Чертово любопытство (1/1)

Коля сбежал на фронт в шестнадцать лет, оставив матери записку на прикроватной тумбочке с обещаниями писать письма. Он мечтал о том, как станет настоящим солдатом, будет в строю красной армии освобождать земли своей родины. Сбежал с партизанским отрядом, *призревшим его в родной колиной деревушке. Паренек приглянулся им из-за невероятной юношеской ловкости и умения быстро бегать. Он из одного конца деревни в другой и обратно сгонял невероятно быстро, дабы набрать ребятам воды во фляги из колодца. Тут-то командир его и заметил, а добило его окончательно то, как паренек легко проскальзывал там, где и проскользнуть-то на первый взгляд нереально. Худой, гибкий, молоденький, шустрый?— то, чего так долго не доставало в их отряде. Но, как оказалось, и в этой бочке меда была ложка дегтя. Паренек, в силу своих лет, был невероятно любопытный и любознательный, лез во все щели, совался, куда ни попадя. ?”°?.☆?☆.?°”? Отряд, в составе которого был Ивушкин раскинул свой небольшой лагерь в кустарниках, чтобы не дать врагу шанса на их обнаружение. Солдаты мирно спали у потухшего костра, от углей которого все еще шло, пусть и едва ощутимое, но тепло. Не спал лишь Ивушкин, которому по жребию выпало первому стоять в карауле. И все было бы отлично, если бы не его чертово любопытство. Где-то вдали он увидал огонек.Коля толкнул в плечо одного из товарищей, хриплым из-за достаточно долгого молчания голосом бросил:—?Там что-то неладное, я схожу, проверю. —?и прежде чем его сонный сослуживец успел раскрыть рот, дабы его остановить, Коля резво скрылся в кустах, отчего листья обеспокоенно зашуршали, зашелестели оттого, что их потревожили.—?Опять вляпается, желторотый… —?прорычал себе под нос мужчина, с недовольством глядя ему вслед. ?”°?.☆?☆.?°”? А огонек недобрый был, огонек от немецкого лагеря шел. ?”°?.☆?☆.?°”? Коля тихо, стараясь не наступить куда не надо, подбирался все ближе и ближе к своей цели. Заметив человеческие фигуры, он замер, пригнулся, дышать перестал инстинктивно. Прищурил глаза, стараясь рассмотреть расстилающуюся перед ним картину. Один из фрицев спал, свернувшись клубочком у костра, другой растянулся чуть поодаль. Третий, судя по бутылке горячительного, с которой он спал в обнимку, был сильно пьян. В метрах пяти были стреножены несколько лошадей.Ивушкин заметил винтовку метрах в пяти от них. Снайперскую, здоровенную, с него, с Ивушкина, размером. Он тихонько, на цыпочках, крался к своей цели. И вот, винтовка уже у него в руках. Красивая, чистенькая, блестящая… Он смотрит на нее ласково, с огоньками в глазах. Он всегда мечтал о такой, и командир ведь, обещал ему позже достать такую. Но вот же она, миленькая, тут, у него в руках. Огладил аккуратно рукой прицел, корпус, но зацепил что-то пальцами, какая-то деталь предательски щелкнула. Он еще не знал, что эта случайная оплошность будет стоить ему свободы. Он разбудил одного из немцев своей возней, а фриц в свою очередь кинул в товарища перчатку, прямо в рожу, пытаясь разбудить. Тот дернулся от прилетевшего в лицо предмета, поморщился, разомкнул глаза резко, недовольный взгляд устремив на товарища, разинул уже было рот, дабы возмутиться, но заметив ошарашенное лицо сослуживца и его жесты, которыми тот указывал прямо за его спину, осекся. Фриц недоуменно обернулся, и, заметив ошивающегося у припасов русского, замер. Обернулся назад, на друга, кивнул ему едва заметно. Они поднялись тихо на ноги, стали красться в сторону русского. Шуметь нельзя, если есть один, значит, где-то есть и другие. И вот, прямо в паре шагов от русского, немец наступил на какую-то ветку. Хруст за спиной тут же сподвиг его обернуться. Коля кинул одному прямо под дых винтовку, и, воспользовавшись замешательством, рванул в сторону лагеря, так быстро, как никогда не бегал. Он гордо несся вперед, к лагерю, к своим. Стал всех будить, но, услышав гогот позади, рванул в обратную сторону. Отвлечь, увести,?— крутилось назойливо в голове. И, о, удача. Все следом за ним. Одно Коля не учел. Немцы были на лошадях. Его товарищи же спешно собирались, и хотели уже было выручать его, но услышали крики курсанта:—?Лёха, их много! Уходите! —?орал прямо одному из немцев в лицо Ивушкин, делая вид, будто проклинает его по седьмое колено. Тот оскалился в ответ ему, расплылся в хищной улыбке. Красноармейцы в меньшинстве, боеприпасов осталось совсем мало. Командир дал приказ к отступлению.—?Как же так, Коля… —?рассержено, и в то же время разочарованно, с тоской, под нос себе протянул командир, уводя отряд в совершенно противоположную от Ивушкина сторону. Они бы могли отбить его, но какой ценой? Тем более, раз он решил пожертвовать собой?— пусть будет так.?”°?.☆?☆.?°”? Коле связали руки за спиной, привязали к седлу, будто пойманную зверушку, и потащили куда-то за собой, все дальше и дальше уводя от родной земли. Он не знает, сколько они шли, насколько долго. Он ужасно хотел пить и есть, еле волочил ноги из-за отсутствия отдыха и сна. Немцы подстегивали его, издевались над ним по дороге. Он молча шел, не обращая внимания на них, гордо вздернув подбородок.—?Он ему понравится, а? Как думаешь? —?прошипел один другому фриц.—?Возможно,?— не спешил соглашаться с ним товарищ, ткнув русского в плечо кнутом. Тот никак не среагировал, продолжая плестись следом за лошадью.—?Гордый, точно понравится, я тебе говорю! —?воскликнул возбужденно немец, с нескрываемым интересом наблюдая за русским. Коля фыркнул презрительно, плечами дернул затекшими, даже в их сторону не глядя.?”°?.☆?☆.?°”? Ближе к вечеру второго дня их шествия, пленник и его пленители подошли к огромным воротам.—?Концлагерь, значит… —?прорычал себе под нос русский. —?гниды фашистские. Огромные створки ворот медленно раскрывались, с каждой секундой являя Ивушкину все более и более ужасные вещи. Справа немцы строили в коробки множество людей в полосатых одеждах перед кучкой одетых в военную форму фрицев.Слева, вокруг столба нарезали круги люди, прикованные к этому же столбу цепями. Один из них упал обессиленно. Раздался выстрел. Его с дорожки убрали резво, с ног туфли стянули предусмотрительно, красивые, кожаные такие, на шнуровке. Отметили что-то в блокнотике, да резво другого пленника на дорожку эту пустили, обутого в туфли похожие. Русский остановился на миг, в ярости наблюдая за явившимся ему зрелищем, но долго на месте ему стоять не дали, пнув тяжелым сапогом под колено, заставив завалиться чуть на бок и захрипеть от нахлынувшей боли. Он оскалился, обернувшись через плечо на обидчика.—?Иди! Иди, давай! А то еще добавлю! —?закричал на него сзади немец.Ивушкин прищурился с ненавистью, и, дернув плечами, пошел дальше. А говорила тебе мама: ?Коля, не суй свой нос куда не надо?. —?с досадой думал Коля, в какую дырень он попал, понимая. Полосатые люди смотрели на него с любопытством и жалостью, некоторые отворачивались безмолвно.?”°?.☆?☆.?°”?