глава 9.1: запутались струны. (1/1)

Два дня назад они убежали от проблем, с огромным желанием найти новую жизнь, в которой будут и светлые полосы.

Оба проснулись от мерзкого будильника, Мафую снова заснул в объятиях Уэноямы, которому пришлось тесниться на краю кровати, дабы не разбудить возлюбленного. Сато шёл на поправку: мог спокойно проспать три часа, выглядел не таким замученным и даже начал следить за своим здоровьем. Он всё ещё принимал лекарства, а также записался на приём к школьному психологу, который, судя по информации на сайте, был довольно-таки достойным. На данный момент они встали и заварили лапши, которую купили по дороге домой. Мафую выглядел уставшим, но прибывал в приятном настроении, а Рицка почему-то был взволнован, потому что в тот день, когда ворота нового учебного заведения открылись для них, то все очень хотели потрогать Мафую, особенно девушки, не упускавшие шанса потрепать волосы, обхватить тонкие запястья, провести рукой по выпирающим позвонкам — это выводило их обоих из себя, но сегодня у Сато созрел план, который сообщил за завтраком: — Я хочу сказать тем девушкам, что у меня гаптофобия*, — неторопливо начал он, проглотив, — Мне не нравится, когда меня трогают так часто и без разрешения... — Уэнояма понял, что несколько десятков раз вторгался в его личное пространство без согласия, — Нет-нет, не думай так о себе. Я всегда готов и даже рад твоим прикосновениям. Ты не такой навязчивый, как одноклассницы... — Мне приятно слышать это... — смутился Рицка, — Во всяком случае меня очень радует тот факт, что тут нет противных и избалованных, как это было в Токио... — Давай не будем думать об этом! — Мафую вскочил из-за стола и пошёл в ванную комнату, — Я в душ! — Не хочешь принять его вместе? — флирующим тоном спросил Уэнояма. — Думаю, мы застрянем там надолго, поэтому помой посуду, а я после душа помогу собрать одежду, хорошо? Рицка ничего не сказал, а просто обнял возлюбленного со спины. Совместная жизнь была бальзамом для их разбитых сердец.Прошло десять минут: посуда вымыта, кровать заправлена, а рюкзаки собраны. Мафую только вышел из душа, обёрнутый в одно мокрое полотенце. От него приятно пахло мятной пастой и каким-то гелем, который они одолжили у Яёй. Он нежно улыбнулся и пригласил Рицку в душ, подмигнул и скрылся за дверью, дабы переодеться. Сердце Уэноямы трепетало. Запархнув в душевую, он учуял знакомый запах, который был дома постоянно. У Рицки появилось настроение, поэтому делал всё очень быстро. Когда вышел, то увидел, как его новая школьная форма аккуратно висела на вешалке, а Мафую прихорашивался у зеркала. — Давай быстрее, уроки через пятнадцать минут. — Я терпеть не могу эти брюки. Они слишком узкие, — процедил Уэнояма, натягивая форму. — Привыкнешь. Когда они наконец-то собрались, то оставалось пять минут. Благо, школа была близко. Вошли во двор, переобулись и зашли в класс — всё, как в прошлой школе. Одноклассницы снова налетели на Мафую, как мухи. Но прозвенел звонок и вошёл учитель, который начал урок. Было тихо и скучно, он нудно говорил какой-то материал, который Уэнояма даже не пытался слушать, поэтому глянул в сторону Мафую, который успел заскучать. Было удобно — они сидели рядом, поэтому передать записку, не поймав при этом грозный взгляд учителя — проще пареной репы. Сато развернул записку, хихикнул и принялся что-то писать, заправляя отросшие локоны за уши. Так они перекидывались до самого конца урока и исписали несколько рваных листков. Уэнояма почти поцеловал Мафую после уроков, но их снова потревожили одноклассницы, продложившие расчесать волосы. Сато уже несколько раз повторил про "фобию", но девушки были хитрее, сказав то, что будут предупреждать, каждый раз, когда захотят потрогать. Он всё-таки согласился и грустно глянул в сторону возлюбленного. Уэнояма начал закипать, но его отвлекли: — Послушай, Рицка, не хочешь прогуляться, пока над твоим другом издеваются? — спросила самая высокая и тихая девушка, подошедшая сзади. Уэнояма взвесил все "за" и "против", было уже хотел отказаться, но объявился самый весомый аргумент — хорошие отношения с одноклассниками. Большая перемена предвещала долгую прогулку: сначала они прошлись вокруг здания в полной тишине, а потом девушка начала расспрашивать его обо всякой чуши, на которую он отвечал тем же. Его спасло сообщение Мафую, который сообщил, что закончил: — Прости, я нужен моему другу. Спасибо за прогулку! — сказал Уэнояма и скрылся за поворотом, зайдя в класс. Сато немного потряхивало, поэтому Рицка умело схватил его подмышки и проводил в уборную, где Мафую вырвало: — Надо сказать врачу, чтоб тебе больше не давали эти таблетки... — Всё хорошо, они неплохо действуют. Я испытывал счастье целый час! — его улыбка выглядела натянутой, уголки губ дрожали, но она действительно была искренней. Мафую просто отвык, — Давай вернёмся в класс, мне полегчало! — Ты уверен, что не нужно в медпункт? — Я не хочу слышать то, что я болен, — Сато вышел и побрёл в класс. Уэнояма пошёл за ним и помог сесть. Снова урок, а потом перемена, так по кругу. В конце учебного дня одноклассники пригласили Рицку немного поиграть в баскетбол. Он, честно говоря, очень соскучился по спорту, поэтому согласился. Мафую дал понять, что будет только рад, если Уэнояма немного расслабится. Пока они шли к залу, то Сато написал, что очень устал и идёт в кровать, хотя было всего шесть часов вечера.

Его оторвал от телефона мяч, прилетевший прямо в лицо. Он громко выругался и кинул мяч в кольцо: — А ты неплох для гитариста, — сказал один из одноклассников, — Сыграем?

В душе Рицки родился азарт, по венам разнёсся адреналин, а мышцы заболели от долгого отсутствия нагрузки, но он очень старался: уводил мяч и метко попадал в кольцо, выкладывался по полной и соблюдал все правила. Под конец игры по его вискам струился пот, а сам он насквозь пропах. Товарищи по команде похвалили его и назвали невероятно способным. Это были важные слова для него, поэтому смущение не заставило себя долго ждать. Уэнояма принял душ и поспешил в общежитие, чтоб не простудиться. Когда он открыл входную дверь, то очень удивился: в комнате мёртвая тишина, свет не горел, а окно было распахнуто. — Совсем забыл, он же уснул... — успокоился Рицка, но вдруг увидел тёмную фигуру, свернувшуюся калачиком в углу, её немного трясло, — Мафую! Солнце, ты чего забился там? Тебе плохо? Ему в ответ поступили лишь всхлипы и просьбы о помощи. У Сато случилась паническая атака, Уэнояма прекрасно это понимал. Он немного завис, чтоб немного обдумать план, но у него не получилось, поэтому Рицка аккуратно подошёл к нему и погладил по голове. — Давай пойдём на кровать, тише-тише, я тебя не побью, — Он взял его на руки, прижал к себе. Мафую очень сильно трясся и плакал, его ладони вцепились в плечи возлюбленного. Благо, Уэнояме не пришлось сильно напрягаться, Сато был очень лёгким, поэтому держать его не составляло труда. Спинка кровати была жёсткой, но он был готов потерпеть, ради того, чтоб успокоить Мафую, который с каждым разом плакал громче и громче.

— Мне... так... страшно... — повторял из раза в раз, — Он... найдёт... меня... убьёт... — Обещаю, пока я рядом, всё хорошо, — объятия становились крепче, — Тебе ничего не угрожает. Никто тебя не тронет.

Сато потихоньку начал успокаиваться. Он больше не говорил какой-то бред, а просто разлёгся на груди Уэноямы. Обоим было невероятно страшно. Их любовь всё ещё было скрыта и незаконна, но оба желали бороться за общее счастье.

— Спасибо, что ты всё ещё любишь меня...