Пролог (1/1)

У меня есть лишь одна ночь, когда я могу почувствовать свободу. Когда я могу разорвать цепи сковывающих меня обязательств. Когда жар, который копится внутри несколько дней, наконец-то выходит за пределы моего тела, раскрывая истинную сущность. Это чувство опьяняет сильнее крепкого алкоголя. Оно терзает меня изнутри, вызывает желание разорвать себя в клочья. Это не просто эйфория, а самая настоящая жажда свободы и света полной луны. Но вот в чем ирония: я практически не помню ту ночь, которую жду месяцами. По всей видимости я вообще не отличаюсь хорошей памятью, раз даже не помню когда позволила посадить себя на цепь, будто сторожевого пса. Моё первое воспоминание?— их заинтересованные лица. Лица шести настороженных вампиров. Шесть пар ярких глаз неотрывно изучали меня в полной тишине. Спустя несколько минут наших переглядок мне объяснили, что будучи в волчьей ипостаси, я перепрыгнула через ограждение и попыталась вломиться в дом, изрядно попортив их сад. Изначально меня хотели убить, но когда я из последних сил преобразилась и слегла у их на крыльце, они решили оставить меня в живых. Чтобы посмотреть на меня, вдруг я окажусь полезной. Польза, как выяснилось, во мне нашлась. Взамен за подаренную жизнь, я должна была служить у них в качестве сторожа. Так, я стала охраной для их жертв?— молодых, красивый девушек, которых привозили в особняк в качестве еды, чтобы голодные вампиры не терроризировали город, в поисках свежей крови. Почему люди их не истребят, или почему о них не знает общественность?— мне не ведомо. Все словно специально закрывают глаза на всё происходящее. Да я и не вдаюсь в подробности. К слову, их закуской я не являюсь. Все как один воротят нос и говорят, что от меня дурно пахнет. А кровь наверное так вообще отравой окажется. Лишь однажды Райто попытался укусить меня, но пить кровь собак оказалось как-то не аристократично.

Я не была в курсе всех тонкостей их жизни. А спрашивать не было смысла, Рейджи сказал, что мне не обязательно это знать, моя работа заключается в другом. Но моя простая волчья сущность и не жалуется: у меня есть кров и вкусная еда. Вместе с ними я должна ходить в вечернюю школу, чтобы и там не спускать глаз с девочек. А так же не должна попадаться на глаза никому из парней без острой на то необходимости. Казалось бы, это не так сложно, следить за запуганными наложницами, однако и тут находятся проблемы. К примеру два месяца назад, в моё отсутствие, одна девушка, Кристи, с помощью влюбленного в неё и затравленного одноклассника, чудом смогла добраться до отделения полиции. Воспринятый сверстниками серой мышью, паренёк отлично разбирался в технике. И вдобавок был настолько незаметен, что достать чертежи из кабинета заместителя директора не составило труда. Особенно когда в школе проводилось крупное мероприятие, а ключи, как удобно, находились в отдельном кармане сумочки. Ему удалось взломать сигнализацию школьных ворот, и они вместе с Кристи вышли из школы незамеченными. Как раз в это время, как по воле судьбы, всех шестерых вампиров куда-то вызывали (мне неизвестно куда). Подробностей о последствиях вылазки Кристи и её одноклассника мне никто не сообщил, ведь в этом доме у меня нет права голоса и никакого авторитета. Но когда я вновь влилась в колею после вынужденного отгула?— девушки уже не было, а в школе где-то с месяц не стихали разговоры о бедном мальчике, которого сбил пьяный водитель. Правда это или нет, но какого-то водителя действительно посадили.

Другая же, не помню имени, потому что та пробыла в особняке недолго, пыталась сбежать более лёгким способом. На большой перемене я обедала недалеко, когда заметила её маленький силуэт на самом краю школьной крыши. Я видела дальше и четче обычных людей, поэтому сомнений не было. И через секунду этот силуэт камнем летел вниз. Даже не находясь в своей звериной форме, я могла передвигаться с такой же скоростью в беге. Поймать её удалось в нескольких метрах от земли. Несмотря на довольно быструю регенерацию, тогда было переломано много костей, всё-таки будучи человеком я имела много слабостей. А когда девушка поняла, что всё ещё жива?— с криками разбила мне нос и стала колотить меня, в попытках вырваться и сбежать. Не остановила её и подбежавшая изумленная толпа. После всего, в наказание за мою оплошность, Рейджи посадил меня на цепь и запер в комнате на неделю, еду подавали только раз за ночь. Несостоявшуюся самоубийцу же закрыл на нижних этажах под особняком. Лишь изредка улавливались отчаянные крики, которые прекратились уже через пару недель. А через некоторое время я мельком увидела в одной из комнат, очень похожую на эту девушку куклу, одетую в свадебное платье. Я всегда относилась ко всем с сочувствием. Ведь это было страшным психологическим ударом для них, они сходили с ума уже через несколько месяцев. Многие видели во мне, если не надежду на спасение, то точно того, кто не причинит им вреда. Девочки видели во мне друга. И я давала им эту иллюзию, чтобы отчаяние не так скоро заглатывало их с головой. Но, как бы иногда того не хотелось, один оборотень не сможет выстоять против шестерых молодых и сильных вампиров. И, стыдно признавать, мне было страшно. И так, как вы уже поняли, в мире, где существуют вампиры, есть место и оборотням. Но я совершенно не помню ничего из того, что было до того, как я оказалась здесь и совершенно не знаю своих пределов. Я никогда не видела других сородичей или совершенно не помню их. Мне не неизвестно, что происходит в полнолуние, когда Рейджи отпускает меня за пределы особняка в лес. Единственная ночь, когда я становлюсь свободной. Но, проведя слишком много времени в роли не задающей вопросов сторожевой собаки, приходится смириться и пытаться жить. Пусть даже на привязи.