Часть 3 (1/1)

?Знала ли я, что когда-нибудь так случится?? — думала Рэки, бессмысленно пронзая взглядом совершенно пустой, ещё не высохший после дождя луг. Безымянного не было. Если верить её наручным часам, подаренными Каной, он должен был прийти ещё час назад! ?Ждать уже бесполезно, — девушка автоматически потянулась за сигаретой. — Значит, это конец… всему?? А что, собственно говоря, было? Они встречались, когда это было удобно, и снова расходились, не забывая условиться о следующей встрече. Да, он не дорассказал свою историю, но что кроме этого мешало ему не прийти?

?Я ведь так и не узнала, как он ко мне относится. Впрочем, теперь всё ясно?. В груди закипала обида, грозя выплеснуться наружу градом слёз. Но девушка решила, что не будет плакать. Кто он такой, чтобы она по нему плакала? С другой стороны, до Старого дома идти пешком, а к тому времени следы её горя успеют выветриться. Но не дай бог столкнуться с кем-нибудь из знакомых. Какие тогда начнутся расспросы… Несколько дней назад её огорошила Нему: — Я знаю, что ты тайком с кем-то встречаешься, — как бы невзначай тоном противной всезнайки оборонила она. — Скажи, это Хёко? У Рэки затряслись руки от внезапно нахлынувшего желания её ударить. Она была старшей в доме, но Нему опережала её по возрасту и проницательности. — Ни с кемя не встречаюсь! Девушка понимала, что отпираться бессмысленно, но подобно утопающему пыталась схватиться за соломинку. Защитить хоть какую-то часть своей души от постороннего вмешательства. Нему насмешливо улыбнулась, искоса взглянув на неё. Светло-каштановые пряди скрывали её лицо. Она отвернулась, убирая в шкаф какие-то вещи. Ещё один приём — разговаривать спиной к собеседнику. — Думаешь, я ничего не вижу? Рэки, Рэки… сначала ты волнуешься и не находишь себе места, затем куда-то исчезаешь, а возвращаешься умиротворённой и счастливой. Это происходит нечасто, — добавила она как будто в оправдание. — Я не хочу обсуждать эту тему. — Но, Рэки… — Не хочу! Оставьте меня в покое. Вам-то какая разница? — В большом доме сложно сохранить секрет. — Кое-что мне удаётся скрывать уже много лет. Как и тебе. Милая добрая Нему. Секундой позже она пожалела о язвительных словах, но брошенный камень разве замедлишь? — Раньше всякое бывало, но когда ушла Курамори, у меня осталась только ты. Мы обещали помогать друг другу. Помнишь? Я боюсь, что ты наделаешь ошибок, а эти встречи… не ранят ли они ещё сильнее? Больше девушка не задавала неудобных вопросов. Кажется, она по-прежнему думала, что Рэки видится с Хёко. ?Ну и пусть. Дерево легче всего спрятать в лесу?, — подумала тогда чернокрылая. Сейчас она размышляла над фразой Нему. ?Может, она в чём-то права?? Скутера под рукой не было, трава ещё не высохла. В итоге сидеть было негде. Рэки курила стоя. Потоки очищенного дождём ветерка мягко гладили её по голове, будто успокаивая. Серые облака постепенно рассеивались, обнажая гладкую кожу неба. ?А если Безымянный действительно не смог прийти?? От осенившей её догадки девушка вздрогнула. Крылья дёрнулись, пепел с тлеющего окурка спланировал вниз.

?Ему могло выпасть много работы, или он заболел… а вдруг Переговорщик обо всём узнал и запретил нам общаться? Нет, тогда бы и мне пришла весточка из Союза?. Рэки поняла, что при всём желании чернокрылый не мог отправить ей весточку. Как, через кого? ?Если только к лапке ворона привязать… но не факт, что он долетит?. Повеселевшая серокрылая прогулочным шагом двинулась домой. Она решили прийти на место их встречи в это же время на следующий день. ?А если он и тогда не появится?.. придётся искать его дом на болотах. Это займёт много времени. Но как-нибудь отпрошусь?.*** Лето ещё не закончилось, но шёл последний его период — месяц затяжных дождей. Если верить радио в лавке, погоду сегодня обещали тихую. Рэки приехала домой на скутере, который, как вьючный конь, был нагружён покупками. Ей надо было добыть кое-что для ?экспедиции? на болота, и она решила заодно прикупить еды и кое-каких хозяйственных мелочей. После ухода Куу Старый дом опустел. Эта непоседливая, улыбчивая девочка вошла в самое его сердце. Коридоры продолжали хранить отзвуки её смеха, комната, где она жила, оставалась неразобранной. Чья-то незаметная рука наводила там порядок. Рэки всё собиралась узнать у подруг, кто этим занимается, но каждый раз забывала. Она разложила покупки, зашла проведать малышей и начала готовиться к походу. Сменила юбку на штаны и рубашку, надела непромокаемый плащ и резиновые сапоги с заплатками. Волосы девушка для удобства заплела в косу. Остальным, чтобы не беспокоились, она оставила записку: ?Ушла по делам в город?. Поколебавшись, серокрылая воровато прошмыгнула на кухню и положила в сумку флягу воды и оладьи. — Рэки, ты куда-то уходишь? — дрожащий голос Ракки разбил напряжённую тишину. — Э… нет. То есть да. Но это ненадолго. В город по делам смотаться надо. — Ты только что была в городе. И привезла хлеб. А сейчас тайком пробралась на кухню и взяла оладьи. Совсем как Куу… Рэки, я не переживу, если ещё и ты уйдёшь! — девочка со слезами бросилась ей на шею. Серокрылая успела посмотреть ей в глаза. Они были полны противоестественного ужаса. ?Ракка сильно изменилась за последний месяц. Молчит, скрывается от всех, как мышонок, где-то пропадает… а ведь была милым, приветливым ребёнком. Неужели уход Куу так на неё повлиял?? Девушка вспомнила себя после ухода Курамори, и на сердце стало горько. — Не переживай, до моего дня полёта ещё далеко. И что-то мне подсказывает, что он никогда не наступит… впрочем, это неважно. Тебе достаточно знать, что я обязательно вернусь. У меня осталось много незаконченных дел, картин. Я всегда буду помогать тебе, Ракка. — Можно я пойду с тобой? — спросила серокрылая, разомкнув объятия. — Мне так будет спокойнее. — Прости, Ракка, но нет. Ты действительно поможешь мне, если останешься здесь и присмотришь за малышами. Девочка кивнула. — Ты главное возвращайся.*** До болота Рэки решила добраться пешком. ?Неизвестно, сколько я там пробуду, а если мой скутер обнаружат служители храма или кто-то из серокрылых, начнутся проблемы?. Судя по карте, полоска леса отделяла болото от уютного мира Гли. Высокие могучие деревья с толстенными стволами заслоняли солнце, трава была усыпана жухлой листвой. ?Странно, что в Гли есть опасные места, — думала девушка, вступив под мрачные своды. — Взять хотя бы дорогу к храму. Упадёшь со скалистой тропки в реку — костей не соберёшь. Зачем Переговорщику понадобилось селиться в таком труднодоступном месте? Словно бы отгородиться хотели… обрыв как стены. Гли отгорожен от мира стенами, монастырь — рекой, водопадом и обрывами?. Рэки хмыкнула от последнего сравнения. Где-то высоко-высоко над её нимбом раздалось пронзительное карканье. Чёрная птица опустилась на ближайшую ветку. Рэки показалось, что ворон смотрит на неё с прищуром. ?Наверное, у него просто голова так повёрнута?. Особой неприязни к низшим пернатым серокрылая не испытывала, поэтому равнодушно прошла мимо. Но птица перелетела на следующее дерево прямо по её курсу. ?Совпадение?, — решила Рэки и немного изменила траекторию пути. Не успела она пройти и нескольких шагов, как ворон последовал за ней. ?Вот ведь настырный! — девушка остановилась, уперев руки в боки. — А может, он дорогу показывает? Не зря Ракка с трепетом к птицам относится. Да и Безымянный говорил, что с ними иногда разговаривает, подкармливает их. Вдруг это один из его знакомых? Но с другой стороны, это глупо — идти за вороном?. Хмыкнув, девушка продолжила свой путь. Она нашла подходящую крепкую палку, на которую можно опереться. Впереди замаячили туманные очертания болота. Рыхлая почва, поросшая низкой растительностью, тёмные лужицы воды, кое-где чахлые деревца. Сколько не вглядывайся в горизонт — ни конца, ни края. Но благодаря ?Путеводителю по болотам? Рэки знала, что это впечатление обманчиво. На границе она остановилась, чтобы закурить. Позади настойчиво каркала птица, но серокрылая даже не обернулась. Нащупывая палкой кочки, девушка начала продвижение. ?Иду неизвестно куда, никогда не предупредив, — размышляла она, преодолевая препятствие за препятствием. — Если сгину, никто не узнает о том, что со мной случилось. Наилучший конец для такой, как я, — Рэки невесело усмехнулась. — Нет, я обещала Ракке вернуться!? Вместо плотной кочки она встала на что-то вязкое. Первым чувством была паника, но едва девушка сделала попытку вырваться, нога провалилась ещё глубже. В небе кружил ворон, оглашая округу укоризненными криками. — Спокойно, Рэки, — сказала самой себе серокрылая. — А ты прекращай голосить! Да, я тебя не послушалась, но теперь ничего с этим не поделаешь. Девушка предельно осторожно выбралась из трясины. Каждая секунда казалась невероятно долгой. Временами накатывала паника вперемежку с отчаянием, и Рэки прибегала к последнему средству: закрыв глаза, обращалась к неведомому Богу. Птица была рядом. Странно, но её присутствие как будто прибавляло сил. Она вывела девушку на протоптанную тропу, и остальной путь по сравнению с недавней опасностью показался удобным и лёгким. Рэки попала в город. Во всяком случае, так ей сначала показалось, но приглядевшись, она поняла, что это небольшое поселение. Грубым камнем была выложена мостовая, посреди площади чернел колодец, и в произвольном порядке на достаточном расстоянии друг от друга размещались домики-палатки. Люди спешили скрыться, исподлобья глядя на незнакомку. Всё вокруг было каким-то серым, печальным и неприветливым. ?Разве может подобное место быть частью Гли? — удивлялась девушка. — Не хочется обращаться к местным жителям, как-нибудь разберусь сама?. Лишь один человек при виде Рэки не убежал. Этот жилистый мужчина неопределённого возраста прятал руки в карманах потрёпанных брюк. Его красный свитер, который, как и всё здесь, был, как будто присыпан пеплом, выделял своего хозяина из окружающей обстановки. Вытянутое лицо мужчины оставалось непроницаемым, но когда девушка проходила мимо, что-то в нём дрогнуло. — Зачем ты снова пришла? — Снова? — не поняла серокрылая. — Ты ведь уже была здесь. Несколько лет назад. Помнишь? Зимой ты заблудилась на болотах и набрела на эту деревню. Ты ещё промочила ноги и замёрзла, и я пригласил тебя погреться к костру. Вспомнить бы твоё имя… Нагаи, Ниогаи? — Нигаи, — подсказала девушка. — Но это не я, вы ошиблись. Меня зовут Рэки, а Нигаи… знакомая одного моего друга. — Может быть, и ошибся, — мужчина отвёл взгляд. — В любом случае, не потерявшим крылья не следует здесь находиться. — Получается, все, кто здесь живёт, — не ушедшие серокрылые? Он отрицательно покачал головой. — Есть и другие. — Понятно… вы сказали ?не потерявшие крылья?, но я знаю одного человека, который потерял только нимб. — Такое тоже бывает, но он всё равно принадлежит к не ушедшим. Рэки двигалась дальше. Вот уже был виден никак не оформленный выход из поселения. Дома заканчивались, словно обрывалась некая невидимая линия. ?Призрак Нигаи прошёл совсем близко от меня, — думала девочка. — Точнее, это я шла по её следам. Раньше я этого не замечала, но с тех пор, как я познакомилась с Безымянным, память о ней преследует меня. А видит ли он… меня во мне? Или для него существуют только её черты?? Девушка решительно отогнала эти мысли. Она прошла через пролесок, миновала поле и оказалась на лесной опушке, где стоял уютный домик. — Кажется, я на месте. Птица, сев на конёк крыши, утвердительно каркнула. Уставшая Рэки поднялась по ступенькам и постучалась в дверь. Ей никто не ответил. Подождав немного, она решила войти сама. Серокрылые не запирали свои гнёзда. Девушка оказалась в относительно опрятном коридорчике. Вдоль стен стояли и висели разнообразные вещи: швабра, трёхногий стул, вешалка с уличной одеждой. Сбоку от входа небрежно выстроилась обувь, и Рэки остановилась, взглянув на свои чумазые сапоги. — Эй, есть кто дома? — Да. Кхе-кхе… простите, что сразу не вышел, я в таком состоянии… — Безымянный в жеваной пижаме выполз из боковой комнаты. Его крылья и спутанные волосы колыхались от сдерживаемого кашля. Двигался он медленно, не отходя от опоры. — Рэки? Как ты… — новый приступ кашля помешал ему договорить. — Я беспокоилась за тебя, вот и решила попробовать отыскать твой дом. Вижу, ты болеешь. Надо за тобой поухаживать. Я ведь из доброходов, а это, как известно, не лечится. Снять бы ещё эти сапоги… Можно, я на стул сяду? — Лучше возьми эту табуретку, он сломанный. Похоже, ты побывала в трясине: полноги в грязи, — она торопливо натянула задравшуюся штанину. — Ох, Рэки… давай помогу второй сапог снять. — Не стоит, я справлюсь. Ты плохо себя чувствуешь. Но чернокрылый уже сел на корточки и, виновато улыбнувшись, потянул упрямый сапог на себя. Вслед за этим раздался глухой удар: Безымянный спиной впечатался в стену. — Ты как, не ушибся? — девушка в испуге склонилась над ним. — До свадьбы заживёт. Кхе-кхе. Люди так говорят. Ты не подходи слишком близко, заразишься ещё. Потом весь ваш дом переболеет. — Иди, ложись в постель, а у тебя на кухне похозяйничаю, лекарство какое-нибудь заварю. — Похозяйничаешь? — с выражением крайнего ужаса повторил он. — Ну, ладно. Там Лаборант целый пакет лекарств оставил, но, кажется, я их даже не распаковывал. — Тот самый Лаборант? Хотела бы я на него посмотреть. Наверное, интересно иметь такого знакомого. — Его и знакомым-то не назовёшь. Всего лишь тень. Как и я сейчас, — с грустью произнёс чернокрылый. Лёжа в кровати, он прислушивался к возне на кухне. Рэки гремела кастрюлями и дверцами шкафов. Наверняка искала что-то, ведь расположение вещей было ей незнакомо. ?Так странно, когда в доме находится кто-то, кроме тебя. Не мой ли это бред? — размышлял Безымянный, борясь с мучительной головной болью. Что-то упало, и раздался сердитый голос девушки. Затем хлопнула входная дверь. За долгие годы он выучил скрип каждой половицы. — Наверное, вышла покурить. Заметила, что мне это неприятно, и в помещении не курит. А если совсем ушла?? Последняя мысль заставила чернокрылого сесть в кровати, но, пораскинув мозгами, он опустился обратно. ?Нельзя же быть таким навязчивым?. Возобновившиеся шаги подействовали на него как колыбельная, и Безымянный отключился. Снилось ему, что он снова на Ферме. Нигаи кладёт ему на лоб свою прохладную ладонь и спрашивает, где градусник. Вопрос прозвучал наяву, и чернокрылый резко очнулся. — А, градусник… на полке лежал. Или в аптечке на кухне. Я уже не помню. — Хуже малого дитя, — вздохнула Рэки и удалилась. Некоторое время Безымянный лежал спокойно, но затем поднялся и, превозмогая слабость, добрался до порога кухни. Его сердце тревожило странное волнение. Лёгкое и щекотливое как шелест крыл бабочки. Рэки хлопотала возле плиты в непонятно откуда взявшемся фартуке. Взгляд привычно вычленил черты Нигаи: тёмные волосы и тонкие запястье. Если прищуриться, два женских образа сливались в один, бесконечно родной и любимым. Оранжево-синие языки пламени лизали дно чайника. ?Но Рэки всё-таки отличается от Нигаи. Та всё делала с каким-то фанатизмом, отдавая себя без остатка. Будто не прибиралась, а жертву приносила. Рэки же просто выполняет привычные обязанности?. Кашель взорвал лёгкие, вырвался наружу клокочущим хрипом, и наблюдатель был обнаружен. Девушка обернулась, угрожающе уперев руки в бока. — Почему ты не в постели, да ещё босиком? Кто тебе вставать разрешил? — Я думал, может, помочь тебе. — Боюсь, в таком состоянии от тебя будет больше вреда, чем помощи. — Можно тогда я тут с тобой посижу? — Ну, сиди, — пожав плечами, она вернулась к готовке. — Знаешь, я хотел сказать тебе… спасибо, что навестила меня, и прости, что о болезни своей не предупредил. Я как-то даже не подумал, что ты будешь волноваться. — Но мы же друзья? Ведь правда? Или я неправильно понимала тебя всё это время? — на последних словах её голос застыл. — Ты мой единственный друг, Рэки. — Тогда можно спросить, как тебя всё-таки зовут? Не очень нравится называть тебя Безымянным. Это как-то… — Я давно отказался от своего имени, но тебе скажу: меня зовут Райден. Когда-то это означало ?гром и молния?, а теперь ?Выжженный?. То есть сожжённый дотла. Пепел.