хриплым, чем обычно,?— Ты уверена? Я просто… не хочу, чтобы…—?Уверена,?— Варя нетерпеливо мотнула головой и тут же осеклась,?— А ты… тебе разве… не хочется?..Рома мигом оказался вплотную к ней, нежно взял её озябшие руки в свои ладони.—?Конечно, хочется,?— признался он,?— Просто я не хочу… не могу… обидеть тебя…—?Почему ты решил, что обидишь меня? —?Варя прислонилась лбом к его лбу и прикрыла глаза; её дыхание сбивалось,?— Я так тебя люблю…Рома не успел ответить, что тоже безумно любит её. Вместо слов Варя сорвала с его губ поцелуй. Роман никак не мог заставить себя сделать первый шаг, как бы ни хотелось, уже давно, едва ли не с первой их встречи?— слишком ценна для него была его Варенька, слишком много для него значила. Сейчас он не до конца верил в происходящее, потому что казалось, что быть ещё счастливее уже невозможно.Варе пришлось помочь ему. С трудом оторвавшись от Роминых губ, она взялась за пуговицы на своём платье, медленно, но решительно расстёгивая одну за другой, пока платье не свалилось к её ногам. Варя переступила через него и вновь оказалась вплотную к на миг оцепеневшему Роме. Прижавшись губами к её обнажённой шее, он спустился чуть ниже, к лямке рубашки. Варя прерывисто вздохнула, по её телу пробежала сладкая судорога. Никогда прежде девушка не позволяла себе ничего подобного, но сейчас… Сейчас Варя была уверена, что они всё делают правильно.Руки девушки сами скользнули к краю Роминой майки, осторожно стягивая её через голову, и тут же легли на его талию, огладили бока. Под ладонями Вари едва ощутимо бугрились редкие шрамы.—?Больно?—?Нет… Тебе… ну… Если тебе… противно…?— выдавил Рома, понимая, что если она сейчас уйдёт, он просто умрёт.—?Нет… Просто не хочу, чтобы тебе было больно…—?Я тоже… Чтобы тебе… Ты скажи, если вдруг…—?Хорошо…Варя провела ладонями по его торсу, изучая. Рома был довольно худым, но мускулистым?— сказывалась служба в армии и многолетние физические нагрузки. Дав Варе немного привыкнуть к его телу, Рома протянул руку, аккуратно снял махровую резинку её волос, аккуратно запустил пальцы в перекинутую через плечо косу, расплетая её, и ему казалось, что это самое интимное, что он делал в своей жизни…—?Ром,?— сбивчиво зашептала Варя, подставляясь под его поцелуи,?— Ты же знаешь… У меня… никого ещё не было…—?Я знаю… Ты боишься?—?Нет… Да. Я боюсь, что… сделаю что-то не так… Вдруг тебе… ну… не понравится…У Ромы защемило сердце.—?Родная моя… Всё будет хорошо… Я так люблю тебя… Ничего не бойся…Рома стыдился своего косноязычия, стыдился того, что не в состоянии уверить свою Вареньку в том, что никого, лучше неё, на свете нет и не будет, что ничего, связанного с ней, ему, Роме, не может не нравится, что он умирает от любви и нежности и смертельно боится?— сильнее самой Вари?— что причинит ей хоть малейшую боль… Всего этого Рома, несмотря на весь свой журналистский опыт, сейчас сказать не умел и только истово надеялся, что она сможет всё это почувствовать, понять…—?Я дверь забыла…?— Варя ужом выскользнула из его рук и, ловко задвинув засов на двери, буквально бросилась назад в Ромины объятия,?— Тебе холодно?.. Пойдём…Она решительно увлекла его на кровать. Они одновременно юркнули под одеяло и прижались друг к другу телами и губами. Рома вдруг понял, насколько ему мешает Варина рубашка…Рубашка плавно легла на пол возле кровати и исчезла рано утром вместе с хозяйкой и забытым посреди комнаты платьем. Через день Варю увёз в Москву ненавидимый всеми фибрами Роминой души поезд, и вот уже пятый месяц Роман скучал, писал письма и всерьёз задумывался о том, что, если Варя вернётся летом, больше никогда её не отпускать. Его грызли мысли о том, что в этом году Вишневская заканчивает аспирантуру, перед ней открываются столько дорог, возможностей, карьера в столице, тамошние ухажёры, богатые и успешные, не чета провинциальному телеведущему… Он никогда не делился с Варей этими мыслями, словно боялся, что она подтвердит его опасения. Нельзя сказать, что он не доверял ей, напротив, в Варе он был уверен, как ни в ком никогда, но Рома отчаянно желал ей лучшего и, если она выберет другую жизнь, не здесь, не с ним, он знал, что пожелает ей счастья и… отпустит. Не сможет не отпустить, как бы он тут не храбрился…За этими невесёлыми мыслями его застала Маша с пакетом Роминых любимых груш наперевес.—?Привет, родной мой,?— весело сказала она, пристраивая пакет на тумбочку и целуя брата в щёку,?— Ну как ты? А у меня хорошие новости. Врач сказал, тебя послезавтра выписывают.—?Наконец-то! Я тут извёлся уже…—?Ромка… Мне кажется или ты какой-то грустный сегодня,?— насторожилась Маша.Роман старательно улыбнулся.—?Да всё в порядке. Говорю же?— скучно тут… Рассказывай, как у тебя на работе дела?..—?Ой… Ромка… Я такое натворила… Помнишь, я тебе рассказывала про нашего сотрудника, ну, который с невестой поругался…