Эпилог (2/2)

— Жду не дождусь, если честно.

— А если я потом уеду домой и не поеду ни в какой Нью-Йорк?

— То есть, мое мнение ты учитывать не будешь, — уточняет Дэхен.

— Твое мнение я выслушаю, но, в отличие от меня, ты волен жить где угодно и сколько тебе захочется. Образование у тебя есть, работа тоже, у тебя есть все, так? И даже если вдруг ты решишь все бросить и начать с нуля, то такая возможность тоже у тебя есть. Ты можешь прожить десятки жизней, не повторившись ни разу. Да, я знаю, что ты сейчас скажешь. Тебе не нужны десятки, тебе нужна одна, но со мной. И, поверь, я разделяю эту точку зрения. Так почему бы тебе не позволить мне выбирать, куда идти. У меня-то она всего одна.— Очень впечатляюще, долго репетировал? — бурчит Дэхен. — Для тебя как-то нехарактерно.

— С кем поведешься…

— Ладно, я не то чтобы против возвращения в Корею, просто не любл… не любил там задерживаться. Но, если с тобой, почему бы и да. Такой ответ тебя устроит?— Главное, чтобы он устраивал тебя. Я серьезно, Дэхен. Я не хочу заставлять тебя делать что-то ради меня. Если тебе не нравится жить в Корее, ты можешь жить в любом месте, и это не значит, что мы не будем вместе.

— Ага, встречаться наездами, как удобно. Мне неделю трудно выдержать, ты вообще о чем говоришь?! И я сейчас не про секс.— Ну, об этом я тоже подумал, — усмехается Чоноп. — Будет тяжеловато. Кстати…— О сексе?— Нет, Дэхен, о той ведьме, Изабель.

— Разве мы вчера уже все не обсудили?— Я до сих пор не понимаю, зачем она приходила к графу.

— Возможно, и это лишь мое предположение, она хотела, чтобы он сам поговорил с Джеппом? Де Бронсо мог отказать, поэтому ей пришлось ехать в особняк.

— Может и так.

— Знаешь, меня больше волнуют ее слова о том, что ты чья-то там надежда. Я как-то рассчитывал на долгую и счастливую жизнь, с тобой, а не на вот это все.

— До встречи со мной ты наверняка тоже рассчитывал на долгую и счастливую жизнь.

— Почему ты так спокойно все воспринимаешь? Кто-то явно пытается втянуть тебя в какую-то очередную хрень, причем косвенным путем, но тебя это, похоже, не волнует.

— Просто у меня пока нет причин паниковать. Зачем портить себе жизнь, придумывая всякие ужасы?

Чоноп, конечно, кривит душой, потому что он просто знал, что этот день когда-нибудь наступит. Не то чтобы он был полностью готов — как можно подготовиться к тому, о чем понятия не имеешь, — но, по крайней мере, он ожидал этого. Хотелось бы теперь узнать, чего именно. Чоноп все еще помнит о кинжале-близнеце, который явно кому-то принадлежит там, в Корее. Такому же как он охотнику или, может, человеку, с которым лучше вообще никогда не встречаться. Такие вещи не валяются по антикварным лавкам и их не сдают в музеи. Его слегка раздражают собственные мысли, словно он уже принял для себя происходящее как данность, от которой ему не избавиться, но слова той женщины не выходят из головы. И ему абсолютно точно не хочется никого терять.

Он косится на Дэхена — вот уж кто сойдет с ума, когда узнает. А когда Дэхен поймет, что Чоноп все это время не просто наслаждался обычной жизнью, но и готовился к хрен пойми чему, то ох… Он успокаивает себя мыслью, что не врал Дэхену, просто не говорил всего. Ага, прям как его лучший друг Химчан, который тоже ему не врал. Превосходно. Какие прекрасные и заботливые люди окружают Дэхена, только чтобы не поранить его и без того раненную психику.

— Эй, супергерой, ты меня слушаешь вообще?!— Да, прости, — сконфуженно бормочет Чоноп. — Я задумался.

Дэхен бросает на него неопределенный взгляд, но молчит, предпочитая не затевать ссору в машине. Ночь тоже проходит как-то неловко, они больше не заводят странных разговоров, но и нормального общения не получается, поэтому Чоноп, сославшись на усталость, первым уходит спать, оставляя Дэхена в зале с недосмотренным фильмом и выражением вселенской трагедии на лице.

На следующий день, точнее вечер, когда они спонтанно приезжают к поместью Джеппа, дверь им открывает такой же взъерошенный Джело и, знаками показав молчать, провожает в гостиную. Через несколько минут где-то в глубине дома слышится грохот закрывшейся двери и в комнате появляется Джепп. Обведя незваных гостей тяжелым взглядом, он кивает и только тогда как будто осознает, кто перед ним.

— Вы приехали очень кстати.

Чоноп в своей излюбленной манере вскидывает бровь, ожидая продолжения, а Дэхен, предчувствуя неладное, нервно переводит взгляд с него на Джело и обратно.— У меня плохие новости, — продолжает Джепп. — Химчан пропал.

— То есть… В смысле как пропал? — полузадушенным голосом выдает Дэхен.

— Вчера днем он сел в самолет, точнее, его погрузили. Но по прибытии в аэропорт его на борту не оказалось.— Не оказалось гроба? — удивляется Чоноп.— Химчана. Гроб остался в самолете.

— Ептвоюмать, — на выдохе выдает Джело, спешно прикладывая ладонь ко рту.— Я еду в аэропорт. Вы остаетесь здесь, пока я не вернусь. И когда я вернусь, — он смотрит на Чонопа, — мы поговорим.

Спустя мгновение его уже нет в доме, и лишь оставшаяся открытой входная дверь, жалобно скрипнув, приводит в чувство разинувших в буквальном смысле рот Чонопа с Дэхеном.

— Брр… — ежится Джело. — Каждый раз как в первый, никак не могу привыкнуть.

— Разве ты не переживаешь за Химчана? — спрашивает отошедший от шока Чоноп.

— Не очень. Чуть больше, чем за Джеппа.— Мне бы твою уверенность, — восхищается Дэхен.

— Мы должны использовать это время с пользой.— Да, — хмурится Джело. — Именно. Схожу за ноутом.

Итак, началось.

Чоноп не произносит этого вслух, но взгляд Дэхена красноречивее всяких слов. Трудная предстоит ночка. А, возможно, и ближайшая пара недель. Или лет.

Кто знает?