III. Дорогие гости... не приходите (2/2)

Бронежилет коснулся ручки, опустил её и дверь открылась. Стояла Катавасия.

— Привет! — она смущённо протянула руку, но заметив, что Рекс не особо приветлив и жизнерадостен, сконфузилась. — Я… эм… Меня пригласила Люся, — на её щеках появился румянец. — Можно мне войти?

Бронежилет отступил в сторону, и Мими, проскользнув, намеревалась было пойти туда, где все веселились и распевали песни, но остановилась возле кухни, когда услышала, как её окликнули. Катавасия не думала долго — сразу присоединилась к Кисоньке и Люсе, которые уже заканчивали свою работу.

Рекс, следящий за этим безумством, фыркнул и, поразмышляв, что больше в принципе никто не может прийти, решил сделать передышку — вышел на улицу и сел на мерзкие романтические качели с проклятыми, чересчур мягкими подушками. Бесит. Он их выкинул, неприятно скривившись.Бронежилет рассматривал свою обувь. Штаны. Венки на руках. Потом, устав от этого, откинулся на спинку, прикрыв глаза. Наконец-то тишина.

Однако и эта идиллия продлилась недолго. Появился встревоженный Эммет, который, скорей всего, всех замучил, пытаясь докопаться до того, куда пропала его версия из будущего.

— Я тебя искал! — Блоковски поднял валяющиеся подушки. — Все уже собрались на кухне.

— Я не хочу туда идти, — Рекс подвинулся и похлопал по месту рядом с собой.

— Рекс… — Эммет, приняв предложение и сев поблизости, положил руки на колени — он чувствовал себя неловко. — Я не хочу на тебя давить. Правда. Но сейчас надо там быть. Со всеми. И со мной, — Блоковски с надеждой посмотрел на Бронежилета, встретившись с немного затуманенным взглядом. — Я просто хочу показать всем то, что вижу я. Они считают тебя плохим. Но они ошибаются!

— Мне всё равно, что они думают.

Эммет легонько стукнул Рекса по плечу.

— Я знаю. Но мне не всё равно. Я не могу ходить с мыслями, что они тебя недолюбливают. К тому же я хочу помочь тебе раскрыться. Ты очень… — Эммет закусил язык, подбирая более правильное и безобидное слово.

— Я очень критично настроен к ним.— Да! То есть… Рекс! — Эммет ударил ничего не подозревающего Бронежилета подушкой. — Ты хороший. Лучше многих. Просто ты очень зациклен на своём прошлом…— Эммет с трудом увернулся от ответной атаки. — В этом времени всё иначе, поверь мне. Тебе нужно просто дать всем второй шанс. Как я тебе его дал.

Как только он увидел, как Рекс вновь закатывает глаза, Эммет взялся за новую подушку, собираясь замахнуться, но его движения прерывают: притягивают за жилет к себе, разворачивают и валят грудью на качели, заламывая руки и предотвращая любые намёки на побег.— Эй!— Так что ты там говорил? — Бронежилет опустился чуть ниже, почти касаясь чужого уха. Он нагло улыбался. Очень нагло.

— Это нечестно! Отпусти! — Эммет дёргается и почти высвобождает руки, но его перехватывают.

— Я не хочу видеть твоих друзей, — Рекс поудобнее устроился. — После такого не дают шансы, ковбой. Ни вторые, ни третьи, ни, чёрт возьми, четвёртые! Моя обида слишком свежа, чтобы пытаться её подавить. И я не хочу портить тебе настроение. Поэтому иди без меня.Бронежилет отпускает Эммета, отстраняется и снова, — очень уж быстро! — получает по лицу подушкой.

— Чёрт!

Блоковски был зол. Не из-за того, что ему не дали возможность двигаться. Он разозлился на слова Рекса.

— Если ты продолжишь себя жалеть, то ты никогда не сможешь нормально жить! — Эммет поднялся. — Мы все допускаем ошибки. Все страдаем. Но знаешь, что отличает сильных людей от слабых? То, что сильные люди борются до конца. А ты же сидишь смирно, ничего не изменяя в себе! — Рекс вздрогнул. — Тебе нужно винить не окружающих, а в первую очередь себя.

Блоковски молча постоял несколько секунд, сдерживая рвущийся наружу крик, развернулся и зашёл в дом, оставив Бронежилета в полном одиночестве. Но в долгожданном ли?

***Эммет выглядел грустным. Друзья пытались его приободрить, успокоить, вселить надежду. Но ничего не выходило. Блоковски чувствовал себя виноватым в том, что не сдержался и высказал в грубой форме всё то, что думал в тот момент. Не стоило этого делать, как бы больно ему не было.

— Эммет! — Бенни показал на торт в виде звездолёта. — Попробуй! Он просто потрясающий!

— А лучше всего вот этот кексик. Он наполнен вселенской тьмой! — Бэтмен в один присест съел то, что посоветовал, довольно охнув. — Пик совершенства.

Люся взглянула на них осуждающе.

— Эммет…— Всё в порядке! — Блоковски вымученно улыбнулся, что не особо порадовало друзей. Зараза.— Я сейчас этого вашего Рекса акулам скормлю! — не выдержал Железная Борода. — Якорь мне в печень, где вообще такое видано! Мне жалко, парень, тебя. Ты связался с негодяем!— Я не негодяй, — Бронежилет прокашлялся, стоя, как нашкодивший ребёнок, у входа и переступая с ноги на ногу. — И я бы хотел извиниться за своё поведение. Оно было… неправильным.

Казалось, что он говорит это всем. Но только Эммет знал точно, что просят прощение исключительно у него.— Хуже, — прокомментировал пират.— Даже я не такой мрачный, — отозвался Бэтмен, доедая полюбившееся пирожное.— Оно было просто отвратительным! — воскликнул Бенни.

— Это значит, — Люся взяла слово, — ты можешь к нам присоединиться.Рекс благодарно улыбнулся, а погибающие до этого бабочки в душе Эммета ожили.