Пыльца (2/2)
– Что с тобой? – спросил он девушку на земном языке, забыв, что она не разговаривает больше. – Что случилось?
– Отпусти цветы, – Минмей внезапно заговорила по-тирезиански, и лицо ее приобрело осмысленное выражение. – Цветы должны жить.
Рэм сжал ее ладошку и улыбнулся.
– Я знаю, – сказал он, будто вовсе не удивившись. – Ты пришла мне сказать об этом?– Берегись теней, – всхлипнула она, и из глаз ее потекли слезы. – Не верьте теням. Хайдониты пытались убить нас, хайдониты не остановятся.
Рэм обнял ее, и мокрая щека оказалась у него на плече.
– Здесь нет хайдонитов, Минмей, здесь только мы – ты и я.
– Теням не нужна жизнь, – повторила она сквозь слезы, – они хотят уничтожить жизнь, всю жизнь! Они убьют Протокультуру!
– Почему ты так думаешь, Минмей? Откуда все это?Вместо ответа девушка мягко отстранилась от Рэма. Ее глаза засветились собственным светом. И через миг голубоватое сияние охватило ее всю. Светляками сбегали по лицу слезинки.
Оранжерея ожила и наполнилась тем же призрачным свечением. Стебли и листья теперь источали свет, и тяжелые бутоны, свитые уже не по три, а целыми гроздьями, готовые вот- вот распуститься.– Так ты теперь Инвид… – прошептал Рэм. Он протянул руку сквозь голубоватый ореол и дотронулся до ее щеки. – Но как это возможно? У тебя же алая кровь…*
Минмей улыбнулась, молча оторвала от стебля самый маленький лист и отправила себе в рот, второй такой же протянула Рэму. Тот смело взял "подарок" губами и ощутил, как язык начал неметь.
Свет усилился. Из голубоватого он стал ослепительно белым и тут же расщепился на лучи спектра. Глаза стали видеть четче и лучше различать цвета. Растения пришли в движение, их стебли змеями поползли по стенам, с шипением и треском. Последние привычные детали исчезли из вида за сплошным живым водопадом. Один за другим на этой живой стене стали взрываться бутоны, выпуская в воздух легкие облака пыльцы. Их было так много, что листья скрылись из вида. Все ощущения слились в одно – сложное, но неделимое… цветы запели светом. Рэм услышал ноту каждого луча спектра, и вместе они складывались в музыку, такую простую и понятную, даже слишком простую. Свет заговорил с ним языком, который не нужно переводить.
– Это наша жизнь. Это навсегда. Мы летим пыльцой через космос. Мы летим к другим планетам. Мы споры жизни. Любой жизни. Всей жизни. Ты хочешь лететь с нами?– Да…
– Мы полет. Мы вечное движение. Мы наделяем душой и даем время существования.
Рэм почувствовал слабость собственного тела. Все вокруг него стало грандиозным – а сам он легким и хрупким. Минмей будто на крыльях взлетела вверх и скрылась среди бутонов. В следующее мгновенье воздушный поток подхватил его тело и понес от цветка к цветку, будто повинуясь его желанию найти Минмей. Среди всех бутонов один привлек его. Рэм устремился вглубь. Воронка цветка сжалась, плотно обволакивая его тело липкой влагой. И это тело от ужаса начало биться, пытаясь вырваться, раздвинуть слабыми ломкими руками эту липкую тесноту. Но разум его оставался ясным. Рэм ощутил, как разум его отделяется от тела. Он оставил свою агонизирующую оболочку где-то позади, ясно понимая, что это тело нужно растению. Его сознание вырвалось из цветка с тончайшей золотой пылью и устремилось в высоту.
Рэм попробовал издать звук, и внезапно обнаружил себя частью огромного облака голосов. Рядом с ним, будто в нем самом, другие, подобные ему пылинки. Тысячи звенящих, сияющих голосов. И среди всех он услышал голос Минмей."Мы бессмертны. Мы вечно летим в пространстве и времени. Мы всегда в движении. Мы свет жизни. Мы музыка света!"
Все границы стерлись, и бесконечность открылась перед ним, наполненная звуками света. Звезды мерцали золотистыми пылинками в бесконечном потоке – "Млечном пути", который теперь принял в себя новые голоса. Рэм на какое-то время слился с общей музыкой, находя в этом окончательный смысл, но внезапно волной мощного взрыва его выбросило в черную безмолвную пустоту. Рэм будто оказался заперт в тесном черном мешке.– Минмей! – позвал он, не слыша уже своего голоса. – Где мы, Минмей, что случилось с нами?– Мы в Тени. – пришел в ответ ее затухающий шепот. – Здесь, где не сможем существовать. Тени убили нас. Мы все мертвы.В следующее мгновение Рэм перестал ощущать себя.Утром, обнаружив своих детей спящими вместе в оранжерее, старик Каббэл сделал вид, будто ничего не заметил.Примечания.* У Инвидов кровь зеленого цвета.