XII. До конца (2/2)

— Ты прав. Я сдалась, когда, наверное, была близка к цели. Не представляешь, как я себя осуждаю за это. Я не должна была терять надежду!— Ничего уже не вернуть, — Бронежилет пожал плечами. — Не вижу смысла в нашем диалоге.— Я бы хотела тебе кое-что рассказать, — Люся прижала палец к своему виску, расслабляюще его потирая. — Ты же сам прекрасно видишь, что вокруг полно одинаковых людей. Они безразличны ко всему, их сердце наполнено ненавистью. Но ты наверняка и видишь, что Эммет другой. В каждом зле он находит добро. Он помогает самому безнадёжному человеку, буквально вселяя в него веру в светлое будущее. Эммет улыбается, даже если всё ужасно. Он желает каждому только счастья, ведь у него такие наивные взгляды на жизнь, — Люся тепло засмеялась, вспоминая все лучшие моменты с Блоковски. — Да, я считала, что это по-детски. Я мнила, что взрослый должен быть серьёзным, сосредоточенным. Мрачным. И это было моей самой главной ошибкой.

— И почему же?— Нельзя переделать человека под себя, чтобы он тебе нравился. Это лицемерно и неуважительно. Эммет — индивидуален. И если он не вписывается в наш мир, это не значит, что проблема в нём, — Люся пальцем указала на себя. — Проблема в нас. Мы привыкли мыслить стереотипами. У нас сформировался единое мировоззрение на то, как всё устроено. Мы как будто стали общим сознанием. Без особенностей. Без ничего. Я не понимала Эммета, потому что думала, что негатив — это правильно. Но нет. С ним это даже не жизнь. Это простое существование. Мучение.

Рекс не отвечал. Он внимательно вслушивался в этот поток мыслей, не отвлекаясь ни на что. На его памяти это было впервые, когда Люся делилась с ним чем-то сокровенным.

— При первой встрече я завидовала Эммету. Почему он стал избранным? Он же такой глупый! Теперь мне смешно от того, какой на самом деле я была глупой, а не он, — Дикарка посмотрела на висевший фонарь, который освещал вход в дом. — Каждый особенный, но не каждый обладает индивидуальностью. Особенным человека делает его внешность, характер, как он живёт и чем вообще занимается по жизни. А вот индивидуален тот, кто смотрит на всё иначе. И таким является Эммет, — Люся вновь перевела взгляд на Рекса. — Он углядел даже в тебе что-то такое, чего не увидели мы. И я снова вместо того, чтобы последовать примеру Эммета и найти в тебе плюсы, поступила как все — начала тебя презирать. Я не разобралась в тебе. Твои проблемы мне казались такими никчёмными. И мне на ум даже не пришло, что дело-то опять во мне. Из-за меня ты перестал быть тем Эмметом, которого все знают. Из-за меня ты потерял веру в человечество, в друзей, потому что я не спасла тебя.Она отвела глаза.

— Я хотела, чтобы ты стал, как все. Чтобы ты перестал улыбаться тем, кто желает тебе только худшего. И вот теперь…

Люся прикусила губу и, не сдержавшись, обняла Рекса, который был поражён всем произошедшим. Ему стало крайне стыдно за все слова, которые он когда-либо ей говорил. Ему стало противно от себя из-за того, что он пытался её задеть, чтобы потешить своё самолюбие.

— Мне так жаль, что ты стал таким, Эммет, — Люся схватилась за одежду Бронежилета, с немыслимым усилием подавляя слёзы. — Если бы у меня только была возможность всё исправить… я бы обязательно тебя нашла.Рекс мягко обнял её. Всё было так сложно, что его голова кипела. Он узнал слишком много за один раз.

— Всё в порядке, — Бронежилет почувствовал, как Люся легонько вырвалась из объятий — она до сих пор изображала из себя сильную, хотя ей явно было плохо.

— Нет. Ничего не в порядке. Я должна была понять, что тебе было больно встретить меня, других, Эммета. Я знала, что ты поддался ненависти, которая ослепила тебя, но не придала этому значение, — Люсе было сложно формулировать мысли от переполняющих её эмоций. — Не разобравшись ни в чём, я начала автоматически считать тебя угрозой. Мне казалось, что ты хочешь Эммету зла. Но на деле ты мечтал сделать его лучше. Да, слегка в извращённом смысле, но факт остаётся фактом.

— Я… — Рекс насупился, его мозг судорожно перерабатывал всю информацию. — Я даже не мог представить, что ты спасёшь его.

— Я сломала временную петлю, — Люся засмеялась и протянула мизинец, — И если всё так неудачно обернулось в твоём будущем, может быть начнём здесь жизнь с чистого листа? Мы же были лучшими друзьями. И всё равно, что мы изменились. Дружба на то и нужна, чтобы быть друг с другом до конца. Несмотря ни на что.Рекс неожиданно почувствовал небывалую лёгкость. Всё то, что копилось многие годы, будто отпустило его. Весь тот мрак, который покрывал его разум, наконец растворился, и он мог даже свободнее дышать.

— Спасибо тебе, — Бронежилет обхватил своим пальцем чужой, закрепляя примирение.— Даже если у нас будут разногласия, я никогда не буду переходить на личность.— И мы станем семьёй, как и хотел того Эммет.

Они поддержали ещё немного в таком положении пальцы, а потом опустили. Это было началом чего-то грандиозного.

— Кстати! — Люся ударила себя по лбу. — Пожалуйста, подойди к Эммету. Попроси у него прощение, объясни всё как есть. Он поймёт, я уверена в этом.

Бронежилет кивнул. Он ещё немного посидел, собираясь с силами, вдохнул свежего воздуха, дружелюбно подмигнул Люсе и направился в дом.

Он помирится с Эмметом, и всё у них несомненно будет прекрасно.