Часть 44. Вскрытый обман. (1/1)

Мурад без отрыва смотрел в огромные глаза Ягмур в то время как его разум буквально кричал, что эта девочка ему не чужая. Она была одновременно чем-то похожа на Гевхерхан в детстве и на его любимую покойную дочь Ханзаде, но самое поразительное сходство, несомненно, было с Валиде. Цвет глаз, который при определенном освещении из голубого становился аквамариновыми, он видел только у одного человека?— своей матери.—?А вы, наверное, Падишах, сын Султанши? —?осмелилась продолжить разговор Ягмур. —?Тогда я должна вам поклониться, как учила Гюнеш. —?она опустила глаза вниз и немного согнула коленки, чуть приседая. Мурад, сам не желая того, улыбнулся, но быстро пришел в себя.—?Сколько тебе лет? —?спросил уже почти мягко, но настойчиво.—?Зимой исполнилось пять.—?А где твоя мама?—?Я…я не видела её. У меня только папа.—?А откуда ты знаешь мою Валиде? Она часто тебя навещает?—?Часто. Я не помню, когда мы познакомились, наверное, я тогда совсем маленькой была. Султанша очень добрая, значит и вы тоже хороший, раз вы её сын? —?по-детски наивно спросила Ягмур, тут же опустив глаза в пол. Её непосредственность и ангельское личико могли смягчить сердце даже самого последнего тирана. Девочка немного покачнулась, и Мурад по инерции схватил её под руки.—?Что с тобой? Ты больна?—?Немного.—?Я отнесу тебя к Валиде.Кесем открыла глаза и очень испугалась, когда не увидела рядом дочь. Она металась по покоям, заглядывая в каждый угол, но ребенка нигде не было. Обеспокоенная мать собралась было бежать к Хаджи за помощью, когда дверь отворилась, и она увидела невероятную картину, породившую в душе одновременно удивление и ужас: Мурад стоял на пороге и держал Ягмур на руках. Султан поставил девочку на ноги и она подбежала к Кесем, зарывшись в складках подола.—?Сынок, я все объясню… Это дочь Кеманкеша Паши. Ты же знаешь, он сейчас в походе. Ягмур сильно заболела и я решила помочь… —?как бы женщина не старалась говорить твердо и уверенно, голос дрожал.Слушая спутанную речь Валиде и переводя взгляд с неё на девочку и обратно, Мурад осознал, что это все не его больная фантазия, а правда?— перед ним стояли мать и дочь. ?Неужели Кеманкеш меня обманул и все это время девочка была в его доме? Как он посмел так предать? И как Валиде осмелилась ослушаться моего приказа и привести её сюда?!?.?Аллах, а если Мурад все поймет? Спаси мою дочь от его гнева и ярости!?.- молила Кесем.?Мне хочется закричать и спросить всё, глядя вам в лицо, Валиде, но я не сделаю этого, сдержу себя, промолчу. Вы и Кеманкеш совершили большую ошибку. Но я не дам вам возможности придумать еще большую ложь. Теперь этот ребенок будет рядом, совсем близко от меня и я смогу в любой момент использовать его против вас. Теперь это самый большой козырь в моей последней битве, которую я ни за что не проиграю?.—?Валиде, вы слишком волнуетесь. Ничего страшного не случилось. Наоборот, вы помогли нашему Визирю в беде. Вы можете оставить девочку во дворце до тех пор, пока она не окрепнет и Кеманкеш Паша не вернется.—?Спасибо, Мурад, но это лишнее. Еще день-два и…—?Нет, я настаиваю, ребенок останется здесь, в безопасности, пока его лично не заберет отец.—?Но…—?Никаких ?но?, я так решил!—?Пусть тогда она останется со мной. Ягмур боится скопления незнакомых людей, она не привыкла.—?Как хотите. Пусть живет у вас, если это не в тягость.Мурад ушел, но Кесем продолжало трясти. ?Верить ли ему? Неужели и правда он ни о чем не догадался? Но у меня теперь нет другого выхода, как оставить её здесь. Если я увезу Ягмур в спешке, Мурад может что-то заподозрить. К тому же, тут я смогу её защитить от всех, включая Артемис?.В покои зашел Хаджи. Он только что видел уходящего из покоев Валиде Повелителя и предчувствовал бурю, но Госпожа на удивление была более-менее спокойна.—?Что прикажите делать, Султанша?—?Скажи девушкам, пусть накроют нам завтрак на двоих. И пусть принесут побольше разных сладостей, Ягмур их очень любит.По приказу Султана шехзаде Ибрагима привели к нему в покои.—?Повелитель, зачем вы позвали меня? Ведь я ничего не сделал! Я вас не предавал! —?молодой мужчина оглядывался по сторонам в поиске палачей.—?Я верю тебе, Ибрагим. Тебе ничего не угрожает, не бойся. Я просто хочу поговорить.—?О чем? Я ничего не знаю!—?Сядь сюда и послушай. Ты, наверное, знаешь, что меня постигло великое горе?— оба моих сына умерли от страшной болезни. И мой час тоже не за горами, я скоро умру. Так получилось, что ты единственный наследник османского престола. Но ты к этому не готов. То время, которое мне оставил Аллах, я хочу посвятить тому, чтобы научить тебя всему, что сам умею и знаю.—?Но я не хочу, брат, не хочу этого трона и этой власти. Она меня убьет! Я не хочу!—?У тебя нет выбора, Ибрагим. Так распорядился Аллах. Сегодня тебя выпустят из кафеса, ты займешь свои прежние покои во дворце и сможешь быть свободным в своих перемещениях. Когда ты немного привыкнешь, я буду брать тебя на заседания Совета Дивана и вводить в курс дела.—?Я никогда не смогу быть Падишахом, это не для меня.—?Сможешь, Ибрагим, сможешь!По приказу Кесем клетки с канарейками и попугайчиками принесли и установили на балконе. Покои сразу наполнились громким щебетом. Ягмур не на минуту не отходила от клеток. Такого восторга Султанша еще никогда не видела. И как она раньше не догадалась подарить дочке птиц? Девочка быстро поправлялась и кроме небольшой слабости её ничего не беспокоило.—?Султанша, вам принесли письмо. —?зашел Хаджи.—?Давай сюда.?Кесем Султан, вчера вечером я нашел тело Госпожи Артемис в доме, где она жила раньше. Она была убита. Сегодня мы предали её земле. Али?. Прочитав это письмо, Султанша почти ничего не почувствовала. Ни облегчения, ни радости, ни, тем более, скорби. Артемис получила по заслугам, по справедливости, но в отношении Кеманкеша это ничего не меняло. Он предал её с другой женщиной. Возможно, даже будет страдать, когда узнает о гибели жены и не родившегося ребенка. Единственное, что её радовало?— теперь Ягмур сможет вернуться домой. Как ни крути, но лучше чем с собственным отцом, дочке нигде не будет. А во дворце держать её долго нельзя.Силахтар сидел в таверне и пил по-черному. Принесли уже третью бутылку, когда к нему подсела блондинка, вероятно, гречанка или сербка.—?Господин тоскует? Заливает печаль при помощи ракы? Может, я смогу залечить твои раны? —?потянула его за руку в комнату наверх.У Паши уже не было воли что-то решать, он просто покорно последовал за девушкой. Когда она раздевалась, ему вдруг причудилось прекрасное лицо Артемис, поэтому он со страстью, на которую был еще способен в таком состоянии, накинулся на стройное тело. Руки плохо слушались, но он сумел высвободиться от тяжело кафтана. Тот полетел на пол. В его кармане до сих пор лежало два аккуратно сложенных письма, но сейчас Силахтару было совсем не до них.Прошло несколько дней. Ягмур окончательно выздоровела и уже вовсю бегала по большому дворцовому саду под присмотром Кесем и Хаджи. Девочка настолько быстро перемещалась от куста к кусту, от лужайки к лужайке, от клумбы к клумбе, что Хаджи весь взмок, не поспевая следом.—?Маленькая Госпожа, ты хочешь моей смерти?! Всё, я не могу дышать! Дай мне отдохнуть хотя бы минуту! Постой на месте чуть-чуть!Кесем наблюдала за этим и улыбалась. Хоть на душе у нее до сих пор было тревожно, она наслаждалась своим материнством, ведь после рождения Ягмур они никогда не были так долго вместе. Теперь они просыпались, завтракали, гуляли, обедали, ужинали и играли вдвоем. К тому же, Султаншу обрадовала новость об освобождении из кафеса Ибрагима. Может быть, Мурад одумался и в конце жизни решил исправить все свои ошибки? Её мысли прервала хатун:—?Валиде Султан, Повелитель ждет вас в своих покоях. Он приказал, чтобы вы взяли с собой дочку Великого Визиря,?К добру ли это? Что он задумал???— Кесем сжимала в своей ладони маленькую ручку дочки. Та ни о чем не беспокоилась и покорно семенила рядом с Султаншей. Дверь покоев отворилась и женщина сразу увидела в глубине до боли родной силуэт. Это был Кеманкеш.