Жизнь после фонаря (2/2)

- Значит, это ты Беатрис Берчетт, да? Из той городской легенды, - спросил Диппер, также быстро отойдя ото сна и подсаживаясь к ней.

- Н-ничего не знаю ни о какой л-легенде. Но д-да, я Беатрис Берчетт.

- А как же ты оказалась в реке? Норману показалось, что ты всплыла из ниоткуда.

Сам же Бэбкок тоже кутался в плед, старательно охваченный Коралиной. Она лично завернула его в тёплую сменную одежду, просушила волосы и выдала кружку с горячим шоколадом, попутно подбадривая и говоря, что поступил он по-геройски. В какой-то момент всем стало немного теплее, а отчаяние отступило ненадолго, давая Норману снова покраснеть от смущения, Дипперу – удовлетворить извечное любопытство, Коралине – позаботиться о ком-то близком, а Грегу и Фриск – прекратить унывать и плакать, снова приободриться.

- Я…клянусь, я не сама это сделала! Я была б-близ Поттсфилда. В глазах потемнело, и я потеряла сознание. А когда очнулась, то почти сразу стала з-захлёбываться. Как я оказалась в реке – я не знаю, но я видела кое-что очень в-важное! Вроде видения.- Что ты видела, расскажи? Может, сможем понять, как ты в реке-то оказалась.- Д-да какая разница! Там б-был Вирт, и он…он играл на скрипке. Играл для Него!Все резко переглянулись, понимая, что надо спешить, если они не хотят потерять своего товарища и друга. Они снова напали на след Вирта и теперь не могли позволить себе его потерять. Норман, спешно собирая плед и прочие вещи в рюкзак, обернулся к ним:- Сможешь показать, где ты их видела? Ты ведь увидела их перед обмороком, а где? В каком месте?- Я п-покажу, - Беатрис почти мгновенно допила чай, позволяя Коралине и Фриск охватить себя заботой. Девочки переодели её в тёплую одежду, что была у Джонси с собой, и немного высушили волосы. К тому моменту остальные члены отряда уже успели собрать вещи, - Вперёд.Они не шли, они и вправду бежали. Норман схватил на руки Грега, а Диппер – Фриск, чтобы всем было проще. Беатрис возглавляла путь, совершенно уверенно разгребая тонкими руками ветки и едва не проламываясь сквозь них. Становилось всё темнее и темнее, чаща всё больше густела, обвивая их души сухими ветвями. И в какой-то момент Диппер осознал, что они совсем близко – он первым услышал Песнь. Только вот теперь эти звуки ничуть не манили, а напротив, студили кровь в жилах. А ещё, кажется, этим звукам подыгрывала скрипка. Тоненько и мелодично.

В какой-то момент темнота окутала всё кругом, и даже свет фонариков не мог сквозь неё прорваться. И в какой-то момент Грег, сорвавшись с чужих рук, помчался напрямую к звукам скрипки. Отряд, проследовав за ним со светом, открыл для себя необыкновенную картину.

Вирт сидел на чём-то, что напоминало уютное кресло из сухих ветвей и листьев, подвешенное в воздухе. Его глаза медленно переливались причудливыми пастельными цветами, глядя куда-то в никуда. Тонкие, необычно бледные пальцы сжимали скрипку и смычок, играя прекрасную медленную мелодию. Кажется, это была не обычная Песнь, что всегда слышали те, кого похищали. Это была Лакримоза, та самая, Моцарта. И Боже, как же у Вирта прекрасно получалось. Казалось, что никто и ничто не может оторвать его от занятия, в которое он погрузился с головой.

Но то, что было за этим престранным троном из ветвей, заставило странный отряд похолодеть. Это был Он, никаких сомнений. Страх всех обитателей Неизведанного, негромко подпевающий звучным низким голосом, сейчас стоял позади Вирта, возложив огромные руки, тоже походящие на сухие ветви, на его плечи. Пальцы были такими длинными, что, казалось, могли взять Вирта в кулак при желании. Никто не знал, что сказать странному, жуткому, сочащемуся тьмой созданию с белыми, чуть прикрытыми сейчас глазами. Откуда-то им обоим подпевал негромкий хор, еле слышно, но так чарующе, словно и правда где-то тут рядом находились люди.

Зверь сам заметил их. Он медленно открыл белые, источающие странный свет, глаза и перевёл их взгляд на странников, чуть тоскливо вздыхая.- Итак, вы пришли. Я полагаю, за Виртом, правильно?Беатрис попятилась, едва умея противостоять непонятному, животному страху и отчаянию, что охватывало это место. Она закрыла лицо руками, не зная, как ему ответить. Коралина стиснула в руках свою сумку и тихо осела на пол, глядя Ему в глаза, она не могла от них оторваться. Нахлынувший приступ отчаяния поглотил, кажется, всех. Словно Зверь одним своим взглядом загонял их в могилу. Норман, прижав маленького Грега к себе, упал на колени, слушая его слёзы.

Диппер делал всё, чтобы не сдаваться. Он крепко обнимал Фриск на своих руках, понимая, что теперь судьбы остальных зависят только от него. Надо было перебороть себя. Думать о самом хорошем, что только было в его жизни. Вспоминать Мейбл, дядю Стэна и Форда, уютный домик в Орегоне, солнечный город, полный тайн и загадок. Думать о чём угодно, лишь бы не сломаться. Да-да, точно! Звёздный свет заливает хвойный лес Гравити Фолз, он так приятно пахнет в это время суток. Пухле не сидится спокойно, он ёрзает и бегает следом за Мейбл. Откуда-то с кухни пахнет вечерними вафлями, а он, Диппер, уже как следует поел и готовится ко сну. Он кутается в одеяло поплотнее, глядя в треугольное окошко и начинает ждать. Он ждёт Билла. Билл!- Прошу, где бы ты ни был. Не дай мне сломаться сейчас. Помоги мне, - он тихонько зашептал, взывая к утерянному треугольнику, моля его и только его о помощи, почти как прежде.

- Ты остался один, мальчик. Диппер, так? Ты всерьёз думаешь, что здесь он сможет тебя найти? Ему нет сюда входа, Диппер, он не сможет тебе помочь. Да даже если и смог бы, то не стал.

- А вот и стал бы. Ты ничего о нём не знаешь, как и я не знал раньше. Он уже помогал мне там, в кругу. И помог бы ещё раз, - он всё понимал. Скорее всего, это был просто зов надежды. - Диппер, мальчик мой, это ведь не главное. Вы пришли за Виртом. Но, боюсь, что вы немного опоздали, самую малость. Он уже принадлежит мне.

- Нет! Нет-нет-нет, такого не могло произойти! Он же куда сильнее, почему? – воля Пайнса стала ослабевать, но он отчаянно старался держаться стойко, не поддаваться отчаянию.- Ты знаешь, зачем он здесь? Знаешь, почему я его звал? Никто из вас не знает, даже он сам не знал. А звал я его сюда лишь потому, что очень сильно хотел выжить. В тот раз, когда мальчики были здесь, они потушили фонарь. Я был на краю гибели, и лишь чужое тело могло спасти меня. Вирт оказался слабее своего брата и явился на зов, хоть и спустя столько времени.

- Так нельзя, ты понимаешь? Кроме того, ты пытался украсть и нас с Грегом. Это подло и низко, так обращаться с людьми. Ты понимать должен! – Диппер надеялся, что громкие восклицания не дадут ему полностью отчаяться, хотя скользкое чувство уже забиралось в душу.

- Ни в коем случае, Диппер. В круг вы двое влезли сами, я вас не вынуждал. А Вирт оказался крайне умным мальчиком. Он заключил со мной договор, не больше.

- Договор? То есть, у вас подобие сделки? – Диппер подозрительно прищурился.- Можно сказать и так, - Зверь склонился к Пайнсу поближе, обдавая странным, ледяным воздухом. От Него пахло гнилыми листьями и смертью, - Он должен был предоставить мне своё тело в качестве вместилища. А взамен я отпущу отсюда всю семью Берчеттов, поголовно. А теперь вы, неугомонные ребята, пришли ещё и за Виртом. Вынуждаете его нарушить договор. Зачем?Теперь всё вставало на свои места, становилось куда понятнее, но уходить отсюда без Вирта они не были готовы. По крайней мере, Диппер уж точно мог поручиться за себя и своих друзей, сломавшихся под натиском неведомого им горя.

- Стой-стой, но это неправильно. Вирт наш друг, а Грег без него вообще умрёт от тоски. У него есть мама и папа там, снаружи, а ты просто отбираешь его.

Неожиданно Пайнс почувствовал себя уверенно. Он начал медленно понимать, что когда-то он уже точно видел это существо. Когда Билл показывал ему странных созданий там, в астрале. Говорил, что они уникальны во всём мире. И именно тогда, в городке Миднайт Фолз, Диппер увидел Его. Надо было срочно вспоминать, что же тогда сказал Билл? Как Его победить? Воспоминания сами забурлили в голове, словно поток проточной воды. Словно кто-то очень опытный подталкивал его мысли, заставляя думать о нужном. Да, именно там он и видел это название, ?Миднайт Фолз?. И узнал то, что сейчас собирался предъявить Зверю в качестве аргумента ?против?. Нет-нет, они просто не могли уйти без Вирта. Диппер не мог.- Я знаю, что ты можешь выйти в его теле, не вытесняя его самого. Но почему-то делаешь только хуже. Не хочешь уходить из этого мирка или что? Ты можешь жить в его голове и дать ему самому жить с друзьями и семьёй, как это происходит со мной. Прошу тебя, позволь ему покинуть Неизведанное. Позволь жить счастливо. Может быть, и ты тогда увидишь, как прекрасен мир без отчаяния?

Зверь колебался. Он явно принимал доводы Диппера всерьёз, но и расставаться с насиженным здесь местом явно не хотел. И это тоже можно было понять, ведь здесь все они боятся Его, все Ему принадлежат. А теперь, ради кучки детей, бросать всё это? Пайнс не знал, как заставить его принять решение, но решение неожиданно подал другой человек.Фриск выступила из-за ног Диппера, где пряталась до этого, и медленно подошла к Нему, совершенно не боясь. Это был болезненно-бесстрашный ребёнок, потянувший короткую ручку к Зверю, словно желая потрогать. Кажется, сперва Он просто не заметил малышку, а теперь, выхватив её взглядом, словно просиял.- Фриск? Что же ты снова здесь делаешь? Разве я не просил тебя держаться отсюда подальше? Что…что ты делаешь? Фриск, не надо. Тебе я на ощупь точно не понравлюсь. Фриск!Совершенно его не слушая, девочка подошла совсем близко и ткнулась носом в чёрную темноту. Она обнимала Его так, как умела. Не открывая глаза, просто тёрлась о него щекой, невзирая на густой чёрный туман, что Он источал своей фигурой. Фриск излучала любовь, способную победить этот мрак. В ней было столько любви и нежности, что она, казалось, готова любого злодея таким образом победить. И готова была сразить сгусток чёрного отчаяния наповал. Диппер не желал знать, откуда Зверь знает эту девочку, и что их вообще связывает. Это было неважно.- Фриск, но почему? Неужели там, снаружи, я смогу найти что-то новое? Да, у меня будет тело, но Вирт будет противиться, - кажется, Он каким-то образом читал мысли малышки, отлично её зная, - Договор? Да, я знаю, он будет его соблюдать. Но...постой, что? В самом деле, Фриск?Она медленно покивала, словно подтверждая им одним известные слова. Длинные чёрные пальцы стали плавно отступать от Вирта и обнимать Фриск. Не цепко, словно когти или сухие ветки, а так, будто бы это настоящие руки. Тёплые и живые, знающие заботу и любовь.

- Хорошо, малышка. Будь по-твоему. Нет, я никогда не смогу тебя понять.

Он отпустил Фриск от себя и дал ей снова прибиться к отряду, а после, ни слова не говоря, растворился. От Зверя остался лишь чёрный густой дым, который медленно, но верно впитался Вирту под кожу, растворился в его глазах, слегка покрыл волосы и проник в лёгкие. Игра на скрипке прекратилась, Вирт медленно осел на землю, сонно посапывая и сжимая в руках скрипку. Отчаяние, накрывающее с головой весь лес, неожиданно стихло. Их миссия была выполнена.

Патрик встретил их паникой. Оказалось, что не было их в городе целую неделю, и он успел начать бить тревогу едва ли не по всем инстанциям. Ещё пару дней они провели, отходя от произошедшего и стараясь забыть всё плохое, что только с ними там произошло. Странная, но многочисленная и, как оказалось, очень славная семья Берчеттов вернулась в свой дом, что прежде пустовал. Вирт старательно отсыпался после такой тяжёлой миссии, и Беатрис приходила в дом МакХейлов, навещая его. Обычно их оставляли одних, когда она приходила. Она несильно сжимала руку спящего Вирта и подолгу говорила с ним, ласково гладя по голове. А когда он наконец смог проснуться, она напоила его горячим бульоном, попутно рассказывая, как познакомилась с его новыми друзьями.

Диппер старательно записывал всё случившееся в своём личном дневнике, который теперь перерос в записки путешественника. И порой даже сам не замечал, как подрисовывает треугольники с глазами на полях. Странно было это осознавать, но вдалеке от терапии мисс Хиллс, от идиотского кружка по интересам с Анной Франклин, он стал осознавать происходящее гораздо лучше. Не было той стабильной безысходности, что прежде. Он ни за кого не цеплялся, был эмоционально независим и самостоятельно пытался разобраться в себе и в своих мыслях.Грег большую часть времени проводил с отцом, хлопоча вместе с ним по дому и плавно приходя в себя. В оставшееся время он сидел в спальне брата вместе с Беатрис или бегал в дом семейки Берчеттов, что был в соседнем квартале. Он рассказал друзьям о похоронной процессии, что была там, в лесу, а также признался в том, что мёртвой девочкой на руках странного существа была Чара. Теперь она уж точно не пропавшая без вести. Чара была мертва, и эта мысль гнобила его всю дорогу по Неизведанному. В округе Миднайт Фолз ни таинственный монстр, ни Чара не появлялись. Фриск же, по его настоянию, некоторое время пожила вместе с друзьями здесь, в доме МакХейлов. Ей купили новые штанишки и обувь, а вот свитер она менять отказалась. Что точно он для неё значит – она никому не сказала.

Прошло время, и отряд стал готовиться к отъезду. Норман съездил на заправку и набрал полный бак топлива, а Коралина стала складывать вещи ребят в фургон, намекая, что пора бы им ехать дальше. Патрик отпускал их с долей волнения, но где-то внутри прекрасно знал, что они справятся. Вирт к тому времени уже полностью оправился, хоть и жаловался на мигрень. Остальные тоже заметно приободрились, старательно готовясь к тому, чтобы отправиться дальше, в Орегон. Рассветные небеса приятного сиреневого цвета растекались наверху, заставая их за сборами в дорогу. Патрик стоял в дверях, тепло улыбаясь и держа за руку Фриск. Беатрис тоже пришла попрощаться, глядя на ребят со слегка грустной улыбкой.

Прощания происходили довольно долго, учитывая то, что спустя где-то пять часов должна была приехать Ванда МакХейл, мама Вирта и Грега. Но застать это они уже не смогли бы. Все поочерёдно попрощались с Патриком, Беатрис и маленькой Фриск. Диппер залез в фургон первым, а за ним Норман и Коралина. Вирт о чём-то напоследок говорил с отцом, а Грег не мог перестать обнимать Фриск, попутно что-то ей приятно щебеча. О чём они договаривались – никто не мог понять, ибо еле заметные жестикуляции девочки было трудно понять. В конце концов, Грег тепло чмокнул её в щёку и забрался в фургон, напоследок обняв отца. Вирт вскоре тоже скрылся за дверцей, еле сумев попрощаться с Беатрис. Норман сел за руль, просто потому что постов полиции в ближайшем будущем не предвиделось. Грег устроился рядом с Диппером, поглядывая в окно на неизменно-спокойную мордашку Фриск.

Старший МакХейл открыл окно и выглянул в него, на прощание помахав рукой. Бэбкок завёл мотор, надо было отправляться. Но в какой-то момент раздался звук, напоминающий всхлип. Фриск закрыла мордашку руками и припустила к фургону, стуча в закрытую дверь. Кажется, она просто не смогла принять тот факт, что с новыми друзьями придётся расстаться.

- Ну Фриск, ну ты чего? Мне тоже не хочется с тобой расставаться, - пытался утешить её Грег, но, кажется, без смысла. Девочка всё равно стучала в дверь, желая, чтобы ей открыли.- А что ты, хочешь с нами? – просекая её план, Пайнс открыл дверь фургона, давая Беатрис подсадить малышку на ступеньки. Стоило Фриск оказаться внутри, она мгновенно расцвела, цепляясь за Грега и принося ему искреннее счастье.

Вирт приблизился к двери, желая снова её закрыть, но Беатрис не дала ему этого сделать. Тепло улыбнувшись и совершенно ничего не сказав, она слегка притянула МакХейла к себе и поцеловала, не давая ему ничего возразить. И только тогда, когда поцелуй прекратился, она уже сама закрыла дверь и, не переставая улыбаться, отошла подальше, в сторону Патрика.

Окончательно разумилённые и довольные тем, что произошло, ребята наконец продолжили свой путь. Мрачные леса Монтаны теперь уж точно не казались такими тоскливыми, как прежде, а медленно встающее солнце вскоре окатило их яркими лучами, словно заливая золотом. Друзья подшучивали над исполненным смущением Виртом, искренне за него радуясь, Грег и Фриск играли в какую-то настольную игру на полу. Вирт же жарил сосиски на встроенном в фургоне гриле и отмахивался от шуток остальных.

Диппер сидел на спальном матрасе, поглядывая в окошко на пролетающие леса Монтаны. После пейзаж сменился на прекрасные поля из подсолнухов, окончательно заставляя их позабыть о той безысходности, что была там, в Неизведанном. Пайнс глядел на пролетающие мимо поля и удивлялся на самого себя. Как же он всё-таки смог преодолеть отчаяние, что накрыло всех их с головой почти мгновенно? Как нашёл в себе силы бороться со Зверем и даже прийти к компромиссу? И почему-то Дипперу казалось, что сам бы он никогда не справился.- Спасибо, Билл, - произнёс он негромко, зачарованно глядя в окно.- Что, прости? – Вирт, отвлекаясь от готовки сосисок, обернулся к Пайнсу.- Ничего-ничего, я сам с собой.Диппер взял свою чашку с чаем, медленно из неё отпивая. Приятный вкус земляники разлился по всему телу. Они ехали в загадочные зелёные леса Орегона, в странное приморское место, что звалось Ашленд. Пора было решить последнюю проблему этой команды. Яркие подсолнухи летели всё дальше и дальше, а фургончик уносился прочь, навстречу новым приключениям. И только лишь одно оставалось неизменным – голос в голове, лишь чуть двоящийся.- Не за что, Сосна.