2 (1/1)

Всё утро я просидела, заперевшись в ванной: мне было ужасно стыдно. Конечно, я понимала, что рано или поздно хозяин особняка проснется и прогонит меня к чертям, но мне нужно было удостовериться, что между нами ничего не было, и Сольхи навыдумывала с пьяной головы ерунду. Я не могла не думать о Ханбине, который, к счастью, уехал на пару недель в Пусан. Была и слабая надежда на то, что мы с Сольхи не натворили каких-то ужасных вещей, которые бы попали в СМИ. Но с какой радости нами вообще могут интересоваться репортеры? Хотя от Сольхи всего можно ожидать. Но что же я скажу Ханбину? И о чем мы вообще разговаривали с ним в последний раз? Никак не получалось вспомнить. А что если мы расстались? Нет! Этого не может быть! Не могла же я ради своей первой любви бросить Ханбина, тем более что Джиёну, наверняка, даже плевать на мое существование! Ручку двери ванной подергали, а затем постучались. У меня перехватило дыхание: почему-то подумала, что это Ханбин пришел за мной выяснять отношения. Да откуда ему тут взяться, если даже я не понимала, где нахожусь? —?Рисэ, открывай, я знаю, что ты тут. Я уже все комнаты обыскала,?— голос Сольхи, и я облегченно выдохнула, открывая дверь. —?Нам тут еду привезли. Пойдем, поедим? Она говорила так, словно мы находились у себя дома. Меня это взбесило моментально. —?Поесть? Серьезно? Сольхи, ты хотя бы понимаешь, где находишься? —?я не хотела кричать, но это получилось произвольно. —?У меня голова болит. Пошли,?— бесцеремонно схватила меня за руку, потащив за собой. Попытки сопротивления были тщетными, поэтому мы прошли на кухню, где за столом уже сидели Джиён и Сынхен. Ну как сидели. Джиён наглым образом развалился на своем барском стуле, погруженный в раздумья, а Сынхен, одетый в деловой костюм, изящно расположился в кресле, читая газету. Прям примерный отец и беспризорный сын. Какие же они разные, даже просто внешне. Я замялась, увидев Джиёна, а Сольхи, словно завсегдатай этого дома, принялась раскладывать привезенную еду по тарелочкам. Мне стало некомфортно, словно я тут лишний фрагмент семейной идиллии. Не понимала, что смущало больше: что я, возможно, переспала с Джиёном или просто его присутствие рядом? В конце концов, столько лет прошло со школьной поры! Я должна была перестать воспринимать его как объект своей неразделенной любви! Рисэ, прекрати пялиться на него! —?Ты так и будешь стоять? —?обратилась ко мне Сольхи, усаживаясь за стол рядом с Джиёном и указывая мне на место, противоположное ее, также рядом с ним. Он даже не поднял головы, когда я неуверенно опустилась на стул рядом. Как будто я?— пустое место! Сольхи принялась есть, и я попыталась, но у меня кусок в горло не лез. Не могла я молчать так, как все они! —?Джиён, мы переспали или нет? —?сказала, как отрезала, конечно, к чему тактика и вежливость. На меня подняли удивленные взгляды все трое. Да пристрелите меня уже кто-нибудь! Однако через минуту Сольхи выдохнула и продолжила есть, а Джиён гаденько ухмыльнулся, закуривая сигарету. —?Да почему вы меня игнорируете?! —?хотелось вывалить еду на голову подруги, а сигарету запихнуть в задницу этому наглецу, но я старалась сдерживать себя, сжимая кулаки. —?Занимательный был день,?— вдруг подал голос Сынхен, отложивший газету в сторону и подошедший к кофеварке, наливая себе кофе. —?Священнику, которого вы попросили вызвать, пришлось немало заплатить. Иначе он растрепал бы о вашей свадьбе… Священник? Сольхи ничего не выдумала? Нет! Она на пару с этим Сынхеном обкурились чего-нибудь тяжелого и запрещенного! Чокнутые идиоты! Алкоголики и наркоманы! Да с этими тронутыми на голову нет смысла разговаривать! —?Джиён, тебе трудно ответить: переспали или нет?! —?поднялась из-за стола, немного нависая над Джиёном, слегка морщась от запаха дыма. —?А сама как думаешь? —?выдохнул мне прямо в лицо дым, отчего я закашлялась и отошла на пару метров от него. —?Поедем домой, Сольхи. Я не хочу здесь больше находиться,?— потянула подругу за руку и, стянув кольцо с пальца, положила на стол. Она почему-то усмехнулась, аккуратно сложив приборы, и, хитро прищурившись, посмотрела на Джиёна. —?Это тебе не под силу, Квон Джиён,?— задиристо похлопала подруга его по плечу, чем сбила меня с толку: о чем это она и когда они стали так близки? —?Надеюсь, это была последняя встреча. Сольхи подхватила меня под руку, и мы направились к выходу, когда меня за шиворот схватил Джиён: —?А ты куда? Кажется, мои глаза от удивления увеличились размером с орбиту, а дыхание прекратилось. Что, блять, опять происходит? Подруга резко скинула его руку, преграждая собой меня. —?Ты без насилия можешь хоть что-то сделать? Ах, да! У тебя же мозговых извилин не хватит, обкуренная амеба! —?воскликнула она как-то слишком горячо и рьяно, как мне показалось, готовая сама ему втащить. —?У нас же был договор, а ты сама сейчас его нарушаешь,?— от его такого холодного и пронзительного взгляда с этой лисьей улыбочкой на лице мне стало не по себе, даже мурашки неприятные пробежались по спине. —?Это было предложение, договор на бумаге пишется,?— подруга одарила мужчину высокомерным и полным презрения взглядом, отчего я тут же почувствовала всю эту сверхнакаленную атмосферу между ними, запоздало осознавая, что их точно что-то связывает: ну не могут два человека просто так ненавидеть друг друга, встретившись раз за десять лет! Когда на такси мы уехали от злосчастного особняка примерно на километр, я глубоко выдохнула, понимая, что опасность в лице Квон Джиёна миновала нас, поэтому спросила: —?Сольхи, ничего не хочешь мне рассказать? Подруга сидела какая-то убитая, видимо, ночь без сна давала о себе знать, но при этом взгляд у нее был сосредоточенный, словно она думала о смысле жизни или каких-то других извечных философских вопросах. В такие моменты мне иногда казалось, что Сольхи гораздо умнее, собраннее, взрослее что ли, чем ведет себя постоянно. Порою посещало чувство, что в ней живет две личности, одну из которых она старательно от меня прячет, но все-таки периодически какие-то черты проскальзывали сквозь тонкую оболочку надеваемой маски. Но обычно я списывала излишние познания в психологии людей на свою разбушевавшуюся фантазию. —?Слушай, со мной что-то не так, да? —?наконец подала голос подруга, всё еще находясь где-то в глубине своего сознания. —?Ты о чем? —?устало выдохнула я, откидываясь на сиденье. —?Из-за этого обаятельного придурка я напилась как в последний раз,?— как-то горько усмехнулась она, придерживая одной ладонью голову и закрывая глаза. Она что ли реветь тут собралась? Сольхи? Это же Сольхи! Даже если ей будут ноги резать живьем, она и слезинку из себя не выжмет! —?Я не понимаю тебя, можешь объяснить? —?постаралась быть участливой, ведь такой шанс был удивительной редкостью?— помочь подруге хоть как-то. —?Этот Чхве Сынхен, он меня игнорировал всю неделю! Ты представляешь? —?подруга вдруг залилась каким-то неестественным смехом, обычно предвещающим нам обеим беды. —?Как ты сказала? Чхве Сынхен? —?мне показалось или я ослышалась? —?Да, Чхве Сынхен. Ты что ли с ним знакома? —?серьезно глянула на меня Сольхи, нахмурив брови. Я задумалась. Это было очень маловероятно, но я вспомнила того парнишку из нашей школы, над которым издевались все ребята, в том числе и Сольхи. Я постоянно просила ее этого не делать, но она была в составе какой-то хулиганской группировки, поэтому я не имела на нее никакого влияния. До сих пор поражаюсь, как еще не выперли из школы за ее закидоны, и почему вообще она дружила со мной. Однако с тем Сынхеном, которого я увидела, тот пухленький мальчик не имел ни одной схожей черты. Скорее всего, это просто совпадение имен, уж слишком они разные, хотя кто знает, что с людьми происходит за столько лет. —?Откуда же мне его знать? Это ты мужиков горстями собираешь,?— фыркнула я в ответ, оставив при себе размышления. —?Если ты так переживаешь, не было у тебя с Джиёном ничего. Так что честь твоя не тронута, и ты сохранила целомудренность до брака,?— и снова привычная Сольхи вернулась, засмеявшись и вытаскивая из сумки бутылку красного вина. —?Отпразднуем? Из коллекции Сынхена стащила. —?Так мы были в его доме? —?я окончательно потеряла связующую нить всех событий, после слов подруги о том, что я не переспала с Джиёном, собственно, больше меня ничего и не интересовало. —?Если по факту собственности, то он ни одному из них не принадлежит. Записан особняк на какого-то старика, которого возможно даже не существует. Как ни крути, а налоги немалые,?— Сольхи опять унесло куда-то в ее формальные дебри. —?Остановись,?— понимая, что она может развить свою мысль до самых необъяснимых человечеством фактов, прервала ее. Она послушно замолчала, глубоко вздыхая и зевая, и за несколько секунд заснула. Девочка внутри меня прыгала от радости, что ничего ужасного не произошло за то время, которое я не помню. Любопытство о подробностях взаимоотношений Джиёна и Сольхи также отошло на второй план, потому что меня всю захлестнула волна счастья и спокойствия, ведь несмотря на то, что я не отдавала себе отчета, даже в таком состоянии моё тело не подвело меня, не отдалось грязным, похотливым желаниям. А это значило, что я осталась верной и преданной девушкой для моего Ханбина. Хотелось верещать от радости, но я пискнула в кулак, чтобы не разбудить подругу. Из моих веселых мыслей меня вырвал зазвеневший телефон Сольхи, который она сама похоже не слышала. Я аккуратно вытащила его из сумки, недоверчиво глядя на имя звонившего ?Выродок?. Кого она так назвала? Немного помешкав, я все-таки решила ответить на звонок и приняла вызов. —?Ты, сучка драная, где, блять, тебя носит? Куда ты утащила мою невесту? Жить тебе надоело? Найду и зарою тебя живьем в могилу, слышишь меня, дрянь ты эдакая?! —?столько ругани из уст знакомого и любимого голоса я не слышала никогда, поэтому пару секунд сидела, опешив. —?Ханбин? —?неуверенно пролепетала, надеясь до последнего услышать отрицательный ответ. —?Это ты? На другом конце возникло не менее удивленное молчание. Похоже, он тоже не верил в такое совпадение. —?Рисэ? —?недоверчиво. —?Малышка, с тобой всё в порядке? —?как будто он не кричал пару минут назад, включив режим заботливого мужчины. —?Ты знаешь, как я переживал, не найдя тебя дома? Твои родители сказали, что ты уехала… —?Ханбин! Как ты можешь так разговаривать с моей лучшей подругой? —?в глазах даже слезы встали от обиды: я, конечно, понимала, что Сольхи не подарок, что порою она может вытворить такие вещи, из-за которых и я ее проклинаю, на чем свет стоит; но слышать от других людей ругань в сторону подруги я не могла даже от любимого. —?Родная, прости, я на себе волосы готов был рвать, пока искал возможность с тобой связаться. Ты же знаешь, как я тебя люблю,?— эмоции переполняли его, но он старался их подавить и не напугать меня еще больше. —?Ты?— мой смысл жизни, я не представляю, что делать, если с тобой что-то случиться… Знала ли я, насколько вспыльчивым бывает Ханбин? Знала, но редко это видела воочию. Он старался скрывать эту не самую лучшую черту своего характера, бывая излишне эмоциональным в основном на работе. Мне казалось, что эта черта возникла из-за его перфекционизма, ведь он был очень требователен к себе, соответствовал своим стандартам, постоянно совершенствовался и того же требовал от других. Логично, что когда кто-то вел себя не согласно его мнения, его видения, это очень его злило и выводило из себя. Поначалу я пыталась с ним об этом говорить, пыталась переделать, научить, что так не нужно вести себя с людьми, но со временем привыкла, понимая, что он уже сформировавшаяся личность, а своими нравоучениями я лишь трачу его и свои нервы вместо того, чтобы наслаждаться обществом друг друга и учить друг друга не словами, а делом, не тыкая лицом в недостатки, а показывая свои лучшие стороны, заражая свою половину полезными качествами. Однако все наши налаженные отношения колебались, как только на горизонте начинала маячить Сольхи. Я всегда пыталась понять, почему же все так к ней пренебрежительно относились, если плохо знали. Родители еще в детстве пытались разрушить нашу дружбу, говоря, что она из плохой семьи, что она невежда, что с ней я угроблю свою жизнь. Однако когда компания отца разорилась, именно Сольхи откуда-то взяла крупную сумму денег, чтобы помочь мне заплатить за учебу в университете. Мне было стыдно за родителей, когда они вдруг так подобрели к ней из-за денег. Она говорила, что скопила их, работая на своих многочисленных подработках, для путешествия по всему миру, но мне казалось, что она что-то недоговаривает. Возможно, у нее все-таки были богатые родственники, которые, вероятно, просто не хотели связываться с ее семьей. У всех же свои причины. Вот и Ханбин почему-то сразу невзлюбил Сольхи, иногда делая намеки на то, чтобы я прекратила с ней всякие отношения. Как правило, это заканчивалось обидой с моей стороны, и я не разговаривала с ним несколько часов, но злиться, естественно, слишком долго не могла. —?Я скоро приеду,?— выдохнула в трубку, отключая звонок, чуть не роняя телефон из рук, увидев новый входящий звонок с именем ?Имбецил?, отмечая про себя изощренную фантазию подруги и феноменальную память, ведь помнить, кто скрывается за тем или иным прозвищем, тоже надо уметь. Попыталась разбудить Сольхи, но она отмахнулась и промычала что-то несвязное, поэтому я взяла на себя роль ее секретаря и хотела ответить, что она потом перезвонит. —?Давай подпишем твою чертову бумагу,?— каким-то скрипом раздался голос по ту сторону, а мой мозг автоматически пытался считать, кому он принадлежит. —?Какую бумагу? —?ответила я совсем не то, что следовало. —?Это шутка такая? —?усмешка на том конце показалась мне знакомой, но я всё еще не могла вспомнить. —?Слушайте, я не понимаю, о чем вы говорите… —?С кем я, блять, разговариваю? Эй, ребенок, отдай тёте телефон! —?приказной тон сразу вывел красными буквами имя говорящего в моей голове. —?Квон Джиён! Да пошел ты! —?крикнула в трубку, выключая телефон, готовая его разбить: конечно, вот так кричать по телефону гораздо проще, в лицо вряд ли бы я такое осмелилась сказать. Сомнений не осталось: у моей подруги точно есть какие-то отношения с Джиёном!