Пролог (1/1)

Алисия Маркус подошла к окну, держа в ладонях кружку с горячим кофе. Ночка выдалась весьма жаркой, грех было жаловаться. Она не прогадала, ответив на ухаживания Альберта. Вдобавок к привлекательной внешности и уму он оказался еще и искусным любовником, угадывающим малейшие желания. К тому же стоило держать как можно ближе к телу человека, являющегося правой рукой Александра, её опекуна. Алексу Айзексу она не доверяла от слова совсем с момента странной гибели отца.– Любишь этот город? – спросил Альберт, обнимая её за талию и притягивая к себе. Алисия пожала плечами.– Скажем так, здесь я могу не опасаться, что стану слишком… лишней, – сказала она, вложив в эти слова как можно больше искренности и горечи. – Эксперименты с созданными заклинаниями отца слишком важны для Александра, ты и сам знаешь. А я совсем не хочу умирать, особенно теперь, когда я молода и…Она запнулась, и эта запинка вышла достаточно естественной, чтобы могучие руки нежно оплели её тело. Альберт потерся губами о её ушную раковину.– …и прекрасна, – докончил он начатую ею фразу, – и можешь не опасаться. Александр слишком повернут на этих заклятиях. Ты знаешь, он перегрызся с Великим Сенешалем насмерть, запретив надзор Ордена на всех территориях Амбреллы, везде кроме Раккун-сити.– Ну да, там ведь исконная территория Ордена, – заинтересованно кивнула Элис. – Так что, теперь охрана тамплиеров убрана? А что говорит сенат?– Ты сама знаешь, детка, сенат скажет то, что велит ему Айзекс, – Альберт тихо рассмеялся своим вкрадчивым голосом, – они спят и видят, как бы отщипнуть кусочек той силы, которую пробудил твой отец. Не удивлюсь, если его изберут Великим Сенешалем поверх головы лорда Саймона. К тому идет.Алисия поставила кружку на подоконник и повернулась к любовнику, положив руки ему на плечи. На сей раз она не лгала, не притворялась.– Мне тревожно, Аль, до безумия тревожно. Мне снятся очень странные сны, странные, жуткие и до дрожи правдоподобные.Альберт чуть приподнял бровь.– Ты ничего не говорила…– Думала, обойдется, – Алисия обняла его, спрятав лицо на плече. – Эти сны… там все такое… чужое… чуждое. И я… чужая.– Возьми свой кофе, девочка, и пойдем в постель, – мягко произнес он, погладив её по волосам, – там ты расскажешь мне все свои тревоги и страхи. И не бойся, что я не приму их. Мне поступают копии всех обращений в Дома Снов и к храмовникам. Многих мучают кошмары. Да и мне иногда снится… сам не понимаю, что.Они пошли в спальню. Алисия забралась под одеяло, усевшись по-турецки и скрестив ноги, сжимая в ладонях горячую кружку. Она говорила и говорила, и сердце её сжималось от тревоги при виде серьезного лица Альберта и его нахмуренных бровей. Единственное, о чем она могла думать, доверяясь этому человеку, это о том, что некогда отец прежде, чем прочесть заклинание над своей дочерью, пораженной болезнью преждевременного старения, провел эксперимент на жалком и тощем хромом мальчишке, одном из лучших своих учеников.С тех пор прошло несколько лет. Встретив Альберта на симпозиуме магов Высшего Круга, куда входил её отец, Алисия поразилась тем изменениям, что произошли с некогда слабым и больным подростком. Теперь от Альберта Вескера нельзя было отвести глаз. Мощное тело, сплошные мышцы, открытая мальчишеская улыбка и глаза, алые, с поперечными зрачками, поначалу до смерти напугавшие её. Впрочем, выяснилось, что это был побочный эффект от тогда еще несовершенного заклятия. Частичное подселение неразумных малых демонов несколько изменяло внешность реципиента, пока отец не додумался использовать защитное заклятие в теле основного.Сейчас глаза Альберта не были скрыты темными стеклами солнцезащитных очков. Но Алисия привыкла уже к этому демоническому взгляду. Она устало прислонилась лбом к его груди, продолжая держать пустую чашку.– Мне тоже не слишком нравится то, что в руках Александра сосредоточены все нити управления Амбреллой, – тихо произнес Альберт чуть погодя, – но я ничего не могу поделать, пока не могу. Думаю, тебе стоит позвать Мастера Джейсона, попросить его окружить твой дом заклятиями и такой сильной защитой, чтобы никто не мог войти, кроме меня.Алисия кивнула. Идея была неплохой. Джейсон, один из самых преданных и благородных людей, каких она знала, был близким другом и телохранителем её отца. А помимо своего основного занятия – защиты нанимателя, он использовал мастерство заклинателя, чтобы превращать дома и офисы, где тот пребывал, в неприступную крепость. Совет Альберта окончательно успокоил её.– Просто обними меня, – попросила она, поставив злосчастную кружку на прикроватный столик, – я до смерти устала бояться. Хотя что-то внутри говорит мне, что скоро мой страх не будет иметь никакого значения.Спустя три дня. Время 0.В сердце главного Храма Амбреллы что-то пошло не так. Тщательно вычерченная пентаграмма вспыхнула нереальным, невозможным цветом, заставив и Александра Айзекса, и его помощников зажмуриться. А потом пол задрожал, трескаясь и ломаясь под ногами. Люди бросились врассыпную, крича от ужаса. Айзекс успел схватить клетку с демоном и метнулся к единственной двери, ведущей наружу, выскочил и запер за собой. Почти в то же мгновение в дверь с другой стороны заколотили те, кто остался внутри. Они вопили от отчаяния и молили выпустить их, но Александр Айзекс не собирался рисковать собственной драгоценной шкурой. Он бросился бежать по коридору, чувствуя под ногами все возрастающую дрожь. Он не видел, но слышал нечто, рвущееся из иного, чуждого пространства в ворота, которые сам распахнул навстречу кошмару из неизвестности. В ответ этому чему-то радостно визжал мерзкий серокожий выродок – плод их первого эксперимента по соединению с иной реальностью.Возле старой оружейной он остановился. Идея заблаговременно удалить всех из Храма могла принести куда лучшие плоды, чем он надеялся. Достав старый огнемёт, он перевел регулятор температуры на самый высокий уровень, затем встал, примериваясь, отступил на две шага. Так будет вполне достаточно. Пол дрожал все сильнее, следовало поторопиться. Айзекс переключил на отсроченную стрельбу и сделал два шага вперед, зажмурившись. От дикой боли померкло в глазах. Он захлебнулся стоном, рухнул на пол и пополз обратно к огнемету. Вырубил, едва двигая уцелевшей рукой. Затем выдернул из ножен меч, полагавшийся по статусу, но являвшийся отличным оружием. Тускло сверкнули руны на синеватом клинке. Открыв клетку, он подождал, пока тварь выберется, и рубанул наотмашь, располовинив мерзость. Демон только взвизгнуть успел. Айзекс тщательно обтер меч о костистое, покрытое клочками белой шерсти тельце, затем поднял половину трупика и обтерся кровью и плотью демона. И только потом поспешил к выходу, держа в руке меч.Он выбрался из Храма и наткнулся на трех солдат Амбреллы, охранявших вход.– Ты, как звать? – резко обратился он к их командиру, совсем мальчишке, черноволосому, с восточным красивым лицом.– Карлос Оливера, милорд, – тот чуть склонил голову. – Что происходит?– Никаких вопросов. Подгони машину и садись за руль. Вы двое поедете с нами, мне нужна охрана.Двое других парней, тоже совсем юных, рыжий и светловолосый, беспрекословно подчинились. Но от него не укрылся внимательный взгляд рыжего. Что ж, пожалуй, стоит от них избавиться.Уже на укрепленной закрытой базе он вызвал к себе Альберта Вескера. Назвал имя Оливеры, пожалев, что не потрудился узнать имен двух других стражей. Велел отправить его и его двух дружков в передовые отряды, вставшие на пути у выпущенного им кошмара. Вескер, разумеется, получил его версию событий произошедшего – самовольное изменение протокола одним из подручных и ошибку в заклинании, сделанную другим.Потребовав для себя чистую одежду, душ и еду, он отправился в собственную обитель и включил экраны, собиравшие информацию со всего мира. И то, что он видел, заставило его улыбнуться – все шло как по маслу. Безумие нарастало. И вот уже скоро человечество будет стерто с лица Земли, а он, Александр Айзекс, будет править… его остатками… и несчетными легионами демонов, ступившими в обреченный мир.